Мэри Берчелл - Младшая сестра

Много лет назад бабушка приучила внучку полностью концентрироваться на книге, которую читаешь. И первое время Аликс отдалась всецело чтению, позабыв о своих проблемах.

Но вскоре веки отяжелели, интерес к книге пропал, и девушка выключила свет. Но сон не приходил. Ворочаясь с боку на бок, Аликс не могла забыть холодные и злые глаза матери.

Неужели Нина могла быть жестокой? Даже к дочери… И что теперь? Ради хороших отношений с матерью пожертвовать всем — мыслями, чувствами, интересами? Всю жизнь потворствовать ее желаниям, выраженным вслух и лишь подразумеваемым?

На один невероятный миг Варони предстала перед мысленным взором дочери в образе прекрасной языческой богини, требующей кровавую жертву. Но видение рассеялось, и Нина вновь стала обычной женщиной — матерью, чьей любви пыталась добиться Аликс.

Ближе к полуночи скрипнула дверь в смежной комнате, и девушка мгновенно вышла из дремы, заслышав звучный голос Варони и хрипловатый — Драйтон.

Дверь распахнулась, и поток желтоватого света хлынул на ковер.

— Аликс, ты спишь? — прошептала Нина.

— Нет. — Девушка села на кровати. — Что-то случилось? — взволнованно спросила она.

Варони пересекла комнату и присела на краешек одеяла.

— Я хотела пожелать тебе доброй ночи. — И в следующий миг Аликс оказалась в теплых объятиях матери.

— Ты работала все это время? — с нежностью в голосе спросила девушка.

— Нет… не работала. Но мне пришлось сидеть все время там, пока Морлинг и Грайлер улаживали дела. Я так устала.

— Еще бы! — воскликнула дочь, ласково гладя Нину по волосам. — Тебе нужно поспать.

— Да. Сейчас лягу. Я рада, что ты не уснула.

— Я тоже рада, — прошептала Аликс матери вслед.

И все. Ни слова о произошедшей ссоре. Ни намека на примирение. Девушка увидела мать, всю залитую светом. Но дверь закрылась, и видение исчезло.

«Я никогда не смогу понять ее до конца, — думала Аликс в полумрачной комнате. — Но я буду любить ее, пока жива… и даже после».

Утром Аликс проснулась рано. И тут же была приглашена на завтрак в комнату матери. После чего Варони приняла молниеносное решение:

— Такой чудный день, как сегодня, стоит провести на природе. Давай съездим за город. Сейчас у меня репетиция, а потом я возьму машину и мы навестим Бетти и уладим вопросы с твоим коттеджем.

— Правда? Нина, ты чудо! Только ты и я?

— Да. — Варони улыбнулась от удовольствия.

— Даже без шофера?

— Я сама поведу.

Немногим позже Аликс сидела подле матери в большом американском автомобиле. Варони управляла авто с решимостью и легкостью, какой могли позавидовать многие мужчины.

Через опущенное боковое стекло дул теплый ветерок. Он развевал золотые локоны Нины и причудливо играл ее голубым шарфом. Аликс подумала, что перед ней самое прекрасное создание на свете.

Время приближалось к полудню, когда они свернули на боковую дорогу, ведущую к коттеджу. Девушка переживала важный момент — момент встречи ее старой жизни с новой. Тайком наблюдая за Варони, Аликс вдруг поняла, что вид родного дома, где жила и умерла бабушка, не вызывал у примы никаких чувств.

Бетти встретила их на крыльце, обрадованная неожиданным визитом.

— О боже! Мисс Аликс, дорогая! Я не ждала вас раньше выходных. Но я вам рада, — быстро добавила домработница, сердечно обнимая Аликс.

На стройную, великолепно одетую Нину женщина косилась почти со страхом.

— Познакомься, Бетти. Моя сестра, — с гордостью объяснила девушка. — Мы очень давно не виделись с ней. Нина много путешествовала. Она известная певица.

— Как поживаете, мадам? — робко спросила Бетти.

— Хорошо, спасибо. А как ваши дела? Я знаю, как вы были добры к моей маленькой сестренке. — Нина с великодушной улыбкой грациозно протянула ей руку.

Аликс с изумлением наблюдала, как робость и настороженность домработницы отступили перед обворожительным шармом Нины. Варони пояснила, что хочет оставить коттедж за мисс Аликс. Лишь затем, чтобы девушка могла заезжать и жить в нем время от времени. А Бетти будет присматривать за домом в ее отсутствие. Пожилая женщина едва не расплакалась от радости при таком замечательном раскладе.

Аликс упросила мать подняться наверх — взглянуть на свою комнату. Девушка с умилением наблюдала, как Нина с легкой улыбкой на губах прикасается к вещам, на протяжении всей жизни окружавшим ее дочь.

— Ага, вижу и здесь мне отведено почетное место, — с ноткой гордости произнесла Варони, указав на фотографию посреди каминной полки.

— Еще бы, — согласилась девушка слегка дрогнувшим голосом.

— А твоя бабушка не возражала? — Нина вновь говорила о родной матери как о чужом человеке.

— Нет, что ты! Бабушка вовсе не такая. Она правда не возражала. Не представляешь, какой щепетильной и честной она была.

— О нет. Еще как представляю! Я же была с ней знакома, знаешь ли, — тихо произнесла Нина. — Она была… беспощадной.

— Бабушка не могла быть беспощадной! — запротестовала Аликс. Но ее мать лишь пожала плечами:

— Мы с тобой очень разные. Наверное, в этом нес дело.

Девушка не нашлась, что ответить, поэтому принялась упаковывать необходимые вещи. Варони присела на край кровати и наблюдала за дочерью. Но постоянно с любопытством оглядывала комнату. Чему Аликс была несказанно рада.

— Симпатичная комната, тебе не кажется? — робко поинтересовалась она.

— Да. — Варони загадочно улыбнулась. — Такая же красивая, как и раньше.

Девушка тут же прекратила сборы.

— Ты видела мою комнату раньше? — изумилась она.

— Да. Разве ты не знаешь? Ты родилась здесь.

— Что? — Аликс бросила на стул платье, которое держала в руках, и подошла к матери. — Я и понятия не имела. А жаль.

— Может, оно и к лучшему. Я успела возненавидеть эту комнату за свое короткое пребывание здесь.

— Но почему?

— Я ненавидела тебя. Я вовсе не хотела иметь детей. Я была зла, напугана и чувствовала себя птицей, пойманной в силок. Твоя бабушка считала меня злой и безнравственной… и, наверное, ты теперь тоже. — На мгновение Нина вновь превратилась в несчастную испуганную девушку, какой была когда-то, много лет назад.

— Нет, — немного подумав, сказала Аликс. — Я не считаю тебя злой. Я понимаю твои чувства. Но скажи, когда я родилась, ты перестала меня ненавидеть?

Варони ответила не сразу. Она тщательно и с любопытством огляделась, прежде чем произнесла:

— Как странно… я все забыла. Вчера я не смогла бы сказать, как выглядит эта комната. Но вот я здесь и все отчетливо помню. Я могу вспомнить день, когда ты родилась. Как солнце выглянуло из-за тучи в тот момент и засветило в окно. В день, похожий на сегодняшний. Только тогда было раннее утро.