Энн Хампсон - Женитьба по расчету

Лорен с готовностью согласилась отдохнуть, и они присели на упавшее дерево. Девушке бросилась в глаза дерзкая маленькая ящерица, сидевшая на коричневом валуне и наблюдавшая за ними, не шевелясь. Стояла тишина. Воздух был пропитан странным диким ароматом, характерным для невозделанных земель, который доносил до них мягкий ветерок. Чахлые эвкалипты повернули листья ребром к солнцу, и англичанка с удивлением отметила это. В ее больших карих глазах заплескалось недоумение.

— Природа находит чудесную защиту от излишней потери влаги, — объяснил спутник. — Испарение сведено к минимуму. Если бы вся поверхность листьев была обращена к солнцу, дерево потеряло бы гораздо больше воды.

— Это замечательно! — с энтузиазмом воскликнула девушка. — Когда над этим подумаешь, Тейн, человек кажется намного глупее природы.

— Человек предпринимает гораздо меньше усилий, — согласился мужчина, поворачивая голову и улыбаясь ей. — Но если на то пошло, у природы есть перед нами значительное преимущество во времени.

Мисс Найт засмеялась, почувствовав его растущий интерес. И внезапно она ощутила робость и легкое беспокойство. Она уже не в первый раз испытывала подобное чувство, оставаясь наедине с Тейном. Почему-то присутствие опекуна необъяснимым образом волновало ее. Она ощущала странную беспричинную радость каждый раз, когда они вместе отправлялись на прогулку, а иногда ее сердце начинало учащенно биться в напряженном ожидании какого-то чудесного события. Поэтому Лорен с трудом находила слова и в ее мыслях царили сумбур и путаница.

— Я получила еще одно письмо от Дженет, — поспешно произнесла девушка, задыхаясь от волнения, потому что над ними снова нависла пронизывающая тишина, и мисс Найт страстно желала ее нарушить. — Судя по тону ее послания, кузина не очень счастлива.

— Несчастлива? — Тейн встретился взглядом с собеседницей. Его темные глаза вопросительно смотрели на нее. — Почему?

— Я не уверена, правильно ли ее поняла, — покачала головой спутница. — У меня сложилось впечатление, что она недовольна.

— Своим мужем или своей новой страной? — Бенедикт задал вопрос немного скучным голосом, как будто эта тема казалась ему слегка утомительной. Собеседница бросила на него косой взгляд из-под длинных загнутых ресниц и заметила, что на лоб мужчины упал локон черных волос, выбившихся из прически, когда он снял шляпу. Девушка была зачарована этим зрелищем, потому что Тейн внезапно стал выглядеть гораздо мягче. В его облике появились черты мальчишеской беззаботности, сильно контрастировавшие с его обычной маской суровой решительности.

— И тем и другим… по-моему, — поколебавшись, ответила девушка с ноткой неуверенности. — Сначала она была по уши влюблена в Роберта…

«Но Дженет страстно влюблялась множество раз», — вспомнила Лорен.

— Сначала? — приподнялась черная бровь, и теперь выражение лица спутника представляло собой смесь веселья и презрения. — Но не сейчас? Значит, она следует моде. Какого черта люди сначала не проверят свои чувства?! Как давно она замужем?

— Меньше года.

Мужчина в ответ только снисходительно пожал плечами. Вновь воцарилась тишина, которую нарушал только щебет птиц на ветках деревьев. Одинокая розель, сверкая блестящим ало-сине-желтым оперением, порхала вокруг в поисках пищи. Маленькая стая галахов взлетела и теперь парила над равниной. Их крылья переливались желтовато-розовыми оттенками, отражая солнце.

Мисс Найт умиротворенно облокотилась на дерево и еле слышно вздохнула. Тейн, прищурившись, рассматривал свой скот и своих людей на равнине, но, услышав вздох Лорен, обернулся с легкой улыбкой на губах.

— Вздыхаешь? Почему?

— Не о доме, если ты заподозрил приступ ностальгии, — немедленно ответила спутница. — Просто я довольна. Приятно уехать от всякой толкотни и суматохи, уличного движения и транзисторов.

— Неужели? — иронично произнес собеседник. — Если я не ошибаюсь, перспектива жизни в Мунроке не вызывала у тебя особого энтузиазма. — Темные глаза мужчины окинули ее проницательным взглядом.

Девушка тут же вспомнила, как опекун пристально смотрел на нее в тот вечер, когда у Брэдонов показывали фильм, а Фелисити снисходительно назвала ее юной и хорошенькой. Казалось, в тот день Тейн взглянул на нее по-новому, а теперь снова вглядывался в ее глаза, словно заметив в своей воспитаннице нечто необычное. Лорен вспыхнула, у нее задрожали губы, а Тейн заулыбался еще шире. Легкие морщинки в уголках его глаз стали заметнее, и мисс Найт почувствовала, что спутник догадался о ее смущении, которое его немало развеселило. Если бы только она не так легко краснела, словно робкая и неуверенная в себе школьница. Дженет всегда держалась раскованно, и Лорен не сомневалась, что именно поэтому кузина легко находила общий язык со многими мужчинами. А вот самой девушке легкость общения никогда не давалась: как только молодые люди заводили разговор на смущавшие ее темы, она замолкала и краснела… Именно так она поступила сейчас, подумала мисс Найт, почувствовав легкое отвращение к самой себе.

— Я не знала, какой восхитительно спокойной здесь может быть жизнь. — Даже защищаясь, Лорен говорила мягко, мелодичным низким голосом. — Люди думают, что невозделанные земли Австралии — это суровая и дикая местность.

Тейн кивнул. Он обвел глазами холмистую равнину, и его взгляд остановился на конном пастухе, сидевшем верхом и поившем свою лошадь у артезианской скважины.

— Огромная их часть — до сих пор дикая местность, — наконец произнес собеседник довольно рассеянно. — И все же какая перемена со времен мелиорирования, когда было так мало воды! Австралия — самый сухой континент, но ты это проходила в школе. — Спутница кивнула, и мужчина продолжил: — Речные русла остаются сухими большую часть года, но у нас есть подземные источники. — Опекун все еще о чем-то раздумывал, беседуя словно сам с собой. Затем добавил: — Да, большая часть этих пространств — до сих пор пустынная местность, несмотря на артезианские скважины.

— Но ты их любишь. — Лорен вдруг очень захотелось отвлечь Тейна от его раздумий. Она испытала легкое потрясение и удивление, осознав, что хочет привлечь внимание своего спутника, чтобы он хоть немного заинтересовался ею, словно она была очаровательной молодой женщиной вроде Дены или Фелисити, а вовсе не его воспитанницей. — Я же это чувствую…

— Я не мог бы жить где-нибудь еще. — Бенедикт слабо улыбнулся, но изящные черты его лица по-прежнему хранили выражение привычной суровости.

Его профиль казался жестким, хищным и надменным. Такое лицо гармонировало с его крепким жилистым телом пастуха и сильными загорелыми руками. Оно также хорошо сочеталось с его характером… его высокомерностью помещика, происходившей, как и у всех зажиточных землевладельцев малонаселенной местности, от обладания бесчисленными стадами и богатства, которое приносили эти стада. Однако в характере Тейна была и доброта. Он был заботлив с животными и внимателен к своим работникам, которые платили ему уважением… Все, кроме Купера, жаловавшегося окружающим, по словам Дены, на то, что Босс обращается с ним хуже, чем с другими конными пастухами.