Измена. Двадцать лет лжи - Елена Полярная

– Мам... Я не знаю, как я смогу без него... – медленно, с запинками, будто через силу, выдавила из себя Вика, когда последняя сумка была застёгнута.

– Сможешь! И не надо пытаться надавить на жалость, это не сработает. Просто посмотри на ваши с Маликом отношения трезвым взглядом. Представь, что это с Машей кто-то бы стал так обращаться, или со мной. Ты бы разве не захотела вступиться за нас? Не посчитала бы подобное чем-то отвратительным и ужасным?

Вика недоверчиво нахмурилась, но промолчала.

– А вот и я! – раздался чересчур радостный голос Комарова.

Мужчина выглядел крайне довольным, но вот взгляд его стальных глаз пугал и говорил о том, что он пытается скрыть свои настоящие чувства, а именно ярость.

Быстро осмотрев мужчину с ног до головы, я испытала облегчение, не увидев никаких повреждений, только сейчас осознав, в каком же сильном напряжении я пребывала всё это время, раз мышцы стало сводить судорогой.

– Идёмте! А то мне тошно находиться в этой квартире.

Взяв самые тяжёлые сумки, Кирилл Львович вышел из спальни, но дождался, пока мы первыми покинем квартиру, так как за нами внимательно наблюдал Малик, стоя в арочном проходе, видно, ведущем на кухню.

И наблюдал этот козлина одним глазом, так как второй уже стал заплывать.

Наградив Малика презрительным взглядом, я прошла мимо него, поторапливая Вику, уже было хотевшую задержаться и что-то ему сказать.

И только в машине Комарова я позволила себе окончательно расслабиться и победно улыбнуться.

Вот и всё, теперь моя дочка в безопасности. Правда, мне предстоит потратить много нервов, чтобы донести до Вики одну простую истину: если мужчина бьёт, он НЕ любит.

– Не переживайте, я доходчиво объяснил Малику, что с ним будет, если он вздумает напомнить о себе. Как и дал понять, в каком направлении пойдёт его родственничек из полиции, вздумай он снова его прикрыть.

Хищно усмехнувшись, явно довольный сам собой, Кирилл Львович бросил на меня вопросительный взгляд, который я сразу поняла, назвав адрес Маши.

И только когда младшая дочка, наотрез отказавшаяся переводиться и уезжать из Краснодара, оказалась вместе со старшей сестрой, которой я дала указания на её счёт, и мы, ещё раз поговорив, попрощались, я в порыве благодарности обняла Кирилла, искренне его поблагодарив.

– Спасибо вам. Большое человеческое спасибо. Вы и не представляете, как выручили меня и мою дочку.

– Для такой красивой женщины всё что угодно, – почему-то немного хриплым голосом ответил Комаров, и его сильные руки обвились вокруг меня.

Правда, простояли мы так недолго, и я, пересилив себя, отстранилась от мужчины, посмотрев ему в глаза, чей взгляд уже почти не пугал меня.

– Ещё раз спасибо.

– Ради твоей улыбки я готов совершить ещё один подвиг, только скажи.

– Льстец! – Рассмеявшись, я отвернулась, пытаясь сдержать слёзы, вызванные радостью и облегчением.

Но Комаров, словно опять почувствовав, что творится у меня на душе, залез в машину, достав из бардачка пачку сухих салфеток, и протянул её мне.

Он ничего не говорил, просто стоял рядом, никуда не торопя и поддерживая своим спокойствием и близостью, не пытаясь залезть мне в душу. И это подкупало.

До этого мне казалось, что Кирилл очень бестактный и наглый человек, но он, как оказалось, знает, когда надо промолчать, как и прекрасно считывает состояние людей.

– Может по кофе и бургеру? – спустя несколько минут спросил мужчина, и я почувствовала, как живот стянуло от голода. – Здесь как раз рядом есть неплохое заведение.

А ведь я сегодня только завтракала. И то завтрак состоял из кружки кофе и двух бутербродов.

– Не откажусь, а то я голодная как волк.

Сделав глубокий вдох, собираясь с силами и поправив волосы, я обернулась, посмотрев на Комарова, застывшего всего в двух шагах.

Его рост и телосложение больше не подавляли меня, не заставляли чувствовать себя слабой и беспомощной.

И если Малик своей силой пытался запугать человека, демонстрируя грубость и прямо-таки нарываясь, показывая, что сможет заткнуть любого, то вот Кирилл в этом плане был его полной противоположностью. Он не доказывал, что он сильный за счёт слабого. И если не брать в расчёт его наглость, то он всегда вёл себя вежливо.

Улыбнувшись, Комаров предложил взять его под руку, но я покачала головой, первой направившись в сторону заведения с яркой вывеской.

– Какая же вы неприступная, Вероника Константиновна, – полетело мне вслед.

– Что есть, то есть.

– Но, к твоему сожалению, я никогда не боялся брать неприступные крепости штурмом, ещё ни разу не потерпев поражения.

– Ничего, всё бывает впервые.

– Опять бросаешь мне вызов?

– А вы думаете, что я после вашей помощи отдамся вам без боя? Нет, я, конечно, благодарна вам, но отвечать взаимностью не планирую.

Комаров промолчал, но я буквально каждой клеточкой тела чувствовала на себе его внимательный взгляд, который ясно давал понять, что кое-кто не остановится и попытается взять меня штурмом.

Правда, до сих пор непонятно, почему он так зациклился на мне.

Неужели я и правда ему так сильно приглянулась?

Глава 17

Глава 17

Вероника

Следующие несколько недель прошли в относительном спокойствии для меня. И после предательства Глеба, как и случая с Викой, никакие детские проказы и попытки вывести меня из себя не могли пошатнуть моё душевное спокойствие.

Ещё и Комаров ненадолго улетел в Москву, о чём он лично поставил меня в известность, написав, что наше свидание придётся перенести. И если поначалу я обрадовалась, то вот потом пришло неприятное осознание, что я даже немножко скучаю по этому грубому на вид мужчине и была бы не против его увидеть.

Было в нём что-то такое притягательное, что вначале я не могла рассмотреть из-за его внешности, что теперь не оставляло меня в покое, заставляя всё чаще о нём вспоминать.

Естественно, я бы не призналась Кириллу в подобном, и когда он мне писал, начиная разговор со своих сыновей, я отвечала ему сдержанно и без проявления интереса.

– Ну и дура! – недовольно фыркнула Ира, когда мы с ней созвонились вечером. – Такой классный мужик положил на тебя взгляд, а ты строишь из себя строптивицу, как будто тебе восемнадцать. Вер, да ты должна была с ходу взять быка за рога, пока это не сделал кто-то шустрее.

– У меня развод на следующей неделе, встреча с Глебом,