Элизабет Кейли - Сколько стоит любовь?

Эрик прав, наш разговор придется отложить, пока из дома не исчезнет эта напасть! – обреченно поняла Кристин.

7

Кристин старательно следовала всем советам из кулинарных книг и за последние дни преуспела, так что какой-никакой завтрак вполне была способна приготовить. Особенно важно это было сейчас: Кристин вовсе не хотелось дать дорогой тетушке еще один повод позлословить в ее адрес.

Накрыв на стол, Кристин пригласила всех завтракать.

– Давно пора, – сердито проворчала тетя Энн.

Она прошествовала в столовую и села во главе стола. Кристин, Эрик и Робби тоже сели и занялись завтраком. Только сейчас Кристин почувствовала, как сильно она на самом деле проголодалась. Да и Робби с Эриком ели с видимым аппетитом.

Только во время этого завтрака Кристин поняла, как был прав Эрик, когда настоял на том, чтобы они ели в кухне. От привычной дружеской и непринужденной атмосферы не осталось и следа. Хотя, вполне возможно, виной этому было неожиданный визит тетушки Энн.

Сама же виновница напряжения, возникшего в столовой, с самым непринужденным видом поглощала еду и зорко присматривалась к тому, что происходит вокруг нее. Энн уже давно поняла, что в этой семье что-то не так. А уж от Кристин она и вовсе не ждала ничего хорошего. О чем не преминула сразу же сообщить племяннику.

Впрочем, может быть, эта Кристин еще ничего… – подумала тетя Энн, придя после завтрака в доброе расположение духа. Готовит она неплохо, да и сын ее вроде бы хороший, воспитанный мальчик. Очень вежливо говорил со мной сегодня утром, старался занять меня, в свои шесть лет замечательно управляется со столовыми приборами. Эрик так не мог. И все же что-то в этой семье не так! И я должна узнать что!

По окончании завтрака Кристин, смущаясь, выслушала похвалы в свой адрес и поспешила скрыться в кухне – не хотелось давать тетушке Энн повод придраться еще к чему-нибудь. Кристин решила, что все же тетя Энн приехала к племяннику и им есть о чем поговорить и без нее.

Когда посуда закончилась, перед Кристин встала проблема: чем бы еще себя занять, чтобы не пришлось выходить из убежища. Но ничего путного в голову не приходило. И Кристин, тяжело вздохнув, сняла фартук.

– Можешь не страдать так, – услышала она веселый голос Эрика. – Робби принял огонь на себя и потащил тетушку показывать свои любимые местечки. Этот парень будет грозой для девчонок!

– С чего ты взял?

– Как лихо он окрутил мою неприступную тетушку!

– Просто Робби очень общительный.

– Ты как тигрица бросаешься на его защиту! – Эрик успокаивающе замахал на Кристин руками. – Я вовсе не имел в виду ничего плохого! Робби действительно очень общительный мальчик и легко вызывает в других чувство привязанности. Это же просто замечательно! Если бы у меня была хоть капля его шарма, ты бы уже давно научилась готовить.

Кристин удивленно изогнула бровь, отказываясь как-то комментировать это высказывание.

– Ты прекрасно поняла, что я хочу сказать. Если бы в свое время я был более очарователен, ты бы уже давно была моей женой, а Робби – моим сыном.

– Ты все никак не можешь простить мне тот дурацкий разговор? – тихо спросила Кристин.

– Не знаю, – честно признался Эрик. – Иногда мне кажется, что теперь-то уж у нас отношения наладятся и все будет хорошо. Но потом я вспоминаю твои слова и задумываюсь, а не уйдешь ли ты от меня, когда найдется кто-то, кто сможет предоставить тебе драгоценности, лимузины и роскошные особняки.

– Но ведь и ты все это можешь! Не думай, что я так уж наивна: я навела справки. – Кристин очень хотелось свести этот неприятный разговор к шутке.

– А тебе это все нужно?

– Отвратительная привычка отвечать вопросом на вопрос! – возмутилась Кристин и улыбнулась. – Еще несколько недель назад я не могла даже представить, что буду готовить, убирать, стирать. Мне казалось, что женщина создана для того, чтобы руководить слугами и обновлять время от времени интерьер, ну и составлять мужу компанию для похода на светскую вечеринку. Конечно, когда ты чуть ли не силой нацепил на меня фартук, я была шокирована и просто не знала, что мне делать. Но сейчас я уже привыкла, и, должна тебе сказать, это даже затягивает! Еще никогда я не чувствовала себя женой и матерью. Только сейчас я поняла, что ухаживать за мужем и сыном довольно приятное занятие. И когда вы говорите, что все было очень вкусно… да, это стоит всех косметических салонов и всех мехов на свете!

– Ну я вовсе не заставляю тебя отказываться от салонов красоты и мехов, – пробормотал смущенный Эрик.

– А я и не отказываюсь. Как только у нас все утрясется…

– Ты хочешь сказать, уедет тетя Энн?

Кристин пожала плечами.

– Тетушка – меньшее из зол. Так вот, как только мы поймем, чего мы хотим от этого брака и найдем общий язык, я сразу же займусь тем, что начну тратить твои деньги. Можешь не волноваться, это я умею.

– Я до сих пор с ужасом вспоминаю сумму, в которую обошлась наша свадьба, – признался Эрик.

– Но разве это было не красиво?

– Да уж!

Они весело рассмеялись.

– Кстати, наше бедствие приехало всего-то на три дня: у нее конференция в нашем университете.

– Нет, конечно, я очень рада визиту твоей тети, но…

Эрик обнял Кристин и весело рассмеялся.

– Мне кажется, ты ей понравилась.

– Хорошо бы! Я ведь знаю, как много значит мнение дорогого человека!

– Скажи, ты себе нравишься?

– Еще бы!

– Так вот, ты для меня самый дорогой человек! Значит, твое мнение для меня значит больше всех прочих.

– И кто-то будет говорить о женской логике!

– И все же серьезно: ты хорошо себя чувствуешь без салонов и мехов?

– Отлично! Иногда, знаешь ли, начинает надоедать тратить деньги. Кстати, как дела в «Бирн корпорейтед»?

– Небольшое финансовое вливание пошло ей на пользу. Думаю, с нового года мы начнем нормально работать. Пока же я устроил глобальную проверку. Я должен понимать, что произошло, чтобы больше подобное не повторялось.

– Эрик, ты не мог бы и мне все объяснить? – смущаясь, спросила Кристин.

– Зачем?

– Знаешь, мне всегда казалось, что отец будет жить вечно. И вот его не стало. Я уже поняла, что в этой жизни можно ожидать чего угодно. Я хочу быть уверена в том, что Робби получит нормально функционирующее предприятие.

– Не пойму, ты мне не доверяешь или просто боишься, что я вас брошу?

– Вот этого я как раз и не боюсь. И я доверяю тебе, Эрик. Ты единственный мужчина после отца, которому я могу доверять.

– Очень лестно, – без тени насмешки сказал он. – Но ты права, пока Робби не вырос, защищать его интересы все же должна ты, а не я. Ведь в конечном счете я Робби никто.