Арлин Хейл - Когда сбываются мечты

Билл с удовольствием курил трубку и читал утреннюю газету, пока Джо не поставил перед ним большое блюдо. Тогда он отложил газету, засунул трубку в карман и набросился на омлет. Покончив с ним, он выпил две чашки кофе, оплатил счет и ушел, помахав хозяину рукой.

Влившись в утренний суматошный поток транспорта, он вскоре подъехал к офису. Солнце уже вовсю пылало на небе, предвещая очередной жаркий день.

— Доброе утро, доброе утро! — весело прокричал Билл секретарше и, остановившись рядом с ней, чмокнул в макушку.

Женщина, годившаяся ему в матери, покраснела от смущения.

— Билл Лансей, ты просто невыносим! Вот твоя почта. — Она сунула ему в руки кипу бумаг, и молодой человек скорчил гримасу:

— Послушай, Сэл, а мы не могли бы это отложить на…

Салли покачала головой:

— Никаких шансов! Это за три дня накопилось. Тебе не повредит, если ты немного посидишь в офисе за своим столом.

Билл усмехнулся и пожал плечами. Затем, взъерошив седеющие волосы Салли, направился в «четыре на четыре», как в шутку называл свой кабинет, и со вздохом уселся за стол.

Если хорошенько сосредоточиться, можно будет одолеть бумажную гору за час, решил он и, повернувшись к окну на своем вращающемся кресле, уставился на оживленную улицу. Сегодня вечером он увидит Рошель. Боже, как же он по ней соскучился! Ему казалось, что ее нет в городе уже несколько месяцев, а не дней.

Билл все еще витал в облаках, когда в кабинет вошел его босс. Джон Максвелл был человеком серьезным и прямолинейным. Всю свою жизнь он продавал страховки и теперь приблизился к пенсионному возрасту. Билл с ужасом ждал, что в один прекрасный день он навсегда покинет офис.

— Доброе утро, Джон.

Босс отодвинул стул и сел. Это было не в его привычках — ходить по кабинетам сотрудников. Все обычно происходило наоборот.

— Прекрасный день, — заметил Билл. — Как думаете, рыба клюет?

Джон кисло усмехнулся:

— Как будто не знаешь, что я сто лет не выезжал из города. Я вырос на бензиновых парах. Даже представить себе не могу, что где-то есть свежий воздух.

— Я тоже, — засмеялся Билл.

Иногда он думал, что в этом и заключается причина, почему Джон терпит его и держит на службе. У них были одни корни, хотя Джон вырос в бедном районе на другом конце города, с тех пор превратившемся в фешенебельное предместье.

— Как дела? — поинтересовался начальник.

Билл, взглянув на сваленную перед ним на столе почту, пожал плечами:

— Помаленьку. Как всегда летом.

— А тебе только того и надо, — многозначительно заметил босс.

Билл поднял глаза. Джон пристально смотрел на него. Молодой человек нахмурился.

— Вы меня увольняете? — спросил он.

— Следовало бы, — сердито буркнул Джон.

— Ладно, как скажете.

Джон вытащил из кармана рубашки длинную сигару, и Билл дал ему прикурить.

— Не думаю, что ты станешь беспокоиться, если тебя уволят. — Джон вновь нахмурился. — Не понимаю я тебя, Билл. Ты мог бы стать одним из лучших страховых агентов в городе, если бы приложил хоть немного усилий.

Билл улыбнулся:

— Я делаю свою работу и так достаточно хорошо, Джон.

— Дело в том, что ты можешь делать ее значительно лучше.

— Джон, в чем все-таки дело? Если есть какие-то жалобы, я готов их выслушать.

— Ты здесь уже три года. Эта цифра для тебя — рекорд, Билл. Я хочу удалиться от дел, но вместе с тем мне нужно оставить бизнес в надежных руках. Я хочу оставить его тому, кто сможет о нем хорошо позаботиться.

— Что вы имеете в виду?

— Когда ты наконец соберешься повзрослеть, Билл? Когда тебе в голову придет здравая мысль, что в мире есть еще кто-то, кроме тебя одного?

Билл выпустил из рук письмо и уставился на босса. Джон был редкой личностью. Его беспокоили только страховые полисы и сколько их положено на его стол для обработки. Они с Биллом всегда были друзьями, но временами…

— Я не понимаю вас, Джон.

— Ты просто плывешь по течению, Билл. Направляешься в никуда, стараясь поудобнее пристроиться к жизни. Ты не хочешь большего?

Билл усмехнулся и выудил трубку из кармана.

— Если одним словом — нет. Я совершенно счастлив.

Джон вздохнул и хмуро посмотрел на Билла. Затем встал и, качая головой, двинулся к двери.

— Я пришел сюда, чтобы предложить тебе продвижение по службе, но теперь передумал. Ты не из тех, кто с этим справится.

Джон резко захлопнул за собой дверь, и Билл откинулся на спинку кресла, прислушиваясь к жужжанию кондиционера и покусывая черенок трубки. Потом, собрав в кулак всю свою волю, он приступил к разборке почты и сконцентрировался на работе. Вызвав Салли, продиктовал ей пару писем, сделал пять телефонных звонков и договорился о трех встречах. Затем, весело улыбаясь и размахивая портфелем, вышел на кипящую от жары улицу и сел в свою машину.

Звоня по телефону и разговаривая с потенциальными клиентами, Билл пытался отвлечься от мыслей о неожиданном визите Джона в его кабинет. Зачем ему что-то менять в своей жизни? Он и так доволен своим положением и не жалуется на комиссионные. Не золотые горы, конечно, но он никогда и не стремился стать миллионером. Он родился на Клейтон-стрит, а многие ли из тех, кто оттуда стартовал, выбились в люди? Очень и очень немногие…

Было около пяти часов, и движение на улицах становилось все напряженнее. Было жарко, хотелось пить и побыстрее добраться до дома. Встреча с Рошель была назначена на семь.

Свернув с оживленной автострады в надежде сократить путь, Билл понял вдруг, что находится в двух кварталах от Клейтон-стрит. Ударив по тормозам, он несколько минут задумчиво сидел за рулем, потом, сам не зная, зачем ему это понадобилось, вырулил на главную улицу своего детства.

Здесь в это время было полное затишье. Дети разбежались по домам ужинать, некоторые, выдохнувшись за день от жары и беготни, сидели на крылечках или на обочинах, рисуя узоры на пыльных поверхностях или почесывая за ухом какую-нибудь старую запаршивевшую собаку.

Билл подъехал к тротуару, и маленький худенький мальчик с большими глазами подозрительно на него посмотрел. Порывшись в кармане, Билл вытащил несколько монет.

— Эй, малыш, иди сюда!

— Вам чего, мистер? — настороженно спросил мальчик.

— Знаешь, где здесь можно найти холодную колу?

— Да. Вон там есть магазин.

— Принеси мне бутылочку, и сможешь оставить сдачу себе.

В глазах ребенка появился интерес. Билл протянул руку, паренек взял с его ладони монеты и деловито пересчитал их.

— О'кей, — кивнул он. — Договорились. — И неторопливо зашагал по улице.