Сьюзен Мейер - Преимущество женщины

Ее глаза расширились.

— Ты даже помнишь наш разговор?

— Да, и надеюсь, ты поняла, о чем я говорил вчера. Я не хочу, чтобы ты считала, будто в эгоизме ключ к счастью. Твоя жизнь лучше не станет. Поверь мне.

Зои нахмурилась, а затем медленно спросила:

— Это все, что ты помнишь?

— Да, — ответил он, глядя ей в глаза. Он ощутил знакомое сладостное напряжение, когда погрузился в глубины голубых глаз, но на этот раз их выражение подсказало Куперу, что вчера было сказано что-то еще. И, судя по всему, нечто очень важное. — А что еще я говорил?

Отступив, Зои снова облизнула губы.

— Ничего, — ответила она.

— В таком случае, что ты сказала?

— Это не имеет значения.

Мгновение Купер смотрел на нее, зная, что она что-то недоговаривает. Наконец, он сказал:

— А я думаю, что важно. Наверное, у тебя снова сложилось неверное представление обо мне. Скажи, в чем дело, я все исправлю.

— Ладно. Вот что я тебе скажу: никаких неверных представлений.

— А мне кажется, я попал в точку. Дело не только в твоем поведении. Я чувствую что-то…

— Черт! — воскликнула Зои. — Ты теперь от меня не отстанешь?

— Именно.

— Ладно. Мы побеседовали на славу, прежде чем ты уснул. Ты даже взял меня за руку. И я осмелилась спросить, нельзя ли мне переехать к тебе в Техас, если мой дом все же продадут.

Желание пронзило его острой иглой, но Купер проигнорировал его, думая о более важной вещи.

— Ты спросила, можно ли будет нам жить вместе… — мужчина закрыл глаза и понял, что произошло. Он не смог справиться со своими чувствами… Не желая давать ей ложную надежду, Купер покачал головой: — Зои, даже не пытайся.

Она подняла подбородок.

— Почему? Это же моя жизнь, и…

— Вот именно. Это твоя жизнь. И ты не из тех, кто может просто жить с кем-то!

— Откуда ты это знаешь, если я и сама не уверена?

— Поверь мне, знаю, — сказал Купер, начиная злиться. Конечно, она уже не девственница, но душой чиста.

Мужчина направился к двери.

— Пойду посмотрю, не расчистили ли дорогу, — он уцепился за малейший предлог, лишь бы остаться одному. — И когда я вернусь, надеюсь больше не услышать ни слова о нашей совместной жизни! Ты слишком хороша для этого, Зои, — сказал Купер напоследок. И хлопнул дверью.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

К обеду снова пошел снег. Зои два часа просидела с Дафной, глядя в окно. Пусть она не нужна Куперу, но всегда можно будет снять квартиру с хорошей компаньонкой. Как только девушка избавится от своего дома, можно будет выплатить все долги и продолжить образование, а затем наконец получить хорошую работу. Все не так уж плохо. Так что с того, что Брайант не хочет жить с ней?

Дафна всхлипнула. Зои поднялась, погрела на кухне молоко в бутылочке и накормила девочку, после чего уложила ее в ящик от комода, который так и использовала в качестве детской кроватки. Да, Купер был весьма изобретателен, когда остался с ее дочуркой.

Зои зажмурилась. Пора перестать думать о нем и награждать его добродетелями, которыми на самом деле этот мужчина не обладает. Да, он нашел удобное местечко для Дафны, но думал при этом только о своем спокойствии. Купер все делал только для себя. И вовсе не был ни милым, ни заботливым. Не о таком мужчине мечтала Зои.

Дафна заснула. Девушка вышла из спальни и снова подошла к окну. Глядя на большие снежные хлопья, медленно падающие на землю, она поняла, что больше не хочет оставаться здесь. А судьба, очевидно, решила ее помучить.

Наконец Зои решила сделать хоть что-то — например, пойти принять душ. Девушка с усилием отвела взгляд от окна и посмотрела на Купера, который лежал на диване и смотрел старый фильм.

Можно было бы сказать ему, что она собирается принять душ. Но зачем? Ему наплевать на нее и на то, что происходит вокруг. Именно поэтому новый снегопад не расстроил Брайанта. Он вообще ни на кого и ни на что не тратил своих драгоценных чувств. Особенно на Зои. Он ничего не хотел и не ждал. Пора научиться жить так же.

Девушка вышла из гостиной, проверила, как спит Дафна, и направилась в ванную. Зои была уверена, что тупая боль в груди скоро пройдет. А пока можно и потерпеть. Она не спеша приняла душ, вышла из ванной и вытерла полотенцем волосы. Надев джинсы и футболку, Зои вернулась в комнату. Ее сразу же охватил ужас — Дафны не было в ящике. Вся жалость к себе в тот же миг исчезла. Ее малышка пропала!

Зои поспешно осмотрела комнату, не забыв заглянуть под кровать на тот случай, если девочка выбралась из ящика и заползла туда. В панике она выбежала из комнаты и увидела, что счастливая Дафна сидит в кухне на своем стульчике.

— Что она здесь делает?

Купер пожал плечами.

— Я обещал взять ее на себя сегодня утром, но вышел. Так что когда я услышал, что Дафна плачет, то принес ее сюда.

Зои заметила, что Купер достал консервные банки из буфета. Очевидно, он собирался приготовить обед.

Девушка повернулась к дочке.

— Пойдем, Даф…

— Оставь ее. Мы прекрасно проводим время.

В Зои поднялась волна негодования. Она не собирается принимать милостыню! Если он не признает в ней свободной личности, все его услуги можно расценивать только так.

— Мне не нужна милостыня.

Купер покачал головой.

— А я тебе ее и не предлагал.

— Ладно, — с внезапной гордостью произнесла девушка. — Как мне в таком случае назвать вот это?

— Моим одолжением Дафне. Вряд ли ей нужна такая ворчливая мамаша.

Зои резко втянула воздух. Он мог назвать ее ханжой. Дурой. Стервой, в конце концов. Но не следовало называть ее плохой матерью. Он знал, что здесь ее единственное уязвимое место, и без колебаний ударил именно по нему.

Купер тихо выругался.

— Вырвалось. Извини.

Зои ему не поверила. Насколько она успела узнать этого мужчину, все его выводы строились на фактах и логике. Никаких случайностей. И он не сказал, что она плохая мать. Всего лишь назвал ее ворчливой. И тут он, черт побери, был прав.

Ее затопило странное ощущение покоя. Наверное, логика и здравый смысл действительно могли сослужить ей неплохую службу. На правду не обижаются.

— Не беспокойся. Я и впрямь ворчлива, жалею себя и занимаюсь подобной ерундой. Может, мне действительно нужно побыть одной. Не знаю, правда, до чего в итоге додумаюсь, — она провела пальцами по волосам. — Жаль, что у меня с собой нет книг. И что здесь нет тренажерного зала. Побегать бы… А еще лучше — остановить время, чтобы можно было без помех все обдумать. Но я не могу этого сделать, — невесело улыбнулась девушка. — Так что, надеюсь, лишняя пара минут размышлений все же пойдут мне на пользу.