Сюзанна Форстер - Неприступная Эммелина

Эммелина зацепила пальцем край трусиков, стянула их с бедер и, усмехнувшись, посмотрела на кружевное чудо. Ей захотелось рассмеяться, до того они были сейчас неуместны.

И только тут она услышала, как скрипнуло кресло.

А потом увидела его.

Он все время был здесь. Джефф Уэстон сидел в кресле в углу, прячась в тени, и наблюдал за ней.

Эммелина уронила трусики и схватила кимоно.

– Что ты здесь делаешь? – возмутилась она. – Почему не сказал ни слова?

– Не знаю, – хрипловатым голосом ответил Джефф. Глаза его горели. – Вообще-то я пришел сюда, чтобы потолковать с тобой. Но теперь я вообще ни черта не помню.

Эммелина в ужасе прикрылась кимоно. Он все видел! Впрочем, она ведь не сделала ничего такого, не так ли? А о неприличном только мечтала. Она теперь уже не могла припомнить, что приходило ей в голову, но это сильно возбудило ее. Она покраснела, лицо ее покрылось испариной. Пот выступил у нее над верхней губой и под волосами.

Джефф с большим интересом наблюдал за ее смущением, однако сделал попытку извиниться. Эммелина успокаивала себя: все в порядке, он не пытался воспользоваться ситуацией. Однако при одной мысли о том, что было бы, если бы Джефф все-таки не сдержал себя, она затрепетала. Ее пробрала дрожь, унять которую Эммелина была не в состоянии.

И Джефф Уэстон это заметил.

– Выгони меня отсюда, – тихо промолвил он. – Немедленно. Скажи, чтобы я ушел. – Замолчав на мгновение, Джефф покачал головой: – Хотя нет, это не твоя проблема. Я сам сюда пришел, я и должен уйти. – С этими словами он поднялся с кресла и направился к двери.

«Выгони его отсюда, Эммелина! Вели ему уйти!»

– Подожди, – прошептала мисс Прайс.

В глазах Джеффа мелькнул вопрос, когда он посмотрел на нее через плечо, и Эммелина поняла – они оба поняли, – что она могла попросить его остаться только с одной целью. Мисс Прайс отвернулась на мгновение, чтобы надеть кимоно, хотя думать о скромности вообще-то было поздно. Уэстон уже видел, как она прыгала тут голая.

– «Подожди»… То есть «не уходи»? – уточнил Джефф.

Эммелина кивнула, Уэстон повернулся к ней всем телом. Только сейчас она заметила, что он по-прежнему в смокинге. Правда, галстук был ослаблен и воротничок рубашки расстегнут.

– Похоже, тебе не нужен помощник, чтобы расстегивать пуговицы? – с сожалением спросил Уэстон. – Могу я еще что-нибудь сделать?

Да, он мог. Было еще кое-что. Эммелине пришла в голову совершенно безумная мысль, но она захотела сделать еще один глоток реальности. И это показалось ей еще более рискованным, чем все ее фантазии. До того рискованным, что она могла умереть. Пусть так, но что, если у нее больше не будет возможности?

– Ты помнишь тот отрывок из «Лейлы»? – спросила она Джеффа.

– Темноволосого мужчину? Горячий страстный рот? – уточнил он.

– Да-да, именно это… Как ты думаешь… Ты бы мог сделать то же самое?

– Ты хочешь, чтобы я…

Кивнув, Эммелина закрыла глаза. Ей пришло в голову, что она затеяла нечто ужасное. Она умрет, если он это сделает, и умрет, если он откажется.

– Так ты бы мог? – прошептала она. – Мог бы запрокинуть мне голову и поцеловать меня? – Эммелина даже не подняла глаз, чтобы увидеть, как Джефф отреагировал на ее слова. Да и времени на это не было, потому что он вмиг оказался возле нее, обнимал ее за талию, запрокидывал ей голову, прижимал к себе. А она сдерживала изумленный возглас.

– Не напрягайся, – прошептал Джефф ей в волосы. – Расслабься и делай то, что я скажу, Эммелина.

Дыхание Уэстона пробежало по ее лицу, она закрыла глаза и подумала о том, что героиням ее книг, пожалуй, давали те же указания. Теперь у нее задрожали ноги. Дрожь была такой сильной, что Эммелина не удержалась бы на ногах, если бы Уэстон отпустил ее. Так что выхода не было: ей оставалось только делать то, что он говорил.

Эммелина запрокинула назад голову, спустя мгновение ее талия изогнулась над его рукой, а его губы коснулись ее шеи. Горячие губы. Пылающие. Эммелина подумала, что запомнит их прикосновение на всю оставшуюся жизнь.

– Этого довольно, Эммелина? – услышала она над собой его голос.

Нет, она хотела большего, самого главного. Ужасно хотела. Но от его прикосновений Эммелина отчего-то ослабла. Кровь прилила у нее к голове, а в животе разлилось какое-то странное томление, ей казалось, что она ощущает каждый дюйм его пылающей плоти. Ее живот стал таким же горячим, как губы Уэстона. И твердым.

Твердым, как… как шомпол, подумала она, вспомнив, что так иногда называли в ее книгах некую часть мужского тела. Это отрезвило ее.

– Довольно, – твердо произнесла Эммелина.

Джефф помог ей выпрямиться и удержал, когда она, качнувшись, прислонилась к нему. Он вопросительно заглянул ей в лицо, словно желая понять, какое впечатление на Эммелину произвел его поцелуй.

– Эммелина, с тобой все в порядке? – спросил Уэстон. – Ты уже делала это прежде?

– Что? – переспросила она. – Просила ли я мужчину?.. Конечно…

– Короче говоря, нет, – поправил ее Уэстон с легким негодованием в голосе. – Так в чем же дело? Почему ты сделала это сейчас?

– Потому что я до сих пор ни разу не целовалась, – пролепетала Эммелина.

– А я ни разу не прыгал вниз с обрыва, – с нетерпеливой усмешкой заметил Джефф. – Никогда не делать чего-то – это еще не причина.

Эммелина терпеть не могла поучений на эту тему, к тому же для одного вечера с нее и впрямь было достаточно – она совсем смутилась. Собравшись с силами, Эммелина отпрянула от Уэстона, отступила назад и плотно завернулась в кимоно.

– Может, для вас это утверждение верно, сэр, – заявила она, – а вот для меня – нет.

– При чем тут утверждения? – отозвался Джефф. – Я говорю о здравом смысле.

– Ну что ж, вы должны понять, что, когда женщина достигает моего возраста, а у нее еще не было физического контакта с мужчиной, она начинает беспокоиться о… – Мисс Прайс подавила тяжелый вздох. – О том, что его может вообще никогда не случиться, – договорила она.

– Физического контакта? – переспросил Уэстон.

– Да, разумеется, – кивнула Эммелина. – Я говорю о сексе.

– Ты хочешь секса? Со мной? Сегодня же?

– А почему бы и нет? – Эммелина явно бравировала, но решила не отступать. Этот вопрос ее очень волновал и к тому же стал казаться ей весьма важным. И еще ей хотелось выглядеть уверенной. – Не такая уж я наивная, мистер Уэстон, – заявила она.

– Так, значит, я опять мистер Уэстон? – удивился он. – После разговора о сексе ты решила вернуться к мистеру Уэстону!

– Вообще-то да.

Уэстон сорвал с себя галстук, и по его виду можно было предположить, что за галстуком последует и смокинг.