Пегги Морленд - Любовь солдата

Дверь за Крэйгом захлопнулась, и Сэм с Лией остались одни.

Хотя Лии очень хотелось плакать при мысли об отъезде Сэма, она заставила себя улыбнуться.

— Что ж, ты устроил ему праздник.

— Он заслужил это. Расстался со своей шваброй на голове.

— В этом есть и твоя заслуга.

— Ну да, возможно, я заронил семя.

— Ты оказал на него огромное влияние. Не знаю, как благодарить тебя за все то, что ты для него сделал.

— Никак. Он и сам хороший парнишка.

Боясь, что если сию же минуту не займет себя чем-нибудь, то упадет на колени и будет умолять его остаться, Лия открыла моечную машину и начала вынимать чистые тарелки.

— Ты видел его лицо? Он не был таким счастливым целую вечность.

— Не нужно многого, чтобы сделать ребенка счастливым.

Она встала на цыпочки, собираясь убрать тарелки в шкаф.

— Раньше он всегда был таким. Все время смеялся. Но это было так давно!

— Лия…

Интуиция подсказала Лии, что ничего радостного Сэм не скажет, поэтому молодая женщина перебила его:

— Не могу поверить, что ты уже почти закончил работу с «мустангом».

— Осталась только полировка. Это может сделать кто-нибудь из местных. Лия, мне надо…

Она закрыла дверцу моечной машины и повернулась к холодильнику.

— Могу поспорить, что ты голоден! Уж я-то точно голодна. Думаю, со вчерашнего вечера остался салат. Я могу добавить жареного цыпленка и, возможно, немного брынзы…

Он взял Лию за руку и развернул так, чтобы она смотрела ему прямо в глаза.

— Лия, — твердо сказал Сэм. — Нам нужно поговорить.

Его голос был таким серьезным, что ей захотелось зажать уши руками, чтобы ничего не слышать. Вместо этого она села за стол.

— Если это о твоем отъезде… — начала Лия, надеясь, что если сама начнет говорить об этом, то это несколько смягчит удар.

Он покачал головой и сел напротив нее.

— Нет, не об этом.

— Тогда о чем?

— Лия, можно кое о чем попросить тебя?

Она кивнула.

— Дай мне руку.

Лия нервно рассмеялась.

— Сэм, ты меня пугаешь.

— Просто возьми меня за руку. Пожалуйста.

Сглотнув, она вложила свою руку в его ладонь. Он согнул пальцы и, сцепив их с ее пальцами, крепко сжал их.

— Я был не до конца честен с тобой.

Ошеломленная его признанием, Лия попыталась высвободить руку, но он только сильнее сжал ее.

— Пожалуйста, выслушай меня.

Она приподняла подбородок, понимая, что у нее нет выбора.

— Хорошо.

— Я не механик.

— Не смеши меня. Конечно, ты механик! Я видела, как ты работаешь.

— Не обязательно быть механиком, чтобы отремонтировать машину.

Улыбка медленно исчезала с ее лица, но все-таки Лия ожидала, что Сэм засмеется и скажет ей, что разыграл ее, что просто шутит. Но его лицо оставалось мрачным, и он не отводил от нее глаз.

— Но… зачем? Зачем надо было лгать?

Он опустил глаза и погладил большим пальцем ее ладонь.

— Потому что я знал: ты выставишь меня сразу, как только узнаешь, кто я на самом деле.

— Ты не Сэм Форрестер?

Его губы изогнулись в подобии улыбки.

— Нет, конечно, я Сэм Форрестер. Но вот понимаешь…

В ее голове вертелись вопросы, тысячи вопросов, но она не смогла заставить себя задать их ему.

— Помнишь, я говорил тебе, что у меня творческий отпуск, чтобы подумать о смене карьеры?

— Хочешь посоветоваться со мной? — с надеждой спросила она. — Ты уже решил, чем заняться?

Он покачал головой.

— Честно говоря, я был так захвачен твоей жизнью, что не особенно занимался своей.

Укол вины пронзил ее.

— Мне жаль. Я не хотела втягивать тебя в мои семейные проблемы.

— А мне не жаль. На самом деле мне доставило огромную радость пожить здесь. Узнать тебя и Крэйга. Дело в том, Лия, что я не хочу уезжать.

Она ничего не понимала. Он взял ее руку.

— Я сказал тебе, что приехал из Лампасаса, и это правда… до некоторой степени. Лампасас — это город, в котором я вырос, но там у меня нет дома. — Сэм судорожно вдохнул. — Черт возьми, у меня вообще нет дома, что и было одной из причин, по которым я взял отпуск. — Выражение его лица смягчилось, и он легонько сжал ее руку. — И тогда я встретил тебя. Понимаю, что мы знакомы совсем недолго. Но я начал заботиться о тебе, и мне хотелось бы попытаться продолжить и посмотреть, куда нас приведут наши отношения.

Лия с трудом сглотнула, не зная, какую часть своих чувств готова приоткрыть ему.

— Мне бы тоже этого хотелось.

Он опустил взгляд на их соединенные руки.

— Но есть еще одна проблема. Точнее, не одна.

— Если это из-за того, что я так озабочена тем, чтобы все… — сказала Лия скороговоркой, опасаясь, что это и было причиной его упрямого нежелания сделать ей свое признание.

Сэм покачал головой.

— Нет. Я могу ужиться с твоей педантичностью. Я много раз смотрел смерти в лицо, но никогда не боялся так, как сейчас.

Почувствовав, как дрожат его руки, она уже не сомневалась, что это правда.

— Я не понимаю, чего тут бояться?

— Потерять тебя.

— О, Сэм… Почему ты думаешь, что можешь потерять меня?

— Потому что я… я солдат.

Она замерла, моля Бога, что ослышалась.

— Ты… солдат?

Когда он кивнул, Лия вскочила на ноги, и на этот раз ей удалось вырвать руку.

— Нет, — прошептала она, сделав шаг назад. — Нет! Нет! Нет! Только не это.

Он встал и направился к ней.

— Лия…

Она отпрянула от него как ужаленная.

— Нет! Я не хочу снова проходить через это. Не могу.

— Лия, пожалуйста.

— Нет! — закричала она. — Я потеряла отца и брата. И не пройду через это еще раз. Ожидание, тревога. Страх услышать плохие новости каждый раз, когда раздается звонок. Не могу. Не буду. Даже ради тебя!

Сэм засунул запасные ботинки в сумку, застегнул молнию, встал и со всей силы запустил сумкой в дверь.

Он ожидал, что у Лии будет такая реакция на его признание… Но не ожидал, что почувствует такую боль.

Она ранила его, черт возьми. Впервые в жизни он предложил женщине свое сердце, а она швырнула его обратно ему в лицо.

И все потому, что он был солдатом, мужчиной, который любит свою страну, желает сражаться за нее, положить свою жизнь во имя свободы.

Ну и черт с ней, с Лией, сказал он себе, ворвавшись в ванную, чтобы забрать свой набор для бритья. Если она хочет прожить остаток своих дней в страхах и обидах, пусть так и будет. Он не собирается лить слезы из-за женщины, которая позволяет трагическому прошлому так сильно влиять на нее, что она боится жить.

К черту, снова подумал он. Есть и другие. Лия Киттрелл не единственная женщина, оставшаяся в мире.