Капкан для медведя - Любовь Трофимова

А потом произошло непредвиденное, хотя…

Зная свою бывшую начальницу, я вполне могла предположить, что напоследок она нагадит от всей своей подлой души.

* * *

От автора: история Богдана и его жены Леры называется "Измена. Помоги мне забыть"

ГЛАВА 21

Лена

Ремонт был почти завершён. Оставалось лишь навести порядок на большой застеклённой веранде, где раньше, судя по всему, была оранжерея. Я не особо разбиралась в растениях, но Богдан нанял специальных людей, которые пересадили деревца, настроили автоматический полив, освещение и обогрев.

С разрешения Богдана я создала красивое портфолио из снимков готового интерьера. Уже собиралась попросить у него расчёт и намекнуть на обещанные рекомендации, но он позвал меня на разговор сам.

– Лена, спасибо, ты настоящая волшебница, – похвалил он, едва я вошла в кабинет. Указал рукой на небольшой кожаный диванчик и, выдержав паузу, прозрачно намекнул: – Хотел тебе дополнительную премию выплатить. Ну, за срочность и отличные идеи, но…

– Что вы, – перебила я и, покраснев, созналась: – Ваш дом стал моим первым серьёзным проектом. Подозреваю, что ваша жена со временем захочет кое-что поменять.

– Нам с Лерой будет, мягко говоря, не до этого. – грустно усмехнулся Богдан и, потерев подбородок, вернулся к теме: – Я по поводу премии.

– Отказываться не буду, – хихикнула и, пожав плечами, предложила: – Номер карты вы знаете.

– В том-то всё и дело, – Богдан нахмурился и, набрав что-то на клавиатуре, повернул ко мне монитор компьютера, попутно поясняя: – Отправил ещё утром, но почти сразу же позвонили из банка с уточнением.

– Каким? – чувствуя подвох, пролепетала растерянно.

– Лен, твоя карта заблокирована, – развёл руками Богдан и, подождав, когда я прочту сообщение на экране, уточнил: – Ты сама оформляла счёт и карту?

Чувствуя, как щёки заливает краской стыда, молча покачала головой и, опустив взгляд, вздохнула. Карточка, которой я пользовалась много лет, была оформлена кем-то из родителей. Мысленно чертыхнулась, ругая себя за беспечность и пытаясь сообразить, как быть. Давно пора было переоформить всё на себя, но я всё тянула.

Родители ежемесячно переводили на счёт карты определённую сумму, и я могла не переживать, что маленькой зарплаты не хватит на походы в кино, кафе или распродажи. Привыкла, расслабилась… Вот тебе и самостоятельность. Была уверена, что срок замены карты ещё не подошёл, но, похоже, проворонила и это.

– Могу я заплатить тебе наличными? – не дождавшись от меня вменяемого ответа, осторожно уточнил Богдан, а я кивнула с облегчением.

Вытащив из выдвижного ящика стола внушительную пачку денег, он положил её передо мной и, заметив мою нерешительность, поспешно заверил:

– Не переживай, я сам отвезу тебя до дома. Ну или до банка.

– Спасибо, но это слишком много, – попыталась возразить, но Богдан поднял руку, останавливая моё невнятное бормотание.

– Не стоит, – он улыбнулся и, вздохнув, сознался: – Прости, с рекомендациями не успел. Закрутился… Скоро Леру выписывать, но в ближайшие дни я обязательно наведу справки и постараюсь помочь тебе с трудоустройством.

Вскоре Богдан, как и обещал, отвёз меня домой. Сняв куртку, начала разуваться и, услышав шаги, вскинула взгляд. Мама вышла со стороны кухни и, скользнув по мне каким-то странным взглядом, поджала губы, продолжая молча вытирать руки полотенцем. Сегодня мне совсем не хотелось ругаться. На фоне своего первого самостоятельного успеха я была готова расцеловать её и поделиться своей радостью.

