(Не)путёвая Наследница - Nadia Sim

накрыла обед для него лично в его комнате, почистила апельсин, убрала со стола, открыла окно, потому что барину стало жарко. Ну и, протёрла пыль на зеркале, а то отражение сударя не видно, затем принесла воды, пить очень захотелось, потом стала искать запонки под кроватью, закатились они, видите ли!

— Я не вижу здесь запонок!!! — уже сердито возникала Энжелин, заглядывая под кровать. Она стояла на коленках, закинув зад к верху.

— Ты издеваешься??? — закричала на него Энжелин, когда подняла голову и увидела, что он смотрит ей под юбку с насмешкой на лице.

— Не — е–ет! — протянул довольно Дэлрой.

Она поднялась на ноги и одернула с силой платье.

— С меня хватит! — бурчала злостно Энжелин. — Можешь отправить меня обратно в лес! Я лучше там сдохну!!! Иди к чёртовой матери!!! — она гневно зашагала из его спальни, слыша его смех.

Она немного помогла Кире на кухне и решила вновь подняться к «сатрапу». Энжелин, всё — таки, немного взяла печаль, что он идёт с Еленой на мероприятие.

Он стоял у зеркала и поправлял галстук. Дэлрой морщился и тихонько ругался. Заметив Энжелин, лицо его поменяло характер.

— Ну — ка! Посмотри своим модным взглядом. Как я? А то Елена в этой своей «москине» пойдёт…

У Энжелин всё кипело уже внутри. Но она спокойно подошла к нему. Шумно вздохнула, осмотрела его безразличным взглядом. Дэлрой ждал, сунув руки в карманы брюк.

Она заметила ножницы на тумбе, которыми он, очевидно, отрезал бирку с костюма, так как та лежала рядом. И решение пришло само собой…

Дэлрой слегка напрягся, когда увидел ножницы в руках Энжелин. Та приложила указательный палец к губам, делая вид, что думает над его нарядом.

Он уже приготовился вновь к борьбе.

Энжелин совершенно не собиралась драться с ним. Ножницами она стала надрезать рубашку со стороны пуговиц на бахрому. Затем вырезала приличный кусок у кармана…

Дэлрой растерялся от такой дерзости, но не останавливал её. Энжелин делала всё это, высунув кончик языка к верху. Его захватило это зрелище. Он всматривался в её мстительное лицо, и осмыслил, что эта девушка имеет верх над ним… незримый, но такой ощутимый его телом. Он представил, как он кидает её на кровать, выхватывает ножницы из рук и прижимает своим телом. Сливается с ней в поцелуй, втягивая этот язычок в себя. Мысленно, он задрал ей подол платья и стянул эти трусы в красный горошек, которые он заметил сегодня на ней.

Энжелин закончила свою работу модельера и положила ножницы. Но затем вдохновлённо вскинула бровями и снова их взяла. Она отрезала ему наполовину галстук и положила эту часть ему в карман рубашки, оставив торчать небольшой краешек.

— Вот! Так уже лучше! — с уверенностью в голосе сказала Энжелин, хлопнув по карману рукой.

— Ты прямо нарываешься на неприятности, Энжелин! — покачал он головой с хитрецой в глазах.

— Хм! — получил он в ответ.

Она развернулась и вышла с комнаты.

— Засранец! — услышал он уже с коридора.

Дэлрой посмотрел на себя в зеркало.

Красавец, действительно! Он скинул испорченные рубашку и галстук, но решил не выкидывать, отложил на дальнюю полку…

Вновь посмотрел на себя в зеркало.

Что такое Дэлрой Джонс? Дал слабину, безродный коне — фермер? Бегаешь по лесу, переживая за неё… Устроил прогулку верхом, поцеловал её, страстно желая этого. И очень сильно боишься того момента… когда ей придётся уйти…

Глава 11

Открытие сезона и показательные забеги, однозначно, принесли удовлетворение Дэлрою. Он гордо вынес все нападки со стороны соперников, все грязные высказывания в сторону его конезавода.

Во всяком случае большинство всё равно сделали свой выбор в пользу Horses&Jones. Поэтому он питался большой надеждой на эту неделю забегов, так как материальное положение неплохо бы улучшить.

Главный его конкурент Уильям Лэнг также представил неплохих лошадок, он разводил преимущественно белые породы и его конезавод Lang Whait Horses имел значительно больше голов, чем у Дэлроя. И Лэнга немного задевало, что Horses&Jones всё время превосходил его по ставкам. Выслушав порцию яда от противника, Дэлрой ещё немного поулыбался всем «богатеям» на вечеринке и отправился домой.

Тем более Дэлрой был выбит из равновесия поведением Елены. Он сделал вывод, что дорогие вещи отбивают у девушек все моральные принципы.

Вот и Елена, надев это платье и босоножки, напрочь забыла даже своё имя. Естественно, Дэлрой понял с кого снято это дорогущее барахло, но это не давало ей право представляться всем её именем. Имя Энжелин Аморти звучало из её уст на каждом шагу, она грубила в ответ на лесть и вела себя вызывающе. Он вежливо попросил Елену прекратить, но та и не думала слушаться.

Он видел в её глазах обиду и злобу. И даже прекрасно понимал почему она устроила этот спектакль. Елена пыталась быть ею для него. Быть такой, какой Энжелин выставляли в высшем обществе и в прессе. Но теперь Дэлрой знал, что Энжелин совершенно не такая, какой показывала её Елена…

И от этого она ещё больше бесила его. После десятого замечания и просьбы прекратить, Елена и вовсе исчезла. Он поискал её ещё немного и, отчаянно махнув рукой, уехал домой. Бывало же такое не раз, вернётся когда нагуляется.

Уже по дороге к дому Дэлрой слегка переживал за то, чтобы эта плохо сыгранная роль в театре одного актёра, не стала бы для Елены последней…

Энжелин за последний час просыпалась несколько раз. Она смотрела на пустую кровать Елены и в голове возникали картинки, как она хорошо проводит время рядом с Дэлроем.

Она представила, как Елена веселится, общается с людьми и даже, возможно, танцует. У Энжелин в памяти заиграла любимая песня и она представила, как бы она могла танцевать. Энжелин обожала танцевать, это было то, за что она любила ночные клубы. Выход души, так пламенно отдававшейся ритму музыки.

Она поднялась с постели, решив добрести до кухни и выпить стакан лимонной воды, которую чудесно готовила Кира. И так как музыка в мыслях ещё играла, Энжелин стала плавно танцевать ей в такт, совершая разные движения телом.

Она так отдалась этой затее, что когда оказалась в полумрачной гостиной, то дала волю своему соло. Закрыв глаза и напевая себе полушепотом, она исполняла зажигательный танец. Она то раскидывала руки в стороны, то проводила ими себе по телу и соблазнительно приседала, медленно крутя бёдрами.

— Браво… — услышала она одобрительный голос Дэлроя. — Потрясающе!

Энжелин резко дёрнулась от неожиданности ситуации. Выпрямилась и уставилась на него. Он сидел