Лина Баркли - Главный приз

Все мысли тут же вылетели из головы Джефри, уступив место простой тихой радости. Она шагала легко, плавно покачивая бедрами, и прижимала к груди какую-то бумагу. Ее волосы отливали на солнце медью и даже слегка искрились, отчего Мелани была похожа на сказочную героиню одного из его мультфильмов. Внезапно Джефри осенило, что именно по ее образу он создавал в своих мультфильмах королев, принцесс или добрых фей.

Но в тот момент, когда сказочная принцесса увидела Джефри Морланда, восседающего на новых качелях, она в мгновение ока превратилась в злую фурию. Джефри увидел, как ее лицо помрачнело, а плечи расправились и напряглись.

— Вижу, ты не терял времени даром, пока меня не было, — обронила она фразу, поднимаясь по ступенькам.

— Полегче, Лисенок! Это всего лишь безобидные качели, — добродушно ответил Морланд, похлопав по сиденью рядом с собой и приглашая ее составить ему компанию. — Неужели тебе удалось что-то раскопать? Может, присядешь рядом и расскажешь мне все по порядку?

По ее лицу он наблюдал за борьбой, которая происходила в душе Мелани. Появление новых качелей явно не принесло ей радости. Похоже, она даже не хотела садиться на них. Но, с другой стороны, ее распирало желание поделиться с Джефри тем, что ей удалось найти в пыльном подвале муниципалитета.

В результате возбуждение от долгожданной находки победило, и Мелани присела рядом с ним. Их бедра тесно прижались друг к другу.

— Энни принесла огромный кусок яблочного пирога и заявила, что он только для Патрика, — с усмешкой произнес Джефри.

— Очень мило с ее стороны.

— Да. А еще она беспокоится о тебе.

Мелани повернула удивленное лицо к Джефри.

— Беспокоится обо мне? Что за чепуха?

— Она считает, что ты ведешь жизнь затворницы и почти нигде не бываешь. И еще думает, что ты забыла о том, как красива, молода и желанна.

Щеки Мелани сделались пунцовыми, она отвела глаза в сторону.

— Не говори ерунды!

— Ладно, наверное, я немного приукрасил ее высказывания, — поддразнил Джефри. — Но Энни на самом деле беспокоится о тебе.

— Неважно, — отмахнулась Мелани и снова повернулась к нему. — Я не нуждаюсь ни в чьем сочувствии.

Она немного помолчала, выдерживая эффектную паузу. Потом посмотрела перед собой, словно собираясь с мыслями.

— Я собираюсь рассказать тебе такое, что даст тебе повод решить, будто я сошла с ума! — выпалила Мелани.

— И не надейся, что я так подумаю, — иронично ответил Джефри. — Ты всегда была самым трезвомыслящим человеком из всех, кого я знал.

Снова их взгляды встретились, и Мелани улыбнулась.

— Твое мнение обо мне может измениться после того, что я тебе расскажу.

Он перестал раскачивать качели, вконец заинтригованный ее словами.

— Перестань мучить меня и говори, что случилось!

— С тех пор как я нашла в альбоме фотографию, я стала чувствовать странную связь с Мэри. Это нечто более глубокое и проникновенное, чем просто факт. Когда она мне снится, кажется, что я чувствую Мэри как бы внутри себя. — Она откинула волосы со лба и посмотрела на Джефри потемневшими от волнения глазами. — Вообще-то не слишком приятно, когда совершенно чужие люди вторгаются в твои сновидения и ведут себя там, как в собственной гостиной. Однако сны есть сны, с этим еще как-то можно мириться… Но сегодня утром на заднем дворе Эллы Морган я была в полном сознании, когда у меня началось видение.

Теперь Морланд понял, почему Мелани не отвечала, когда он несколько раз подряд окликнул ее. Понял, почему у нее было такое отсутствующее выражение лица, и почему она так растерянно оглядывалась вокруг, когда он закончил рыть землю у флагштока.

— Началось видение? — как эхо повторил он.

Она кивнула.

— Знаю, что это похоже на бред, но все равно расскажу тебе. Я смотрела на деревья, окружавшие двор Эллы, потом налетел порыв ветра, и я прикрыла глаза. Открыв их снова, я заметила, что деревья уменьшились, поредели и в просвете между ними появились люди. — Мелани говорила торопливо и возбужденно. — Мэри и Чарльз стояли среди множества человек. Еще там был длинный стол, наполненный всевозможной едой. Дети бегали, играя в салочки. Все казались счастливыми и веселыми. — Она остановилась, чтобы передохнуть, и опустила ресницы. — Стояла замечательная погода. Соседи и друзья собрались, чтобы отметить конец лета и поприветствовать начало осени.

Голос Мелани приобрел особый песенный ритм, и волосы на теле Джефри зашевелились от нервного возбуждения. Казалось, воздух вокруг наэлектризовался, как после грозы.

— Грейс Симпс принесла свой пшеничный хлеб, который очень нравится Чарльзу, а Кэт и Джеральд Уайтинг поставили на стол корзину яблок, сладких и сочных. Я таких еще никогда не пробовала.

Джефри наблюдал за лицом Мелани. Ее глаза все еще оставались закрытыми. Было понятно, что мысленно она перенеслась в другое время и место. Он не решался дотронуться до нее, но ему очень хотелось потрясти Мелани за руку, чтобы вернуть в свой мир. Казалось, состояние, в котором она пребывала, не причиняло ей неудобств. Только легкая улыбка блуждала по ее губам. Мелани продолжала рассказывать о чувствах этих двух чужих им людей, а ему хотелось верить, что она некогда испытывала такую же глубокую любовь и к нему самому.

Наконец ее глаза широко раскрылись, и она несколько раз моргнула. Потом судорожно перевела дыхание и ухватила Джефри за руку.

— Что происходит, скажи? Почему меня преследуют видения из их жизни?

— Я не знаю, — ответил он, нежно обнимая Мелани. — Возможно, ты просто воображаешь себе, какой могла быть их жизнь, — предположил Джефри, пытаясь найти рациональное объяснение происходящему. — Иногда, когда я придумываю свои истории, мне самому бывает трудно отделить фантазии от реальной жизни.

Она энергично покачала головой, давая понять, что не согласна с его аргументами.

— Я не воображаю, а каким-то образом проживаю моменты их жизни. Утром, когда меня настигло видение во дворе Эллы Морган, я смотрела на Мэри, держащую на руках ребенка, маленькую девочку с рыжими волосами. Такого я не могла придумать. Это было на самом деле. У них действительно был ребенок, мне об этом рассказывал отец. Но на фотографии я же его не видела. И праздник, невольной свидетельницей которого я стала сегодня утром, скорее всего был последним семейным торжеством, потому что девочке перед их отъездом в Африку было года два, не больше.

— Ты уверена, что никак не связана ни с кем из них родственными узами? — спросил Джефри.

— Нет, отцу нечего скрывать.

— Знаешь, я ведь тоже заметил кое-что странное, — признался он. — Когда я впервые взял фотографию в руки, то почувствовал, как по пальцам будто прошелся слабый электрический разряд. А потом возникло ощущение, что горячая тугая волна побежала по рукам вверх, к плечам и шее.