Телохранитель для Снежной Королевы - Эмма Райц

Юли сел, вырываясь из гортани хриплым свистом.

Она попятилась назад, пытаясь сообразить, как ей защититься от Глеба и чем забаррикадироваться, чтобы дождаться Павла.

– Тебе деньги дороже жизни?!

– У меня нет такой суммы!

– Врёшь.

– Глеб, пожалуйста! Не глупи! Зачем тебе это всё?.. У тебя же ребёнок!

Ноги Юли стали ватными, голос дрожал, сердцу, сбивавшемуся с ритма, стало тесно в грудной клетке.

– Ты закрыла компанию. Куда делись деньги из оборота?! Не пытайся выставить меня идиотом!

– Да не осталось там никаких денег! – в истерике расхохоталась Наумова, наткнувшись спиной на дверь в спальню. – Всё ушло на выплаты неустоек! Даже не хватило!

Глеб скривился в саркастичной ухмылке:

– Идиоткой была, идиоткой осталась.

– Да ты и так меня, считай, обокрал!!! Скажи спасибо, что не стала судиться с тобой и твоей подружкой из-за тех пяти миллионов! Куда ты их просадил?! Или я должна всю жизнь тебя содержать?!

Белинский приблизился к Юле вплотную, вскинув руку с ножом, за которым она следила, судорожно всхлипывая.

– Переводи всё, что есть.

– Ты не слышишь? У меня ничего не осталось. Я разорена. Благодаря тебе.

– Благодаря собственной тупости, Юля.

В последний момент Глеб, видимо, побоялся пускать в ход нож и, замахнувшись, наотмашь ударил бывшую жену по лицу. Костяшки его пальцев пришлись чётко по нежной коже её скулы. Юля вскрикнула и попыталась отгородиться от него ладонями, но Белинский был явно сильнее. Он с хрустом дёрнул её за руку и потащил в сторону кухни.

– Отпусти! – Юля отчаянно вырывалась и била его свободной ладонью по спине и плечам, но оступилась на повороте и рухнула на пол с диким стоном боли в вывернутом запястье.

– Заткнулась! – ещё один смелый удар угодил в её нижнюю челюсть, и перед глазами у Наумовой всё поплыло, а в ушах оглушающим эхом вдруг раздалось дикое рычание.

* * *

С Пушком на поводке Скай подошёл к подъезду Юли и на память ввёл код. Накануне, пока они среди ночи доедали клубнику, она призналась, что в новой квартире решила оставить тот же код, что и в старой – дату рождения Павла.

– Как удобно, – не дожидаясь лифта, Костров наперегонки с кане-корсо взбежал на нужный этаж и хотел позвонить в дверь, но в последний момент услышал из Юлиной квартиры скандалившие голоса и крики.

Рука без промедления потянулась к кодовому замку: один, три, ноль, девять, девять, девять…

– Какого…

Дверь распахнулась, и Кострова накрыло волной бешенства при виде мужского кулака, приземлившегося по челюсти Юли.

– Фас.

Кане-корсо мгновенно оценил ситуацию и ринулся спасать любимую блондинку хозяина. Мощные челюсти беспощадно сомкнулись на икре Белинского, который через секунду завыл от нестерпимой боли и попытался стряхнуть собаку, но серый монстр тряс огромной головой и бешено рвал клыками беззащитную мышцу.

Юля в полузабытьи отползла на метр и сжалась в комок, забившись в беззвучной истерике.

– Тварь! Отпусти!!! – Глеб попытался замахнуться на пса ножом, но идеально выдрессированный Пушок прекрасно знал, чем грозит ему такое оружие, и за долю секунды до удара перехватил челюстями запястье.

Нож скользнул на пол, а крик Белинского стал громче в два раза.

Костров бросился к Юле и, подхватив её с пола на руки, рявкнул, одновременно отпихнув ботинком нож в сторону:

– Охраняй!

