Ищем маму. Срочно! - Саша Черникова

class="p1"/>

Так и застыл с протянутой рукой. Как же она была прекрасна!

Луна, светившая в окно, оставляла на красивом лице Дианы мягкие блики. Пушистые реснички подрагивают, пухлые губки, которые оказались невероятно сладкими на вкус, чуть приоткрылись, напрашиваясь на ещё один поцелуй...

Осторожно убрал шелковистую непослушную прядку с её лица, прикрыл остренькое плечико одеялом. Притянул девушку аккуратно к себе, обняв рукой. Пусть спит моя красавица.

Выгоню утром. Всё ей выскажу.

Утром проснулся оттого, что нет её. Пощупал рукой по кровати, убедившись, что один.

Воспоминания о вчерашнем разочаровании накатили с такой силой, что я не поднялся – вскочил, желая поскорее избавиться от упрямой женщины, бессовестно пользующейся мной.

Нашёл Диану на кухне. Они с Машенькой завтракали. Остановился в нерешительности на пороге, невольно залюбовавшись этой парочкой. Две красотки, две мои маленькие девочки!

В домашней футболке и лосинах, с пучком на голове, Диана казалась мне ещё более прекрасной, чем вчера в ресторане, когда я видел её при полном параде. Смотрел, как она воркует с дочкой, и не мог глаз от обеих оторвать.

Как же я выгоню её? Проснусь вот так вот утром, а её нет. Нигде нет...

А Машенька спросит, где мама, что я ей отвечу? Нет, она, конечно, так не сделает, потому что говорить не умеет, просто будет смотреть на меня осуждающе, а я волосы на жопе рвать от досады и тоски.

Поддавшись какому-то необъяснимому порыву, я бросился во двор. Нахватал с клумбы цветов всяких-разных, всё, что под руку попадалось, вырвал.

– Доброе утро, мои маленькие ангелочки! – протянул я самопальный букет Диане.

– Вау! Вот это сюрприз! – обалдела она.

Поднялась со стула и обняла меня, даже в губы чмокнула. Так радостно на душе стало, так хорошо, что словами не передать. Выдернул из букетика один цветочек и протянул малышке. Ей тоже нужно внимание. Пусть привыкает быть принцессой.

Что там Диана потребовала? Мэром стать? Думает, я не смогу, не справлюсь?

Да я землю носом пропашу, в лепёшку расшибусь, но моей будет!

19. Марк

19. Марк

С того дня начал конкретную охоту на Диану, взял птичку в оборот основательно. Букетики-конфетки, само собой, ввёл в её "ежедневный рацион", комплименты всякие говорил, нежности, обхаживал, как голубок голубку. По вечерам и в выходные мы гуляли с дочкой или ходили куда-нибудь культурно отдохнуть.

Мне не очень нравилось выходить с Дианой в люди. Нет, время проводили мы прекрасно, Диана была остроумной собеседницей и невероятно красивой девушкой, только вот её красоту не я один замечал. Что-то раньше я в себе такой ревности не замечал, да и вообще считал себя уверенным в себе мужчиной. А теперь мне глаза хотелось повытыкать всем остальным мужикам, чтобы только на мою Дианочку не пялились и слюни не пускали, козлы похотливые.

Девчонка оценила мои старания, чуть поплыла, стала мягче со мной и приветливей. Каждый её заинтересованный взгляд, каждый наш страстный поцелуй подогревали во мне разгоревшееся пламя страсти.

Только это не давало руки опускать и продолжать двигаться в том же направлении, не сбавляя обороты. Я не знал, насколько меня хватит, но внезапно эти изначально мне нафиг ненужные ухаживания за Дианой начали нравиться не только ей, но и мне самому. Я на этом кураже как будто помолодел даже. Лет двадцать скинул, не меньше.

Давно позабытое чувство юношеской влюблённости завладело мной, подарило крылья за спиной, которые мне и на работе сильно помогали. Если я и раньше хотел мэром стать, но как-то без огонька, чисто из спортивного интереса, силы попробовать, да нос конкурентам утереть, то теперь, когда мне стервочка моя сладкая условие поставила, я горел этой целью, как больной, как одержимый. Дорога к телу Дианы проходила прямиком через кресло мэра, и сворачивать было просто некуда.

Первым делом отправил Диану в отпуск по уходу за ребёнком и взял себе нового помощника. Мужика взял, чтобы ягодка моя не заревновала ненароком. Мне теперь непозволительно было лажать и вызывать непонятные подозрения у своей женщины. Одно неосторожное движение, и все мои достижения полетят к чёрту.

Пребывая в приподнятом настроении, я начал реально помогать людям. Не просто языком чесать и врать с три короба, а прям помогать. Это оказалось делать совсем несложно, и даже приятно. Нужно было только других людей напрячь, а это я умел очень хорошо. Убеждал себя, что делаю это ради Дианы, ради дочки, ради своей семьи, которой у меня никогда не было.

Воспитываясь в детском доме, я никогда не думал, что у меня она когда-то будет, не мечтал об этом, как другие дети. Мне и одному было хорошо. Я ни о чём не парился, не о ком не переживал, не заботился, и это было нормой.

С появлением Машеньки вся моя жизнь переменилась на сто восемьдесят градусов. Кто бы мог подумать, что маленькая девочка, крошечный человечек, изменит внутренний мир взрослого, состоявшегося мужчины? Началось всё с дочери, а потом уже меня окружили любящие и любимые люди. Дианочка, без которой я уже своей жизни не представлял, мама её – тёща моя будущая, золотая женщина. И два брата-акробата Дианы, которым я очень сильно не понравился при первом знакомстве. Они мне поначалу тоже показались неприятными типами. Два бородатых шкафа, молчаливых и так ревностно смотрящих на меня, будто я у них сестру насовсем украл.

– Только попробуй её обидеть! – пригрозили мне на прощание дровосеки.

Что за люди? Как будто я Дианочку домой привёз, чтобы обижать. Это она пока что надо мной издевается. Смотреть можно, а съесть нельзя.

Ничего, я и к этим троглодитам подход найду. Мы же мужики? Разберёмся!

Для Паши и Богдана что главное? Чтобы их сестрёнке хорошо было. Вот над этим я как раз и работал усердно.

Не знаю, зачем Диане обязательно за мэра замуж понадобилось, но прям пунктик у неё какой-то был на этот счёт. Она постоянно фотографировала всё подряд, будь мы вдвоём или с ребёнком, но в соцсети не выкладывала. Я это заметил, потому что следил за её страничками. Неужели стеснялась