Джессика Харт - Не спеши сказать «нет»

— А мне кажется, она совсем непохожа на Розалинду Ли, — возразил кто-то из гостей, — просто у них одинаковые имена. У Розалинды Ли роскошные волосы необычного цвета. В газетах печаталось много фотографий этой красотки, когда была объявлена ее помолвка с Саймоном Хангерфордом.

— Это правда, — согласилась другая гостья. — И она всегда фантастически одета. Не то чтобы что-то было не так с твоим платьем, Розалинда, — поспешно добавила она, — но ведь у тебя такой же доход, как у всех нас, в отличие от Розалинды Ли. — Она завистливо вздохнула. — Мы все выглядели бы потрясающе, если бы у нас было столько денег…

— Но были ли бы мы счастливы? Не думаю, — подхватила Сью. — Мне кажется, у богатых слишком много проблем, а сами они поверхностные люди. Взять хотя бы эту Розалинду Ли. Конечно, она красивая девушка, но это и все. Наверняка она и пальцем не пошевелила в своей жизни, чтобы сделать хоть что-то хорошее для людей.

— Да, такие не спешат вам на помощь! — усмехнулся ее приятель. — Они понятия не имеют, каков мир на самом деле. Надутые, надменные, они считают, что для них не существует правил. Меня бесит, как высокомерно и заносчиво они себя ведут. Бьюсь об заклад, эта Розалинда Ли ничем не интересуется, кроме походов по магазинам и посещения вечеринок. У нее в голове, наверно, не больше двух извилин.

Стоявшая рядом с ним женщина одобрительно кивнула.

— Я слышала, она настоящая стерва.

— А мне она кажется несчастной, — неожиданно вставила Лаура. — В отличие от тебя, — добавила она, улыбаясь Розалинде. — Я не говорила, что ты похожа на нее как две капли воды. Просто какое-то сходство есть — особенно когда на тебе это дивное платье.

— Это платье Мод, — сказала Розалинда, обрадовавшись возможности сменить тему. Она завела с Лаурой оживленный разговор об одежде. Однако краем уха слышала продолжение болтовни о себе. Теперь говорили о ее помолвке.

— Ты видел их фотографии в объявлении о помолвке? Оба так довольны собой.

— О, да! Они прекрасно подходят друг другу. И он и она интересуются только собственными персонами.

Розалинда чувствовала на себе заинтересованный взгляд Майкла, пока она болтала с Лаурой, а толпа за спиной склоняла ее и ее жениха на все лады. Добрались и до ее отца.

— Я всегда считал, что есть что-то подозрительное в том, как он умер, — сказал кто-то, и Розалинда вздрогнула. Она больше не могла выносить это издевательство.

Майкл тоже решил, что пора положить конец злословию.

— Никто не может порекомендовать хорошего агента недвижимости? — громко спросил он.

И соседи Мод заговорили о вещах, более им близких.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— Я уж думал, эти двое никогда не уйдут, — произнес Майкл, вернувшись в гостиную. Он сделал паузу, посмотрел на Розалинду, которая собирала стаканы. — Мод отправилась спать, — тихо добавил он.

— Хорошо, — сказала Розалинда. — Она, должно быть, устала.

— Да.

— Но ей понравилась вечеринка?

— Больше, чем мне, — ответил Майкл. — А ты как себя чувствуешь?

— Ничего, спасибо. — Она одарила его слабой улыбкой.

— Извини, что так получилось. Это было ужасно — стоять и выслушивать сплетни о себе.

— Зато мне на многое открыли глаза, — возразила Розалинда. Она не хотела показывать, что чувствовала себя униженной. — Смешно: люди, столь осведомленные о моей жизни, не узнали меня, — добавила она. В ее голосе звучала горечь.

— Да они ничего о тебе не знают! — воскликнул Майкл с таким жаром, что сердце Розалинды сжалось.

— Тебе тоже надо было принять участие. Мог бы рассказать, какая я стерва. Им бы понравилось.

Майкл покачал головой.

— Я никогда не сказал бы этого.

— Но раньше ты говорил.

— Мы все говорим много неприятного, когда злимся, но за этим, как правило, на самом деле ничего не стоит, — возразил он спокойно. — Это правда, я был о тебе не самого лучшего мнения последние пять лет. Но с тех пор как мы здесь, ты доказала, что я ошибался. Тот, кто видел, как ты работала последние недели или как ты общалась с Мод и Джейми, не смог бы обвинить тебя в лени или эгоизме.

— Да, слово «ленивый» они могли бы вычеркнуть из своего длинного списка, — сказала она жестко.

Ее глаза сверкали от обиды и душивших ее слез, но она не могла позволить себе плакать.

Майкл вздохнул, потом, осторожно подбирая слова, продолжил:

— Они всего лишь люди, увидевшие твое лицо в журнале и завидующие твоим деньгам. Тебя не должно волновать то, что они говорили.

— Но меня волнует! — выкрикнула Розалинда.

— А Розалинду, о которой они говорили, это нисколько не взволновало бы, — сказал он, — так что, как видишь, вы — разные люди. Они не говорили о тебе настоящей, какая ты есть на самом деле.

Розалинда, потупив взор, грустно произнесла:

— Я больше не знаю, какая я на самом деле, и не уверена, что когда-нибудь знала это.

— Ну а я знаю. — Взяв из ее рук поднос со стаканами и поставив его на стол, он положил руку ей на талию. — Настоящая Розалинда — это девушка, которую я целовал сегодня вечером. Оставь-ка все это и пойдем в постель, Розалинда. Я покажу тебе, кто ты на самом деле.

Она закрыла глаза. Искушение послушаться зова сердца было огромным. Все, что ей нужно было сделать, — это обнять Майкла.

— Я не могу, — пробормотала она.

Майкл придвинулся ближе, наклонил голову, чтобы поцеловать ее шею.

— Почему? — прошептал он, и Розалинда широко распахнула глаза от дрожи наслаждения, охватившей ее тело от одного касания его губ.

— Я обручена с Саймоном, — беспомощно произнесла она.

Майкл застыл на мгновение, потом поднял голову, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Когда мы целовались сегодня, это не имело значения, — напомнил он.

— Я знаю, — встретила его взгляд Розалинда. — И если бы Мод не помешала нам, мы бы занялись любовью, и это было бы великолепно. Я не притворяюсь, что не хотела этого.

— А сейчас ты все еще хочешь этого или собираешься сказать, что наше влечение друг к другу испарилось?

— Нет, — покачала она головой, — оно еще существует, но Саймон тоже существует. Он мой жених, а я забыла о нем, — сказала она, смущенная. — Это, конечно, не извинение, но я ощущаю себя совсем другим человеком с тех пор, как приехала сюда, Майкл. Моя жизнь в Лондоне кажется мне такой далекой, словно она принадлежит кому-то другому. Однако эти люди сегодня напомнили мне, кто я. Я — Розалинда Ли, и я не могу спать с тобой, потому что обручена с другим мужчиной.

— Ты говорила, что не любишь Саймона.

— Не люблю.

— Тогда в чем дело? Мы не собираемся причинять вред твоей помолвке, не собираемся все осложнять лишними эмоциями. Мы оба знаем, что у нас нет будущего, но мы здесь, мы одни, и, мне кажется, пора перестать притворяться, что мы не хотим друг друга. Почему бы нам не послушаться наших чувств и не испытать наслаждение? — Его голос был низким и соблазняющим. — Твоя помолвка — это часть другой жизни. Ты сама так сказала. То, что мы будем делать, ничего не испортит. Это только физический акт. Это всего-навсего…