Тина Олмос - Земные радости

– Пусть ваша поездка пройдет благополучно, – пожелала ему Глед, когда они остановились у ее дверей. Сердце у нее сильно колотилось, но не от волнения, а от тревоги, что он вновь поцелует ее. Она боялась этого и молила, чтобы это произошло.

– Я позвоню вам, когда вернусь, – сказал ей Крис. И больше ничего.

– Этот ресторанчик значит для меня очень много, – сказала Энни, усаживаясь напротив Гледис. Они пришли на ленч к Смоки – ресторанчик в торговом центре, где находилась фармацевтическая фирма «Гринлайн», в которой работала Глед. Как обычно, Энни опоздала минут на десять. Супружеская жизнь с Майклом, который обычно был пунктуальным, нисколько не изменила ее привычек. Девушка часто ломала голову над тем, как они, такие разные, умудряются сохранить сильное чувство.

Этот ресторанчик сыграл свою роль в романе Стоунов. Гледис припомнила ту субботу, когда они именно сюда пришли вместе с подругой и как ее позабавила невероятная история Энни о пресловутом подвенечном платье.

Смешно, но точно такие же чувства переживала теперь Гледис – безумную тревогу, испуг, замешательство. И странное волнение…

– Ну, расскажи мне все, – отдышавшись, произнесла Энн.

– Заходил Крис. Мы вместе пообедали. Сегодня утром он уехал по делам, – спокойно сообщила девушка. – Больше нечего рассказывать.

Энни сжала в руке стакан с водой, глядя прямо в глаза Глед.

– Ты помнишь, когда я впервые встретила Майкла?

– Не думаю, что забуду, – невольно улыбнулась Глед, несмотря на свое настроение.

– Всякий раз, когда ты или мама или кто-то еще расспрашивали меня о Майкле, я всегда говорила, что рассказывать нечего. Помнишь?

– Да. – Глед вспомнила, как при упоминании его имени лицо Энн принимало замкнутое выражение, а голос становился отрывистым.

– Когда я говорила тебе, что ничего не происходит, я немного преувеличивала, – продолжала подруга. – Происходило очень многое, но я не могла этим делиться. Даже с тобой. – Она подняла брови. – У тебя, дружочек, точно такое же выражение, какое было у меня. Между тобой и Кристофером произошло очень многое. Произошло столько, что ты до смерти напугана. Я знаю, поверь мне.

– Он меня опять поцеловал, – призналась Глед.

– Было лучше, чем раньше?

– Хуже!

Ответ, по-видимому, позабавил Энни. Она постаралась скрыть свою улыбку, прикрывшись меню, потом опустила его и сказала:

– Твои чувства и ситуация, увы, не станут проще, не рассчитывай на это.

– Несколько дней его не будет. И слава Богу, потому что у меня найдется время подумать.

– О, дорогая, – сказала Энни, сочувственно вздыхая. – Хотела бы я дать тебе совет и помочь. Почему ты так непреклонна к нему? – Она застенчиво усмехнулась. – Я тоже это пережила. Будь умницей и просто смирись. Любовь не так уж ужасна, когда отбросишь все сомнения.

– Вместо того, чтобы обсуждать мои дела, нам следует что-нибудь заказать, – немного грубовато перевела тему разговора Гледис. – Я ужасно голодна.

– Я тоже.

Минутой позже к ним подошла официантка, и Глед заказала гороховый суп и сэндвич с индейкой.

– Подождите, – вмешалась Энн, останавливая официантку. Она повернулась к девушке. – Тебе же не нравится гороховый суп. Ты никогда его не заказываешь. – Она наградила Глед удивленным взглядом, потом опять повернулась к официантке. – Принесите ей похлебку из моллюсков.

– Энни!

Официантка быстро записала заказ, как будто боялась, что они начнут спорить.

– Ты расстроена еще больше, чем я думала, – сказала Энн, когда они остались одни. – Заказала гороховый суп – просто не могу этому поверить!

– Это суп, милая, а не ядерные отходы. – Определенно, у ее подруги склонность к преувеличениям. Это иногда злило Глед, но и нравилось в Энн.

– Я сама позвоню Кристоферу Деппу, – внезапно заявила Энни.

– Что? Что ты сделаешь? – Глед с трудом усидела на стуле.

– Ты слышала что.

– Ни в коем случае! Нет! Я запрещаю тебе говорить обо мне с Крисом. Если бы такое сделала я, позвонила Майклу, что бы ты почувствовала?

Энн нахмурилась еще сильнее.

– Я бы взбесилась.

– Я тоже буду в бешенстве, если ты хоть слово скажешь Крису Деппу обо мне.

Энни задумалась, и в глазах у нее появилось озабоченное выражение.

– Но я боюсь, что ты все испортишь.

– Нечего бояться. – Гледис тяжело вздохнула, подумав, что она уже все испортила. – Обещай мне, что не будешь вмешиваться, – взмолилась девушка. – Пожалуйста, – добавила она для большей убедительности.

– Хорошо, – пробормотала Энни. – Только не глупи.

– Какой приятный сюрприз, – воскликнула мать Гледис, когда открыла входную дверь. Бэт, сохранившей стройность и привлекательность, было за пятьдесят.

– Я подумала, что пора бы принести тебе мой подарок с Гавайев, – сообщила Гледис, проходя за матерью на кухню, где Бэт сразу же налила им охлажденный чай в высокие бокалы. Гледис положила на стойку коробку орешков в шоколаде.

– Я рада, что твой отпуск прошел так хорошо.

Девушка придвинула высокий табурет и уселась за стойкой, пытаясь выглядеть спокойной, хотя это было далеко не так.

– Когда я была на Гавайях, я познакомилась кое с кем.

Ее мать немного помолчала, потом улыбнулась.

– Я как раз об этом подумала.

– Почему ты это говоришь?

– О, у тебя такое выражение лица. Ну, расскажи, как вы познакомились, как он выглядит, откуда он и кем работает.

От града вопросов Глед невольно рассмеялась.

Бэт добавила в чай ломтики лимона и живо направилась через кухню. Наконец-то через пятнадцать лет ее мать начинает преодолевать ту горечь и чувство утраты, которые появились из-за одержимости мужа бизнесом. Горе, причиненное его невниманием, а потом кончиной, начинает наконец отступать.

С облегчением и радостью Гледис увидела признаки, что мать приходит в себя. Но, предвидя огорчение Бэт, сказала:

– Мам, честно говоря, не думаю, что он тебе понравится.

Мать удивилась:

– А почему?

Глед ни минуты не колебалась и тут же добавила:

– Потому что он напоминает мне папу.

Глаза матери округлились, и на них навернулись слезы.

– Нет, доченька. Нет. Ради всего святого, нет.

– Я думала над твоими словами о наших отношениях, – говорила Гледис Барту несколько часов спустя. Мрачные предостережения матери сильно расстроили девушку. Нервы у нее расшалились.

Барт не отличался высоким ростом и мужским шармом, как Крис, но зато был очень спокойным человеком. С ним всем было легко. На самом деле после напряженных, хотя и немногих часов, проведенных ею с Кристофером, общение с Бартом приносило настоящее облегчение.