Злолушка. Или сестрицы – тоже люди - Кира Шеина

был в самом разгаре. Мы по-прежнему не могли оставить рабочее место ни на секунду, и если я умудрилась пару раз отбежать в туалет, то Князев не отходил от бара на протяжении всей ночи. Только когда время перевалило за пять утра и охранники выставили последних людей за дверь, Денис смог сделать перерыв.

Официантки, как и полагалось, ушли час назад. Я быстро закончила уборку и полулежала на стойке, задумчиво наблюдая за огромным цветным шаром под потолком. Мысли в голове вяло переваливались, а я твердо решила, что просплю завтра первую пару. Тест по экономике должен был быть на третей, а значит, ничего важного я точно не пропущу.

– Не спи, – голос Князева вырвал меня из дремы, и я сонно покосилась на парня. Тот уходил на улицу в одной лишь рубашке, а сейчас уже стоял одетый в теплую куртку и заматывал шею шарфом. – Такси приехало, пойдем.

Он махнул рукой, и я со вздохом поднялась с теплого места.

За ночь снега на улице навалило еще больше, но пурга уже закончилась. В воздухе лишь изредка пролетали одинокие снежинки, сдуваемые легким ветерком с крыш домов или веток деревьев. Я с наслаждением потянулась, втягивая в себя свежий морозный воздух с легкими примесями типичных для города запахов выхлопных газов и пыли. По пустой дороге мимо нас, фыркая и отплевываясь, проехала снегоуборочная машина, и я устало захихикала, сравнив ее ярко-оранжевый кузов со сложенными крыльями жука. Кажется, недосып странно на меня действовал.

– Осторожнее, – поддержал меня за локоть Князев, когда я, засмотревшись на автомобиль чуть не растянулась на снегу. – Как ты лоб себе до сих пор не расшибла? – со вздохом поинтересовался он и до самого такси, что припарковалось у обочины, не выпускал из пальцев мою руку.

В отличии от попавшегося в мою первую рабочую ночь, этот таксист был на удивление дружелюбным и разговорчивым. Мы с Денисом уселись на заднее сиденье, и он тут же начал весело болтать о чем-то отвлеченном. Его теплый голос совершенно не раздражал, а даже наоборот, убаюкивал. Князев что-то отвечал мужчине, а я с сонной полуулыбкой рассматривала постепенно просыпающиеся зимние улицы.

Наш город был обычным. Много школ, два университета, неказистые коробки многоэтажек советского периода, несколько кварталов современных новостроек, спортшколы и культурный центр с площадью Ленина. Я знала, что таких городов много, но все равно всегда любила свой. Особенно в преддверии праздников, когда каждая знакомая улочка, каждый уже тысячу раз изведанный уголок, по-особенному преображались и дышали ожиданием чуда, а привычные люди вокруг сразу становились какими-то другими. Более открытыми и веселыми.

– Ох ты ж, – таксист неожиданно прервал свою речь и виновато произнес, – бензин на нуле. Сейчас быстро заправимся и дальше поедем.

Мы с Денисом пожали плечами. Таксист благодарно кивнул и затормозил на ближайшей заправке. Он вылетел на улицу, на мгновение открывая дверь и впуская в салон запах бензина. Я сонно огляделась и поняла, что знаю, где нахожусь. От этого места до моего дома оставалось минут двадцать пешком. Я зевнула и предложила Денису высадить меня: я спокойно дойду сама, а он быстрее доберется до своего дома. Князев в ответ кинул на меня мрачный взгляд и велел «не выпендриваться». По его словам, отпустить меня одну ему не позволит совесть, а тащиться меня провожать он не намерен.

Я фыркнула и откинулась на спинку. Сидеть вот так рядом с Денисом в темном салоне такси, мрак которого разгоняло мерцание гирлянд на вывеске заправки, было очень даже уютно. Я где-то на периферии сознания отметила, что от парня едва заметно пахнет необычным сочетанием перечной мяты и горького шоколада.

«А у него отличный парфюм», – подумала я и благополучно провалилась в сон.

Таксист

Мужчина взволнованно тер лысину. Ему не хотелось задерживать клиентов, но на кассе возникли проблемы. Ребята в его машине вроде были адекватными, но таксист видел, как сильно они устали и хотел довезти их домой как можно быстрее. Тем более до первого адреса оставалось всего несколько поворотов.

Мужчине удалось разобраться с оплатой только через десть минут. Он быстро нацепил на голову теплую шапку и, поскальзываясь на накатанном снегу, побежал к украшенному черно-желтыми шашками автомобилю. Бак уже был наполнен, поэтому таксист ввалился в салон, уселся за руль и громко оповестил:

– Все, молодежь, поехали! Прос… – Бросил взгляд в зеркало заднего вида и поспешно осекся.

Симпатичная темноволосая девушка закрыла глаза, привалилась к плечу друга и мирно посапывала, от усталости приоткрыв рот. Ее руки лежали на коленях, а пальцы слабо сжимали шапку, что грозилась вот-вот упасть на грязный пол. Парень тоже спал. Чуть приобнял девушку за плечи, чтобы та не скатилась вниз, и откинул назад голову. Они оба выглядели так устало и в то же время так умиротворено и по-домашнему, что мужчина пожалел, что не мог дать им побольше времени, чтобы поспать.

– Эх, молодежь, – шепотом протянул он, осторожно заводя и двигая машину с места.

Навигатор тихо сообщил о построении нового маршрута, а таксист с улыбкой погрузился в воспоминания о своей счастливой юности.

Бодрая мелодия и голос популярного попсового певца сначала разорвали тишину комнаты, а потом наглым образом влезли в сон и уничтожили его последние крохи. Ника как-то говорила, что если хочешь возненавидеть приставшую песню, надо поставить ее на будильник. Как же она была права.

Я с трудом нашла в смятом одеяле телефон, выключила его и рухнула обратно на подушку. Просыпаться не хотелось. Тело ломило, а в голове варилась каша. Минут через пять телефон завопил снова, и я, жалобно хныкая под нос, выползла из-под одеяла. На первую пару, как и планировала, не пошла, но остальное пропускать было нельзя. К очередному тесту, хороший результат которого должен был помочь мне на зачетной неделе, я была более-менее готова. Слабенькой троечки вполне хватило бы, поэтому особенно напрягать себя подготовкой я не стала. Главное явиться, а там вымученный мозг сам вспомнит когда-то вдолбленные в него знания. Ну или буду ставить наобум. Ни одному студенту это еще не повредило.

Времени до выхода оставалось немного, поэтому я не стала метаться по квартире, как реактивный веник. С неимоверным усилием воли заставила себя добрести до ванной, умылась, вернулась в комнату, наспех оделась во вчерашние черные брюки и выудила из шкафа свитер. В сумку полетела косметичка – накрашусь по дороге. В автобусе людей сейчас должно было быть меньше, чем полтора часа назад, но даже если не удастся воспользоваться косметикой там, останется