Навсегда в ее сердце - Дженис Мейнард

чтобы взять меню для обслуживания номеров. — Что хочешь?

Когда в метре от нее во всей красе сидел голый Джош, Лейла точно понимала, чего хотела. Но на данном этапе отношений казалось разумным не давать мужчине больше поводов, чем нужно.

— Начос? — сказала она.

— Серьезно? — Он поморщился.

— Ладно, — надулась она. — Предлагай.

— Нет. Я дам тебе еще один шанс.

— Можем разделить бургер.

— Средней прожарки? — Он прищурился.

— А есть еще варианты?

— С сыром? — спросил Джошуа.

— Швейцарский и чеддер.

— А тебе нравится ходить по тонкому льду.

Лейла подняла руки над головой, наслаждаясь тем, как он уставился на ее грудь.

— Тебе виднее. И сам виноват. Я была почти монашкой, пока ты не приехал в город. Думаю, ты испортил меня.

Джош отбросил меню и провел рукой по внутренней стороне ее бедра, в глазах Лейлы загорелся огонь, а щеки покраснели.

— Обслуживание номеров может подождать, — простонал он.

Когда его лицо оказалось между ее ног, она вскрикнула.

Поели они только в три часа.

* * *

Лейла вздохнула.

— Это лучший сырный бургер, который я когда-либо пробовала.

Они лежали плечом к плечу и ели. Лейла настояла на том, чтобы защитить шикарный плед парой полотенец.

Джош наклонился и лизнул ее подбородок.

— Кетчуп, — заверил он.

Она ударила его по руке, когда он попытался стянуть простыню, которой она прикрывалась.

— Веди себя прилично.

Он пожал плечами:

— Если ты настаиваешь.

Он взял горсть картошки фри из ее тарелки, потому что свою уже съел. Вскользь посмотрел на нее:

— Хочу знать больше о взрослой Лейле. Что больше всего ты любишь на ранчо?

Она улыбнулась:

— Это просто. Лошадей. Я рассказываю им все свои секреты. Мне нравится, как они двигаются и как радуются, когда скачут галопом. Запах сена в сарае. То, как скулят кобылы, когда хотят, чтобы жеребята легли спать.

Джош молчал так долго, что она почувствовала себя неловко.

— Что? — не выдержала Лейла. — Ты хотел знать не так много?

— Это прекрасно, — хрипло сказал он.

Она съела еще одну картошку, потому что больше делать было нечего.

— Не все на ранчо такое лирическое. Я отвечаю за продажи. Я закончила магистратуру и воспользовалась образованием по назначению, когда бабушка и папа были не против. — Она замолчала, удивившись мысли о том, что дедушки больше нет.

Джош обнял ее за плечи, молча успокаивая. Он вздохнул:

— Им повезло с тобой.

— Не знаю, — честно и грустно сказала она. — Я подумала, что мне пора двигаться дальше.

— Почему?

— Ну, если папа последует примеру дедули, то будет сжимать вожжи до тех пор, пока не состарится и не поседеет. И потом его все равно заменит Вик. Не уверена, что есть смысл оставаться здесь навсегда. Я думала заняться чем-то другим. Может, после смерти бабушки. Не хочу ее разочаровывать.

— Не могу представить, чтобы ты кого-нибудь разочаровала.

— Это мило, — сказала она.

Но Джош не видел всей картины. Родителей Лейла расстроила с самого начала, потому что родилась девочкой. Челси тоже. Две девочки? Только появление Вика оправдало ожидания. И бедная Морган тоже должна была родиться мальчиком, чтобы уравнять весы.

Лейла поставила тарелку на прикроватную тумбочку.

— Наверное, мне стоит еще немного поспать, — сказала она. — В девять я должна быть в больнице.

— Конечно.

Они выставили пустой поднос в коридор и закрыли дверь. Джош выключил свет. Было тихо, пока они устраивались под одеялами. Он постоянно прижимался к ней.

Лейла закрыла глаза, и он заговорил:

— Ты можешь оставаться здесь сколько захочешь, чтобы побыть вдали от ранчо.

Она искала в его словах скрытый смысл. Это простая любезность или какой-то звоночек на продолжение?

— Спасибо, — сказала она. — Думаю, это зависит от бабули. Когда ее выпишут, я должна быть рядом, чтобы помочь.

— Логично.

Она прижалась щекой к его плечу.

— Почему ты живешь в отеле, а не с братом и отцом?

Что-то внутри дернулось. Он то ли вздрогнул, то ли замер, то ли еще что. В конце концов, он ответил:

— Брат задал такой же вопрос. Меня долго не было. Мне просто нужно пространство, чтобы обдумать следующий шаг.

— Я думала, ты хочешь домой.

— Хотел. Хочу. Но иногда жизнь принимает неожиданный поворот.

Лейла притворилась спящей. Что он имел в виду?

Вскоре она услышала, как тяжело он дышит. Он отключился.

К сожалению, Лейла еще долго не могла заснуть, размышляя, что она сделала не так. Ей очень нравился Джош. У них была своя история. В такого она могла влюбиться… выйти замуж. Создать семью.

Это же безумие, да?

Может, ей тоже нужно немного пространства. За последний месяц ее жизнь перевернулась с ног на голову. Она была эмоционально выжата. Возможно, самое время сделать шаг назад и поработать над собой.

Пока Лейла принимала душ, Джош заказал завтрак в номер. Солнце светило ярко, слишком ярко для него, так казалось от недостатка сна. Но он не хотел ничего менять.

Из ванной Лейла вышла уже одетой. В спешке.

Она скривилась, увидев еду.

— Извини, Джош. Не могу остаться. Мне нужно попасть в больницу раньше доктора. — По дороге к двери она поцеловала его в щеку. — Я сообщу, как там бабушка. Пока.

Дверь закрылась с тихим хлопком. И Джош остался один.

Он съел только две трети завтрака. Одевшись, он достал телефон и проверил расписание рейсов. Если он поторопится, то успеет на утренний рейс в Даллас и вернется к вечеру. Осталась еще пара незаконченных дел.

День был долгим. Авиаперелеты больше походили на испытание на выносливость. Он мог бы взять небольшой самолет. Но сейчас видел в этом только ненужные расходы. Так что он решил потерпеть переполненный самолет и неизбежные задержки.

Он вернулся в Ройял уже вымотанный, забрал машину и поехал из аэропорта в отель. Ему не давала покоя только перспектива увидеть Лейлу.

Он был неприятно удивлен, когда вошел в комнату и не нашел там ни следа женщины, которая разбудила его посреди ночи.

Уликой послужила только записка на подушке.

Пока он читал ее, у него появилось дежавю.

«Привет, Джош, бабуля чувствовала себя так хорошо, что доктор выписал ее сразу после ужина. Нам всем пришлось вернуться на ранчо. Уверена, ты заметил, что я забрала чемодан. Еще раз спасибо, что спас меня на улице и за такую веселую ночь. Скоро поговорим. Лейла».

Он скомкал листок, который Лейла вырвала из гостиничного блокнота. На мгновение он успокоился, бросив записку в ближайшее мусорное ведро. Но потом передумал и достал ее, разгладив бумагу пальцами.

Он очень сильно расстроился. Вместо еще одной ночи горячего, чудесного секса,