– Мам, что на ужин? – поинтересовалась и, подхватив свой рюкзачок, пошла в сторону кухни.

– Серьёзный разговор, – сухо отозвалась мама.

– У меня карта, похоже, просрочилась, – всё ещё не чуя подвоха, поделилась я и, зайдя в кухню, протянула: – М-м-м, как вкусно пахнет.

– Она не просрочилась, – мама отложила полотенце и, кивнув на стул, распорядилась: – Садись и рассказывай.

– Что именно? – насторожилась я и, проанализировав её предыдущую фразу, хмыкнула: – Постой, что значит?.. Ты заблокировала карту? – наблюдая за её эмоциями, поняла, что произошло что-то нехорошее и, судя по всему я как-то к этому причастна.

– Ма-а-ам?..

– Как ты могла?! – она вспылила мгновенно и неожиданно, вынуждая вздрогнуть и попятиться. Поджала дрожащие губы и, скрестив руки на груди, покачала головой. – Не ожидала от тебя такого.

– Да объясни же ты толком! – я тоже повысила голос, но лишь из-за того, что абсолютно не понимала, в чём меня обвиняют.

– Работу бросила, и если бы не Кристина, то могли уволить по статье!

– Что-о-о?! – я даже хохотнула в голос, начиная понимать, кто именно накрутил маму.

– Не перебивай! – рявкнула она и, прищурившись, зашипела: – Вечерами где-то пропадаешь! Таскаешься с каким-то мужчиной, а ведь он, между прочим, женат! Может он, конечно, тебе не сказал, но…

– Ма-ма-а-а, – охнув, протянула я и, отзеркалив её позу, предъявила: – Кому ты поверила? Меня спросить не надо было?

– Тебя я наслушалась, – огрызнулась мама и, набрав в лёгкие побольше воздуха, продолжила сыпать обвинениями: – У него жена в больнице, а ты… Влюбилась?! Или роль любовницы и содержанки тебе нравится больше, чем карьера врача?! Ты этого добивалась?!

– Я не буду это слушать, – с горечью проговорила я и, покачав головой, развернулась, чтобы уйти, но…

– Нет, на этот раз ты меня выслушаешь! – рявкнула мама и, пытаясь удержать меня, дёрнула за лямку рюкзачка.

Он соскользнул с плеча, а не до конца застёгнутая молния разошлась, открывая обзор на пачку денег. Мама охнула и, закрыв рот рукой, замерла с обречённым видом.

– Это не то, о чём ты подумала, – попыталась объяснить, но меня уже не слышали.

– Как ты могла? – мама заплакала и, отвернувшись, пробормотала: – Не думала, что моя дочь превратится в продажную девку. Чего тебе не хватало? Мы с отцом для тебя всё, а ты…

Обида захлестнула с такой силой, что я не особо запомнила, как убежала в свою комнату, как, закрывшись, поспешно собирала вещи и бронировала билет до Питера. Переодевшись, спустилась вниз и, услышав, как родители что-то горячо обсуждают на кухне, поспешила обуться.

– Вот видишь, она опять сбегает, – появившись в проёме арки, возмутилась мама, но заметив сумку, насторожилась: – Лена, ты куда? Не отпущу!.. Ты никуда не уйдёшь, пока мы не поговорим!

– Уже поговорили, – с трудом скрывая слёзы, огрызнулась я и, схватив сумку, бросила уже в дверях: – Пойду ещё кому-нибудь продамся.

– Лена-а-а!

Я не стала оглядываться и слушать новую порцию обвинений и бреда, навязанного бывшей начальницей. Теперь я знала, что карту заблокировали родители. Сделали выводы и приняли решение, даже не поговорив со мной.

До ближайшего поворота, захлёбываясь слезами, почти бежала. Поймав такси, доехала до железнодорожного вокзала, в терминале оплатила и распечатала забронированный билет, а потом отошла в сторону и достала телефон. Спонтанный