Мария-Тереза Сесе - Теперь ты — моя жена

— Да нет, мы обойдем его по берегу.

— Ну а зачем это все?

— Скоро узнаешь, — ответил молодой человек.

— Брюс…

— Да, детка.

— Скажи, а тут нет никакой ядовитой нечисти?

Брюс Мелвин внезапно остановился, заслышав этот вопрос. Он обернулся и поглядел на девушку, которая, зардевшись, вдруг отпрыгнула назад, выбросив вперед руки, как это обычно делают люди, ожидающие нападения. Постояв так доли секунды, Джойс опустила руки.

— Послушай, Джой, не нужно бояться. По крайней мере, не бойся меня. Если хочешь, чтобы я мог защитить тебя, давай я тебя осторожно обниму. Только…

— Ты что, больше ни о чем не можешь думать?

— Ну конечно, Джой. Согласись, подобное полуобъятие — нечто столь невинное, что тебе нечего беспокоиться. Думать об этом — пустая трата времени.

— Вот тогда ты и не думай! — выпалила Джойс.

— Ну хорошо, хорошо. Я согласен. Ты приказываешь, а мое дело — подчиняться. Я понял, что мне решительно запрещается прикасаться к тебе, а потому предпочитаю держать между нами соответствующую дистанцию. Мне кажется, это должно полностью отвечать твоим желаниям.

— Угу, вижу, как ты стараешься, — надула губы Джойс.

— И ты не хочешь поблагодарить меня за это? Может быть, ты втайне предпочитаешь, чтобы я не обращал внимания на твои запреты?

— Ах оставь, Брюс. Не нужно.

Джойс закусила губы. В этот момент ей почему-то очень хотелось расплакаться.

Ирония Брюса больно задевала Джойс. Ко всему прочему, девушка боялась темноты, и ей меньше всего хотелось бы остаться одной в зарослях камыша, где было мрачно и страшно. Почему-то все время приходила на ум Дорис, и эти воспоминания переполняли девушку муками ревности, которых она никак не ожидала от себя. Она даже и не предполагала, что способна на подобные переживания. А в довершение всего угрызения совести все время напоминали Джойс о том, что и сама она, по сути, являлась большой обманщицей, явившейся в замок ради того, чтобы написать яркий репортаж обо всей этой истории.

— Брюс, — позвала она.

— Что, милая?

— Ты вчера был тут с Дорис Риган?

— Да, где-то тут, — ответил молодой человек. — Где-то в этих местах. Сейчас не могу вспомнить, где точно.

— И собаки еще не появлялись?

— А? Нет-нет. Не появлялись, в этом я абсолютно уверен. Дело в том, что мы неоднократно останавливались по пути сюда, — продолжил, как бы вспоминая предыдущий вечер, Брюс Мелвин. — Эти твари появились много позже и прервали наши столь полезные взаимные откровения…

— Ах Брюс!..

— Что, ты хотела бы, чтобы я позвал их?

— Нет, — поспешила ответить девушка, — меньше всего мне бы хотелось сейчас встретиться тут с ними.

— И в то же время, если хочешь, я могу продемонстрировать тебе…

— Нет!

Брюс на какое-то мгновение замер, повернувшись лицом к девушке. Несколько побледнев, Джойс слегка попятилась. В ее глазах читалась растерянность.

Глядя на стоящего перед нею мужчину, девушка буквально впитывала в себя его улыбку, широкую и нежную. Она воспринимала ее как своего рода ласку. И эту ласку она не могла не ценить, не могла не наслаждаться ею.

И как раз в этот момент, когда между ними, казалось, установилась некая духовная связь, когда они молча могли так многое сказать друг другу глазами, Джойс услышала странный шум. Было такое впечатление, будто кто-то дышит с одышкой.

— Брюс!

Молодой человек молча развел руками, как бы приглашая Джойс искать убежище в своих объятиях.

— Это что, собаки? — спросила она, в испуге уткнувшись лицом в мужскую грудь.

Внезапно со стороны зарослей кустарника послышался хриплый мужской голос:

— Эй шеф!.. Шеф! Это вы?

— Да-да, Сэм. Это я. И я не один, меня сопровождает моя знакомая.

Появление Сэма было для Джойс в известной степени неожиданностью. Девушка почувствовала, как ее лицо заливается краской.

Посмотрев в сторону, откуда раздавался голос, она увидела, как из серой стены, образованной окаймлявшими озеро камышами, появилась темная мужская фигура.

Только тут девушка вспомнила, что стоит, тесно прижавшись к Брюсу, и руки молодого человека лежат на ее талии. Заметив насмешливое выражение лица охранника, она поспешила выскользнуть из объятий, хотя ощущение контакта с этим большим и сильным мужским телом внушало ей чувство безопасности и покоя.

— О-о прошу прощения! — воскликнул Брюс и затем добавил: — Пока все в порядке, Сэм?

— Думаю, да, сэр. Собаки заперты. Этой ночью они никому не создадут неудобств… Госпожа может быть спокойна. На сей раз они меня не сопровождают.

Недолго думая, Джойс демонстративно повернулась спиной к «пирату». Брюс Мелвин заметил:

— Благодарю, Сэм. Сейчас мы войдем в лабораторию и запремся в ней. Вас же я попрошу все это время находиться где-нибудь поблизости. Вы поняли?

— Да, сэр, — подтвердил «пират».

Джойс, которая в течение последнего времени пережила немало неприятных минут, внезапно встрепенулась. До ее сознания дошло только что услышанное слово «лаборатория», пробудившее ее профессиональный интерес. Это слово как бы включило набор инстинктов и приемов, ставших за время работы Джойс ее вторым «я».

— Что ты сказал, Брюс? — спросила девушка, внимательно глядя на своего спутника.

— Я?

— Ну конечно ты! Что ты только что сказал?

Сэм, еще не успевший отойти от них на достаточное расстояние, остановился и поинтересовался:

— Что-то случилось, а сударыня?

— О Господи! — воскликнула Джойс. — Ну скажи же в конце концов этому человеку, чтобы он ушел раз и навсегда! Сколько еще можно испытывать терпение?!

— Вы что, не слышали, Сэм? Уходите, уходите! И побыстрее! Ну что вы?

Сэм повернулся и исчез в темноте.

— А теперь не хочешь объяснить, что происходит? — спросил Брюс, обращаясь к Джойс. — Мне тоже показалось, что что-то случилось. Уж очень ты взволнованная. Твои глаза блестят как никогда, губы шевелятся, будто ты хочешь сказать что-то важное…

— Так это правда? У тебя действительно есть лаборатория?

— А почему ты удивляешься? Разве я не говорил тебе о ней прежде?

— Ну хорошо, однако…

— Пошли. Я покажу ее тебе. Ты внушаешь мне доверие, как я уже говорил. Так что пошли со мной, и ты сможешь присутствовать при всем спектакле…

— Брюс, а что будет? Чего ты ожидаешь? Ты полагаешь, что Риган окажется способным?..

Брюс прервал девушку:

— Да, детка. Он способен на все. Собственно, он сам кричал об этом на весь дом, и ты слышала это. Но вначале не получилось у него, потом не прошло у его дочери, и теперь…