Холли Уорнер - Новая прекрасная жизнь

Он говорил с видимой искренностью, но для Кэрол его дружелюбие выглядело издевательством.

– Реклама закончилась. Давай лучше послушаем, что думает твоя сестра, – сердито сказала она и отвернулась.

Роз не заставила себя ждать.

– Милая Хилари, – полился из динамика знакомый голос. – Пять лет – это очень большой срок. Что заставило вас терпеть так долго? Вашему другу надо было закончить учебу? Или какие-то особые обстоятельства удерживали его в родительском доме?

– Нет, ничего подобного. Просто до сих пор не представилось случая поговорить об этом.

– Вот что, Хилари, – в голосе Роз зазвенел металл, – вам пора признаться самой себе, что эти отношения зашли в тупик. Ваш приятель просто использует вас, злоупотребляя вашим доверием. Поверьте мне, он не заслуживает такой девушки, как вы. Вам необходимо немедленно расстаться. И запомните: мужчины готовы пойти на многое, чтобы затащить вас в свою постель, но продаваться за пустые обещания не в ваших интересах.

Кэрол с досадой стукнула кулаком по оконной раме. Неужели это так очевидно для всех, кроме нее одной? Она не хотела признаваться себе в этом, но больнее всего ее задела торжествующая ухмылка Дэвида.

– Хорошо, – сказала она, справившись наконец с эмоциями, – допустим, на сей раз ты прав. Но могут же быть исключения...

Дэвид был категоричен.

– Тот парень должен был на ней жениться, – заявил он.

– А что, если он хотел подождать, пока окончательно созреет для такого ответственного дела? – предположила Кэрол, но это объяснение выглядело неубедительно даже для нее самой.

– Можешь поверить моему опыту, – возразил Дэвид, – хотел он кое-чего другого. И это «кое-что» не имеет никакого отношения ни к зрелости, ни к ответственности.

– Да что ты знаешь о настоящих серьезных отношениях?! – с жаром воскликнула она.

– Ну, я как-то почти год встречался с одной девчонкой из Фриско.

– Должно быть, это был какой-то совершенно невероятный секс, – ядовито заметила Кэрол.

– Угадала, – с удовольствием подтвердил он. Кэрол заткнула уши пальцами.

– Не желаю слушать об этом! Ты просто не в состоянии понять меня!

– Зато я в состоянии понять, – не унимался Дэвид, – что парень, способный морочить голову девушке на протяжении пяти лет, редкостная сволочь, а девушка, которая позволяет так обращаться с собой либо мазохистка, получающая удовольствие от унижения, либо...

– Что – либо? – мертвенным голосом поинтересовалась Кэрол.

– ... либо просто дура!

Слово произнесено. Кэрол закусила губу, но слезы, так долго сдерживаемые, уже хлынули неудержимым потоком.

Просто дура!

– Кэрол? – Дэвид обеспокоенно заглянул ей в лицо. Наконец-то до него начало доходить. – О, Кэрол, прости. – Он помедлил. – Как долго это продолжалось?

– Шесть лет, – всхлипнула она.

– Мне очень жаль.

– Жаль? Чего? – Рыдания Кэрол перешли в истерический хохот. – Того, что я оказалась дурой?

Дэвид перепрыгнул со своей лестницы на подоконник и обнял ее за плечи.

– Нет, того, что я сказал резкость, не подумав.

– Я была для него просто привычкой, – заговорила Кэрол, стремясь выплеснуть всю накопившуюся боль. – Чем-то вроде домашних тапочек: удобно и непритязательно. По большому счету ему всегда было наплевать на мои чувства и желания. Он заботился только о собственном комфорте. И вышвырнул меня вон, когда я ему надоела.

– Он – это Ламберт? – тихо спросил Дэвид.

Кэрол кивнула.

– Я совершила огромную ошибку, – прошептала она, понемногу успокаиваясь. – А я так ненавижу совершать ошибки!

Он ничего не сказал, только крепче прижал ее к себе, согревая и баюкая в своих объятиях. Они долго сидели так вдвоем, молча и обнявшись. Впервые в жизни Кэрол казалось, что она обрела безопасное и надежное убежище, к которому всегда стремилась.

Радио и комнате продолжало говорить, но никто уже не слушал его. Звучное контральто Роз Пойндекстер сменилось легкой музыкой, а потом диктор объявил начало полночного выпуска новостей.

– Мне пора, – промолвил Дэвид, убирая руку с ее плеч. – Завтра у нас обоих трудный день. Я договорился с Родом, что он посмотрит мой план и, может быть, порекомендует его отцу.

– Тебе придется встретиться с ним самому. У меня вся первая половина дня занята важными переговорами. Может быть, увидимся за ланчем?

– Договорились.

Дэвид перекинул ноги через подоконник и спрыгнул прямо в сад. Кэрол смотрела ему вслед. Он двинулся было к воротам, но, сделав несколько шагов, остановился, потоптался немного на месте и снова вернулся к окну.

– Что случилось? – спросила она.

– Я подумал, что стоит сказать тебе это сейчас. Я хочу, чтобы ты знала: ты не одна.

– Спасибо, Дэйв.

Да, Кэрол знала это. Дэвид стал ей настоящим другом, самым лучшим другом, каким только может быть мужчина. Он столько сделал для нее...

Она улыбнулась.

– Спокойной ночи, Дэйв.

Он засунул руки в карманы и беспокойно повертел головой.

– Тебе пора, – ласково напомнила она.

– Да, конечно. Спокойной ночи, Кэрол.

Но вместо того, чтобы уйти, он ухватился руками за подоконник, подтянулся и снова оказался рядом с ней. Осторожно коснулся губами ее щеки. Просто братский поцелуй на ночь, ничего более.

И все же он не спешил отрываться от нее. В глубине его темных глаз вспыхнули опасные огоньки, и больше Кэрол ничего не видела. Закрыв глаза и откинув голову назад, она ждала, терпеливо и покорно, словно готовилась к этому моменту всю жизнь.

Дэвид не обманул ее ожиданий. Губы Кэрол словно отведали неведомый доселе, но божественно-прекрасный напиток. Он ловил ее вздохи и возвращал ей, наполнив своим неповторимым запахом. Кровь, пульсировавшая в ее венах, стала вязкой и медлительной, так – что сердце сжалось в груди, отказываясь справляться с непосильной работой. Кэрол обвила руками Дэвида и приникла к нему, как жаждущий к роднику. В эту ночь она не сможет расстаться с ним. Он так необходим ей сейчас!

И Дэвид не разочаровал ее. Обхватив одной рукой за талию, он приподнял отяжелевшее тело Кэрол и перенес ее на диван. Она притянула его к себе с такой силой, что ему тоже пришлось лечь, опустившись на нее всей своей тяжестью, и чувствовала, как под ее требовательными ласками напрягаются мышцы.

Губы Дэвида начали путешествие вниз по ее телу, руки услужливо расстегнули пуговицы на ее блузке, предоставляя губам все больший простор для деятельности. Воздух в комнате неожиданно сгустился и стал упругим и душным, несмотря на распахнутое окно. Перед глазами Кэрол замелькал калейдоскоп цветных ярких пятен, так что закружилась голова. Тело нетерпеливо выгнулось.