Пушок через силу заставил себя разжать окровавленные челюсти и закрыл своей мощной тушей пути отхода. Глеб, истекая кровью, отполз к кухонному столу и почувствовал, как ледяной озноб быстро охватил его целиком.

Он попытался достать из кармана смартфон, но в последний момент упёрся мутным взглядом в чьи-то мужские ботинки на грубой подошве. Дальше последовал меткий удар кулаком в переносицу, и мир погрузился во тьму.

Скай обыскал завалившегося на бок Белинского, забрал смартфон и ключ от машины. Вытянул кожаный ремень из джинсов Глеба и сложным тугим узлом привязал его к трубе радиатора.

– Охраняй, – повторив команду, он открыл холодильник в поисках льда, перешагнул через Пушка и вернулся в спальню.

Скорчившуюся на кровати Юлю трясло. Слёзы лились непрекращающимся потоком, губы дрожали. Скула и челюсть сильно покраснели, а тонкое запястье заметно опухло.

– Девочка моя… – Костров напряжённо выдохнул и кое-как усадил её, прижимая к себе. – Всё хорошо. Я с тобой. Этот гад сейчас за всё ответит. Какого хрена он вообще здесь забыл?..

– Д-денег…

– Сильно болит? – он аккуратно согнул и разогнул её запястье.

– Очень…

– Посмотри на меня.

Юля с трудом выпрямилась и вопросительно вскинула брови, но тут же вскрикнула от хруста резко вправленного сустава.

– Прости. Всё. Теперь быстро пройдёт, – Скай виновато улыбнулся и поцеловал её трясущуюся ладонь. – Вот, приложи лёд. Будет легче…

– Я д-думала, он м-меня уб-бьёт…

– Он больше к тебе не притронется, клянусь.

– К-как?

Костров быстро набрал чей-то номер и, зажав смартфон между ухом и плечом, крепко обнял Юлю.

– Я же сказал, Пушка не предлагать… – раздался в трубке хриплый смех.

– Кость, звони Матвею. Сейчас скину адрес. Приедете. Быстро.

– Чего? Куда?

– Дебила одного вывезти надо в лесок. С последствиями.

– Опа-на. Костров, чё за дела?

– Всё потом. Звони!

Скинув Сатиру адрес Юли, Скай снова прижал её к себе и успокаивающе гладил по волосам и щеке, еле сдерживаясь, чтобы не свершить самосуд прямо на кухне.

– Он за всё ответит. Обещаю. За синяки. За запястье. За каждую твою слезинку. Обещаю.

Постепенно Снежная Королева затихла, убаюканная нежным шёпотом и безопасностью в сильных мужских руках.

«Мы внизу!» – высветилось сообщение в центре дисплея.

Костров схватил смартфон и набрал ответ: «Код 130999, четвёртый этаж, квартира 15. На двери тот же код».

10

– Ох, ё-моё… – из прихожей раздался басовитый мужской голос. – Костров, ты чего устроил?

– Посиди тут, я сейчас, – Скай привстал с кровати, но Юля намертво вцепилась ногтями в его свитер и жалобно уставилась покрасневшими от слёз глазами. – Хорошо, – он взял её за руку и вывел из спальни следом за собой.

В прихожей маячили двое мощных мужчин в чёрном комуфляже: бородатый слегка растрёпанный брюнет повыше и небритый шатен с короткой стрижкой пониже и немного постарше на вид. Наумова со страхом сглотнула и сжалась между стеной и спиной Кострова.

– Здрасте, – вполне дружелюбно хмыкнул шатен. – Подмогу вызывали?

– Он на кухне. К батарее привязан.

– Садюга, – гортанно рассмеялся брюнет и, не разуваясь, направился за пленником. – О, пушистый, и ты тут!

Пушок при виде знакомого задорно гавкнул.

– Чего случилось-то? – шатен упёрся плечом в стену и поглядывал, то на подсыхающую на полу кровь, то на маячившую за спиной друга перепуганную блондинку,