Марси Бэннет - Мой мужчина

– Вы что, не понимаете, какого пошиба эта женщина? Она продала себя Рэю. Спросите, откуда у нее это платье, спросите, как она попала на бал в нашем доме.

Джек наклонился к графине, чтобы что-то возразить, но тут вмешалась Стефани.

– Мистер Блейкмор, все, что сказала представительница всемогущих виноделов, чистая правда.

Белинду удивили ее слова, и, прежде чем она сумела что-то сказать, в разговор вступил Джек.

– Я не собирался, Стефани, спрашивать вас о чем-либо. Да и какое, к черту, это имеет значение?

Он целиком на стороне Стефани, поняла Белинда и, яростно взглянув на Джека, поднялась, но снова была остановлена.

– Нет уж, сидите. И послушайте теперь вы, – холодным, колючим голосом проговорил Джек. – Кто вы такая, черт побери, чтобы судить человека? Ведь вам даже в голову не пришло поинтересоваться, что вынудило Стефани пойти на этот шаг. И слепому видно, что такой человек, как она, до отчаяния должен был дойти, прежде чем решиться на нечто подобное! – Для Белинды это звучало совсем неубедительно, что она и хотела высказать, но он только сжал ее руку и продолжал: – Были, я предполагаю, у нее и раньше мужчины, так что из этого? По крайней мере она не настолько лицемерна, чтобы клясться в любви, жениться и разводиться. Что из того, что Рэй дарит ей одежду и деньги? Ваш итальянский граф тоже дарил вам одежду и деньги, когда вы продались ему за титул.

Та, к кому обращены были эти безжалостные слова, дернулась как от удара тока. Она не могла поверить, что Джек действительно сказал это, что так жестоко оскорбил ее. И все ради этой дешевой девки! Белинда не отрываясь смотрела на мужчину, ненависть, какой она никогда не знала раньше и которую вообще не способна была испытывать к кому-либо, бурлила в ней.

– Ваше кампари, сеньора, – услышала она за спиной голос официанта, он донесся будто издалека и почему-то сразу успокоил ее.

– Благодарю, – сказала она, взяла бокал и тут же резким движением выплеснула его содержимое в лицо собеседнику.

Джек, инстинктивно дернувшись назад, отпустил ее руку. Она же с удовлетворением отметила, что пиджак его безнадежно испорчен.

– Когда-нибудь вы пожалеете об этом, графиня, – угрожающе произнес он, его глаза пылали яростью.

Нисколько не испугавшись, Белинда встала и окинула обоих холодным, презрительным взглядом.

– Оставляю вас наедине. Вы просто созданы друг для друга! – И, высоко подняв голову, не обращая ни малейшего внимания на изумленные взгляды вокруг, она вышла из ресторана.

Белинда быстро миновала мост и подъехала к винному заводу Баго, где располагался офис Конрада. Она знала, что Рэй сейчас там. Все еще задыхаясь от ярости, она прошла через цех, не обращая внимания на работающих там людей, и толкнула дверь в кабинет. Оба ее кузена стояли перед какими-то графиками на стене и рассматривали ксероксные распечатки. Оба обернулись и удивленно уставились на сестру.

– В чем дело? – быстро спросил Конрад, первым заметив напряженное выражение ее лица.

– Это касается Рэя. Я хочу поговорить с ним.

С минуту в кабинете царило молчание, затем Конрад положил на стол бумаги и вышел.

– Ну?

– Похоже, Стефани решила подстраховаться.

– Что ты имеешь в виду?

– Твоя красотка сейчас в ресторане в Джеком Блейкмором.

Лицо Рэя застыло, лишь глаза выдавали охвативший его гнев.

– Где?

Она объяснила ему. Рэй выбежал из комнаты, с треском захлопнув за собой дверь. Сестра удовлетворенно смотрела ему вслед. Отлично, ликуя, подумала она. Теперь Джек не отделается лишь бокалом вина в физиономию.

5

После ухода Рэя Конрад тут же вернулся в кабинет.

– В чем дело? Или меня это не касается? Белинда, еще не вполне оправившись, ответила резко:

– Этот человек, этот презренный человек!

– Рэй? – Брови Конрада поползли вверх.

– Да не Рэй, Джек Блейкмор.

– А что он натворил?

– Он оскорбил меня. Я выплеснула вино ему в лицо.

– Вот как? – Конрад обеспокоенно посмотрел на нее. – И где именно это произошло?

– В ресторане.

– И все вокруг с любопытством за этим наблюдали, да? – криво усмехнулся он. – Ох, кузина, и когда же ты повзрослеешь? Мало тебе прошлых скандалов? Ты же знаешь, как расстраивается дед, когда читает о тебе в разделах светских сплетен.

Ей стало обидно.

– Это его вина. Никто и никогда не говорил со мной так.

– А что он сделал? Приставал к тебе, что ли?

Она даже раскрыла рот от изумления.

– Нет, он сказал... Неважно, что именно он сказал. Это было чудовищно. Ты должен что-то предпринять.

– Что именно?

– Поколотить его или что-то в этом роде. Теперь настал черед Конрада удивляться.

– Рэй за этим туда отправился?

– Надеюсь.

– Подумать только! А что же он все-таки тебе сказал, что Рэй так взбеленился?

Белинда обессиленно опустилась на стул.

– Он пошел не из-за меня. Ему, как и тебе, все равно, оскорбляют меня или нет.

– Тогда почему?

– Я сказала ему, что Джек сейчас со Стефани.

– Вот оно что! Ну и дела.

– Да. Он настолько обнаглел, что пригласил ее пообедать с нами.

– Ты обедала с Джеком? – изумился Конрад. – А я-то думал, что он тебе совсем не нравится.

– Не нравится. Я согласилась только потому, что мне стало жаль его, – ответила Белинда, старательно убеждая себя в этом. – А он посмел, ты только подумай, пригласить и эту ничтожную мошенницу.

– Так вот почему ты облила его! – В глазах Конрада заплясали искорки смеха.

– Нет, – вздохнула Белинда. – Господи, как мне хочется что-нибудь выпить. У тебя есть?

Губы Конрада расплылись в широкой улыбке.

– Милая моя девочка, ты что, забыла, где находишься? Это же винные погреба.

Она подняла голову, увидела искрящиеся смехом глаза брата, и оба расхохотались. Белинда отбросила волосы со лба.

– Нам надо подумать, что делать с Рэем. Не можем же мы сидеть сложа руки и смотреть, как эта девица разрушает жизнь брата.

– Мы предупредили его. Что еще можно сделать? В конце концов он достаточно взрослый, может и сам о себе позаботиться.

– Нет, не может. По крайней мере в отношении Стефани, и в этом вся проблема. Она его просто околдовала. – Белинда нахмурилась. – У тебя когда-нибудь было так, ну когда ничего не имеет значения?

Конрад облокотился о край стола и взял ее за руку.

– Было однажды. Я думал тогда, что по уши влюбился. Ни есть, ни спать не мог, так меня тянуло к девушке.

– И ты добился ее? – с интересом спросила сестра.

– Да.

– Почему же ты не женился? Он пожал плечами, лицо его ничего не выражало.

– Я скоро понял, что это наваждение. Физическое влечение быстро прошло, а чувств никаких и не было.