Лаура Дэниелз - Знак свыше

— Как что? Ведь ты сказала, капельку можно?

— Я полагала, речь идет о коньяке.

— Ну не о пиве же!

Повисла короткая пауза, затем Пенни сказала:

— Посмотри, что у тебя в руках.

— Как будто я не зна… Ох дьявол! Откуда это взялось? Я же брал коньяк.

Последние слова Джей произнес единственно для Пенни. Сам он сразу понял, что произошло: подсознательное стремление глотнуть виски с целью расслабиться заставило его взять не ту бутылку.

— Прости, — усмехнулся Джей. — Сейчас исправлю ошибку.

Он вернулся к шкафчику, взял нужную бутылку и направился к Пенни, чтобы плеснуть в ее чашку немного ароматной жидкости. Однако волнение помешало ему осуществить это намерение. Нет, он плеснул коньяк, но не немного, а гораздо больше, чем требовалось, потому что подсознательно стремился наполнить чашку до краев.

— Ох! — вырвалось у него в следующее мгновение. — Кажется, я перестарался!

Пенни задумчиво посмотрела на получившийся в итоге напиток.

— Похоже, здесь коньяка больше, чем кофе.

— Гм… давай я сварю тебе другой.

Но она покачала головой.

— Ладно уж, не нужно. Но лишь при условии, что ты и себе нальешь столько же. Коньяка, я имею в виду.

— Не возражаю. — Джей направился к плите. — Только сначала мне нужно сварить еще одну порцию кофе. А ты пей, не жди меня.

— Э нет! — усмехнулась Пенни. — Пить, так вместе.

— Вместе? — На миг задумавшись, Джей включил электрический чайник, после чего принялся искать что-то на полках. — Где-то у меня здесь был… Гм, не мог же я его выбросить… А, вот он! — С этими словами он извлек из дальнего угла пеструю упаковку, показавшуюся Пенни пустой.

— Что это? — спросила она.

— Кофе особого помола, его можно не варить. Прямо заливаешь кипятком и готово.

— Ты уверен, что в этом пакете что-то есть?

Джей кивнул.

— Как минимум одна порция кофе. А вот и чайник вскипел!

8

Через минуту они сидели друг против друга за столом и перед каждым стояла чашка кофе с коньяком.

Пенни помешивала свой напиток ложечкой, чтобы растворился сахар. Джей ждал, пока его кофе немного остынет. Почти одновременно они подняли чашки и поднесли к губам.

— Мм… а неплохо получилось, — не без удивления заметила Пенни.

Джей усмехнулся. Ему кофе тоже понравился.

— Вот видишь, что ни делается, все к… — Он хотел сказать «к лучшему», но осекся, потому что память тут же подсказала ему, когда и при каких обстоятельствах произносилась в присутствии Пенни подобная фраза.

Она, похоже, подумала о том же.

— Твое любимое выражение, — тихо слетело с ее губ.

Грустно покачивая головой, она смотрела на Джея, и тот видел, что под воздействием горячего кофе с коньяком ее зрачки немного расширились, а щеки прямо на глазах окрасились легким румянцем.

— Верно, любимое, — сдержанно произнес Джей, опуская взгляд в чашку. — Правда, толку от него никакого. Во всяком случае, в том, что касается нас с тобой.

Пенни помолчала, по глотку отпивая кофе.

— Не знаю. Я бы так не сказала.

— Ну да, конечно! — саркастически обронил Джей. — Если бы пять лет назад ты не уехала отсюда, то всего лишь стала бы моей женой. А так, конечно… Насколько я понимаю, твоя карьера развивается успешно и ты счастлива, что все так получилось. — Он взглянул на нее прищурившись. — Скажи честно, счастлива?

Пенни усмехнулась.

— Хочешь, чтобы мы говорили честно?

— Разумеется! С меня довольно твоей лжи! Я сыт ею по горло.

Она на миг замерла, взяв чашку обеими руками жестом мерзнущего человека, — хотя с чего ей было мерзнуть при июльской жаре? — затем вздохнула.

Направляясь сегодня на виллу, где жил Джей, Пенни готовила себя к тому, что спокойно выслушает все, что бы он ни говорил, иначе не было смысла идти к нему. Сейчас она вспомнила о своем решении.

— Хорошо. Правда, и только правда. Спрашиваешь, счастлива ли я? И да и нет. Вообще, ты встречал когда-нибудь абсолютно счастливого человека?

Джей поморщился.

— Послушай, давай обойдемся без философствования. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

— Да, конечно, — кивнула Пенни. — Хорошо, скажу. Я счастлива, что занимаюсь любимым делом, общаюсь с интересными людьми, пользуюсь уважением коллег и живу так, как хочу. — Она с усмешкой взглянула на Джея. — Достаточно честно звучит, на твой взгляд?

— Да, — нехотя буркнул он.

Пенни отпила очередной глоток кофе.

— Замечательно. А теперь коротко обрисую обратную сторону медали: я живу без любви. Вернее, она присутствует в моей жизни, но это совсем не то чувство, которое возникает между двумя людьми. — Она вдруг замолчала и свела брови у переносицы, что-то усиленно обдумывая. Вероятно, после кофе с коньяком ей было трудно сосредоточиться — Нет, неправильно сказала. Не между людьми вообще, а между мужчиной и женщиной. Да, именно так!

— Ты ни в кого не влюблена? — усмехнулся Джей.

— У меня был такой период в жизни, когда я пыталась влюбиться, — видишь, говорю честно.

— Сейчас скажешь, что из этого ничего не получилось! — хмыкнул Джей.

Пенни кивнула.

— Можешь смеяться. Что уж тут поделаешь… Наверное, человек, пытающийся влюбиться, действительно выглядит смешно. Но я рассказываю честно, как и обещала.

— Хорошо, — произнес Джей. — Слушаю.

— Из моей попытки в самом деле ничего не получилось, — подтвердила она. — Сказать почему?

— Интересно послушать.

— Видишь ли, я столкнулась с одной проблемой: само понятие любви каким-то странным образом закрепилось у меня за тобой. Или за твоим образом, если хочешь.

— Боже милостивый, неужели ты сейчас начнешь рассказывать, что жить без меня не можешь? — презрительно сузил глаза Джей.

Пенни печально усмехнулась.

— Что за странные мысли приходят тебе в голову? Почему ты думаешь, что я склонна настаивать на очевидной нелепице?

— А! — Джей мрачно хохотнул. — Понятно. Ты…

— Да, — кивнула Пенни, на лету ловя его мысль. — Именно. Я пять лет прожила без тебя, следовательно, могу. — Она вздохнула. — Дело не в этом. Как-то так получилось, что ты затмил для меня остальных мужчин. — Она с усмешкой взглянула на Джея. — Только не сочти это за комплимент. Я просто констатирую факт, причем без всякого удовольствия. Из-за тебя мне не удалось создать личную жизнь.

Он откинулся на спинку стула.

— М-да… получается, я во всем виноват. Я уехал в Лондон, я ни разу не позвонил, за исключением одного-единственного раза, я неизвестно почему отсутствовал пять лет — все это сделал я!