Леона Шелл - Ценный груз

— Один из пунктов нашего договора гласит, что ты не можешь танцевать с Хенком.

Она ответила с безупречной логикой:

— Ты забыл о последнем пункте — никаких добавлений. Главное, чтобы Хенк, который знает много женщин, мог им сообщить о нашем союзе и тем самым обезопасить тебя от нападок других женщин.

— Хорошо. Но имей в виду, ты не должна позволять его рукам опускаться ниже твоей талии.

Когда это Тед мог увидеть, что Хенк щупал ее ниже талии, подумала она и охотно ответила:

— Твое желание для меня закон, дорогой!

— Удели мне внимание сегодня, Долли, и ты не пожалеешь.

Она широко раскрыла глаза и притворно надула губы.

— Но не забывай, что это только игра, не переусердствуй.

— Я не забыл, — сказал он насмешливо. — Но я считаю, что ты можешь доверять мне больше, нежели этому специалисту по травмам. Впрочем, он явно предпочитает лечить болезни другого рода. А теперь пойдем поищем наших друзей.

Долли понравились Питер и Энни, и она не без удовольствия играла перед ними роль любящей женщины. Вместе с тем она делала это не без сожаления: ей не хотелось обманывать эту пару. Впрочем, это его друзья, и обман — тоже его идея. А Тед, кажется, не испытывал никаких угрызений. Он уверенно включился в общий разговор, отпуская шутки и посмеиваясь остротам друзей. Но если он и впрямь пытался внушить окружающим, что он безумно влюбленный мужчина, то не должен был так погружаться в дегустацию различных блюд.

Когда Тед заканчивал поединок с омаром, зазвучала чарующая мелодия вальса. Долли потянула Теда за запястье.

— Милый, потанцуй со мной. Я очень люблю вальс.

— Конечно, — церемонно сказал он, вставая из-за стола и беря ее под руку.

Зал был просторным, а танцевальный круг выстелен паркетом. Как только Тед повел Долли по залу, она бросила ему:

— Ты не выглядишь сейчас влюбленным… Что с тобой? Я чувствую себя идиоткой, когда слышу слова «дорогая» и «любимая», точно их произносит робот с монреальской выставки.

— Извини, — пробормотал он. — Я забыл тебя предупредить, что рассказал Питеру и Энн о нашем договоре. Так что нет нужды притворяться перед ними.

— Ты поставил меня в дурацкое положение, — сказала она со смешанным чувством.

— Они мои лучшие друзья. Я не могу обманывать их. Я сказал им о нашем соглашении два дня назад.

— Спасибо, — с горечью сказала Долли. — Тед, я не могу каждую минуту менять свое поведение. Выбирай одно из двух: или мы с тобой играем влюбленную пару, или наши отношения остаются на уровне дружеских.

Сердитый на самого себя, он коротко ответил:

— Я еще раз извиняюсь перед тобой. Я сожалею об этом.

— Я сразу почувствовала, что выставляю сама себя откровенной дурой.

— Да уж, ты думаешь, наверное, что выглядишь лучше, когда танцуешь с Хенком.

— При чем здесь Хенк. Речь идет о нас.

Тед решил сменить тему разговора, явно зашедшего в тупик.

— Хенк и Сара решили потанцевать, Долли, улыбнись!

Долли кисло улыбнулась и процедила сквозь зубы:

— Есть ли в законе статья о покушении на убийство? Если есть, то ты поступишь мудро, проверив свой суп на содержание мышьяка.

Смеясь, Тед повел ее через центр зала.

— Ну, думаю, до этого дело не дойдет. А ты и вправду недолюбливаешь Сару Хоукс?

— То, что я сейчас чувствую, нельзя передать словами, — сказала Долли, посмотрев на движущихся в танце Хенка и Сару. — Точнее всего — это желание мести.

Затем они направились к своему столу, чтобы разделить общество Питера и Энн. На столе стоял королевский салат, который Долли очень любила. Через некоторое время подали творожный пудинг с клубникой. Во время еды Долли не обращала внимания на Теда и больше не называла его любимым. Затем принесли ликер и кофе, и снова зазвучала музыка. Питер и Энн закружились в быстром фокстроте, Тед пригласил Долли.

Долли в основном танцевала с Тедом, но в течение вечера успела потанцевать и с другими мужчинами. Тед танцевал неплохо, он не задумывался над каждым шагом и вел партнершу довольно уверенно. Для Долли же танец был особым миром. Иногда, увлекаясь музыкальными ритмами, она забывала о себе и каждодневных заботах. Она заметила, что Тед напряжен и немного неестествен, и это заставляло ее нервничать. Наконец, танец с Тедом стал для нее мучительной процедурой. Чтобы прекратить это испытание, она сказала:

— Знаешь, Тед, когда банан перезревает, он становится крапчатым и скользким. Тебе такие нравятся?

— Пожалуй, нет.

— Так вот. Ты меня держишь во время танца, как перезрелый банан или что-нибудь похуже.

— Тебе не нравится, как я танцую? — спросил он холодно.

Вальс закончился. Через плечо она увидела Хенка, идущего к ним. Долли вызывающе улыбнулась Теду, провела пальцами по ежику волос на его затылке и сказала:

— О, ты танцуешь великолепно. А теперь, извини, сюда идет Хенк.

— Потанцуем, Долли? — спросил Хенк. — Тед, ты разрешаешь?

— С удовольствием, — быстро ответила она, упреждая ответ Теда.

Волна неудовлетворенности, кипевшая внутри Долли, выплеснулась во время танца с Хенком, и сейчас ее фигурка выглядела особенно гибкой и привлекательной в шикарном, украшенном блестками платье. Хенк ощутил взрыв ее энергии и, когда музыка кончилась, неохотно отпустил, кратко поблагодарив. С тревогой Долли оглянулась вокруг, ища глазами Теда. Он стоял в конце зала, разговаривая с Сарой Хоукс.

Когда Тед наблюдал за тем, как танцует Долли с Хенком, его переполняло чувство примитивной агрессивности, которую он едва сдерживал в себе. Огромной пыткой для него было ожидание возвращения Долли. И после того как Хенк, взяв Сару под руку, отошел от них, Тед с плохо скрываемым раздражением выпалил:

— Ты спала с ним. Я прав?

— Нет!

— Не лги мне! Я наблюдал за тобой, когда ты танцевала, и видел — ты была близка с ним.

Долли вдруг почувствовала бесконечную усталость от этого вечера, полного притворных чувств и непритворных претензий.

— Хенк абсолютно не привлекает меня, и мы никогда не были близки, — возмутилась она. — Я уже говорила тебе об этом. Неужели ты не видишь, что проблема исходит от тебя?

— Что ты имеешь в виду?

— Когда ты поцеловал меня на кухне вчера вечером, почему потом оттолкнул, как если бы ты обнимал ядовитую змею?

Теду было трудно что-либо ответить Долли, он чувствовал — она в чем-то права. Он не мог признаться себе в чем-то важном. Скрывая растерянность за внешним спокойствием, он произнес:

— Я не хочу близости ни с одной женщиной, Долли Форвенд, в том числе и с тобой.

— Тогда почему тебя беспокоит, сплю я с Хенком или нет?