Люси Эллис - Зачарованный нимфой

— Маврикий.

Солнце, белый песок, бирюзовое море — блаженство.

— Но у меня нет с собой никаких вещей, даже паспорта… — Она порылась в сумке. — Нет, паспорт у меня с собой.

Лорелей все еще недоумевала. Неужели она летит на Маврикий.

Нэш взглянул на нее так, как смотрел прошлым вечером:

— Тебе не нужна одежда. Ты не вылезешь из постели.

— Неужели?

Он лишь улыбнулся и вновь обратил взгляд на дорогу.

— Да, кстати, — добавил он чуть погодя. — Если тебе это еще не понятно, это не было одноразовым сексом.

Глава 11

Лорелей была поражена красотой природы острова, которую видела в иллюминаторе. Горы вырисовывались на фоне бледного неба, лес, лежащий под ними, выглядел темным и таинственным. Она обернулась к Нэшу:

— Что они выращивают?

— Сахарный тростник по большей части. Это пятьдесят процентов экономики. У них также развит туризм.

— Ты явно бывал здесь не для сбора тростника, — заметила она негромко.

На протяжении всего полета они едва обменялись парой фраз: Нэш был погружен в документы, Лорелей думала о том, какой беспорядок она, вероятно, оставила в доме после себя.

Нэш не проявлял особого интереса к пейзажу острова или к Лорелей, хотя его рука все еще обвивала ее талию. Видимо, Лорелей была желаемым дополнением к этой поездке, но Нэш не любил смешивать личную жизнь и работу.

— Моя работа не имеет ничего общего с нашей связью, — сказал он, давая понять, что ей спрашивать о его делах запрещено.

Лорелей пыталась подавить негодование, поднимавшееся в ее душе. Нэш очень выручил ее, взяв в эту поездку, но, может, ей стоит перестать убегать от проблем? В этом ли дело?

Лорелей хотела узнать Нэша получше. Она тут разозлилась на саму себя — нельзя быть настолько зависимой.

— Нэш Блу, черт возьми, я не хочу, чтобы меня спасали! Ни ты, ни кто-либо другой! — внезапно заявила она.

Освободившись от пиджака, Нэш выглядел более расслабленным. Он закатал рукава рубашки. Он больше не отвечал на бесконечные звонки, не разбирался в документах.

— Вот что ты думаешь…

— Что еще это может быть? — Лорелей бросило в дрожь.

— Ну а если предположить, что этим самым я доказываю, что это не был секс на одну ночь? Ведь тебя весьма обидела такая мысль? Я не планировал начинать серьезные отношения…

— Ну и удачи тебе. В любом случае я не собираюсь спать с тобой в одной постели!

Лорелей знала, что сейчас выглядит комично, но вся эта ситуация заставляла ее чувствовать себя абсолютно беспомощной. Нэш посмотрел на нее так, словно она несла околесицу.

— Я начинаю подозревать, что дело не во мне, а в тебе. Могу предположить, что твои прежние мужчины не особенно хорошо с тобой обращались?

Лорелей замерла, загнанная в угол.

— Мои предыдущие отношения — это мое дело. Я не спрашиваю о твоих женщинах, которых у тебя было огромное количество…

— Возможно… — ответил Нэш ей в тон.

Лорелей лишь хмыкнула. Ей не хотелось думать о его послужном списке. Ее собственный состоял из художника, поэта, писателя и музыканта… С последним она рассталась пару лет назад, прямо перед смертью бабушки.

В отношениях с мужчинами Лорелей всегда была за старшую, всегда поддерживала своего партнера эмоционально и физически. Но в глубине души хотела видеть рядом с собой равного. Предыдущие романы были западней, чем-то вроде взаимовыгодного сотрудничества. Лорелей оставалась независимой настолько, что временами ей было страшно.

Нэш видел в ней тайну, которую стремился разгадать. Это стремление заключалось во всех его жестах, взглядах, словах… Но ей нужно избегать проблем. У Нэша есть все: богатство, интеллект, властность, в этих отношениях он за старшего. Он занимал все мысли Лорелей, заставлял тело трепетать. Ее охватывали незнакомые чувства.

Так было с самого начала. С того момента, как Лорелей увидела Нэша впервые.

Вчера она покорно села в его машину и отступила от своих привычек в постели? Она не могла мыслить здраво, она была уязвима перед Нэшем, но сердце верило в лучшее.

Лорелей не рассчитывала на то, что он поймет. Едва ли Нэш когда-либо в жизни ощущал слабость перед кем-то.

— Нэш, у меня есть некоторые правила. — Лорелей провела рукой по волосам, приглаживая непослушные кудри. — И я очень рассчитываю на то, что ты их примешь.

— Это, наверное, интересно. — Он слегка растягивал слова.

— Не стоит обращаться со мной покровительственно. И я хочу раздельные спальни.

Нэш странно посмотрел на нее.

— Просто в такой ситуации мне кажется, я немного уступаю тебе. — Да, она старалась донести эту мысль как можно осторожнее.

Лорелей не хотела становиться сверкающей игрушкой в руках состоятельных мужчин. За все в этой жизни нужно платить. Именно поэтому она старалась не смешивать деятельность в фонде и личную жизнь. Лорелей никогда не встречалась с теми, кто связан с нею по работе.

— Я не твоя игрушка, Нэш. — Она дрожала всем телом.

— В какой момент я относился к тебе как к игрушке?

— Ты сам сказал, что мне не нужна одежда, потому что я не вылезу из постели.

Нэш пришел в замешательство. В любой другой момент Лорелей рассмеялась бы, наблюдая за его реакцией, но сейчас ей хотелось ударить его.

— Это была лишь шутка!

Лорелей отвернулась и уставилась невидящим взглядом на пейзаж, еще недавно приводивший ее в восторг.

— Не зови меня милой, — пробормотала она.

— Что, прости?

Она резко обернулась:

— Мне не нравится, когда меня зовут милой. Милая, милая, милая… Милой может быть кукла. Что-то неодушевленное, что убирают в коробку с глаз долой, когда вдоволь наиграются.

Нэш молчал. Он смотрел на нее так, словно Лорелей говорила на другом языке.

— Ты закончила?

— Нет! Никогда в жизни я не могла представить, что, отправившись с тобой в постель, на следующий день мы улетим на Маврикий.

— Конечно, я же не говорил, что мне нужно улетать на Маврикий, — сухо заметил Нэш.

— Я не такой человек, понимаешь?

— Позволь спросить — какой?

— Я не какая-нибудь содержанка.

Откинувшись в кресле, Нэш с удовольствием рассмеялся.

— Это прекрасно, что ты находишь это настолько смешным, — выдавила Лорелей. — Жаль, я не могу посмеяться над этой ситуацией.

Она скрестила руки на груди, демонстративно давая понять, что сыта по горло. Во вчерашней одежде Лорелей чувствовала себя помятой и несвежей.

— Лорелей. — Нэш говорил медленно и терпеливо, в его голосе еще звучали нотки веселья. — Я прошу прощения за то, что не сказал тебе вчера о поездке.