Кэролин Зейн - Неукротимый Бру

А Бру Брубейкером никто не может командовать.

Даже придирчивая, трудолюбивая, невероятно стойкая, длинноногая, с гладкой кожей, чувственными губами и волнистыми волосами Пенелопа. Зарычав, Бру отшвырнул нож и пнул дверцу.

Надо было поцеловать ее, пока была возможность. Надо было прямо там схватить ее в объятия и целовать до одурения. Надо было увлечь ее в тень, дальше по коридору, сорвать ее дурацкий галстук, распустить нелепый пучок, чтобы она задышала свободно. Надо было стиснуть ее в объятиях и целовать, пока не попросит пощады.

Или пока не попросит еще.

Бру схватился за угол секретера и уперся ногой в красное дерево. Собрав все силы, он потянул старую дверцу на себя.

Услышав из-за дверей грохот, Пенелопа, уже собиравшаяся постучать, остановилась. Господи, подумала она, прислушиваясь к звукам за дверью, кажется, он чем-то расстроен. Коснувшись пальцами двери, она стояла в нерешительности.

Может быть, лучше сказать ему завтра утром? Он вполне успеет за день найти кого-нибудь. Сегодня только четверг, так что у него в распоряжении целый день.

Снова треск.

Да. Лучше уйти подобру-поздорову, думала Пенелопа, нерешительно отступая назад.

Хотя… он должен знать, что ему понадобится спутница. Только… не стоит беспокоить его в столь поздний час. И все-таки… Большой Дедди платит ей за уроки имиджа, а вечеринка АКАИ является частью курса. С другой стороны, Бру не хочет заниматься.

Но все равно… ему нужна практика.

Пенелопа постучала. Едва слышно.

С диким выражением лица Бру распахнул дверь:

— Что там еще?

В его глазах сверкало такое выражение, что у нее испуганно забилось сердце. Это была угроза. Раздражение. Страсть. О, если б ноги могли унести ее как можно скорее отсюда! Но ноги не слушались. Она поморгала, стараясь отвести взгляд от его обнаженной груди, поднимавшейся и опускавшейся в такт тяжелому дыханию. Его кожа кажется такой теплой. Такой мягкой. И этот звериный взгляд… Пенелопа медленно подняла глаза и, когда их взгляды пересеклись, замерла, едва дыша.

Профессионализм! — напомнила она себе. Не забывай, что ты профессионал.

— Я хотела вам сказать… Э-э… вы должны знать, что…

— Что?

Слова прыгали в ее мозгу, словно играя в чехарду.

— Вам нужно пригласить на вечеринку кого-нибудь. Спутницу.

Его брови слегка сдвинулись, когда он задумался над тем, что она сказала.

— Спутницу?

Пенелопа кашлянула.

— Да. — Ей было ужасно неловко стоять здесь, глядя на него, без рубашки и, кажется, очень увлеченного разрушением собственной комнаты. Пенелопа бросила через его плечо взгляд на спальню.

— Я просто делал уборку.

— А. — Она пыталась придумать, что же сказать. Что-нибудь уместное. Что-нибудь относительно работы. Или вечеринки. Но в голову не приходило ничего, кроме желания, чтобы он подхватил ее на руки, а потом — «и они жили долго и счастливо».

Невыносимый Бру Брубейкер — сказочный принц? Ха! Ничего такого она и не думала. Просто он невероятно, безжалостно соблазнителен. Но это не для нее — по ряду причин. Нельзя забывать, что она работает на мистера Брубейкера, который одним словом может сломать ей карьеру. К тому же в глубине души она понимала, что не относится к типу женщин, которые нравятся Бру. Он предпочитает опытных. Отчаянных и свободных. Таких же, как он сам.

В старинных часах, купленных еще дедушкой и стоявших в конце холла, тикало множество каких-то колесиков. Пенелопа и Бру стояли, казалось, уже целую вечность, неотрывно глядя друг на друга. В обоих шла борьба раздражения и желания, которых они сами в себе не хотели признавать.

— Вы хотите, чтобы я пригласил с собой спутницу?

— На вечеринку АКАИ в субботу.

Он и глазом не моргнул.

— Без проблем.

Пенелопу уколола досада. Ей совсем не улыбалось провести вечер с Бру и какой-то женщиной.

— Хорошо, — подавив вздох, сказала она. — Тогда я, пожалуй, пойду.

— Пожалуй, — натянуто отозвался Бру.

— Увидимся завтра вечером, на занятии. Я подожду вас в беседке. В восемь часов вас устроит?

Бру так долго смотрел на нее задумчивым взглядом, что Пенелопа забеспокоилась, не случилось ли с ним чего. Он сжимал и разжимал кулаки, зрачки расширились, а дыхание срывалось.

— Как идут дела?

Пенелопа подняла глаза от своих бумаг и улыбнулась Большому Дедди. Зайдя к ней в беседку, этот живой, небольшого роста человечек уселся напротив, сверля Пенелопу проницательным взглядом.

Смущенно посмотрев на часы, Пенелопа засомневалась, говорить ему или нет, что у нее с его старшим сыном запланирована встреча. Лучше не надо. Бру опоздал к восьми часам и до сих пор не появился.

— Все отлично, — солгала она. Уже второй раз за этот день. Только сегодня утром она пропела матери по телефону, как замечательно идет у нее здесь работа. Неожиданно — снова посмотрев на улыбку Большого Дедди — она почувствовала, что соскучилась по своей семье. Уехала она из дому всего неделю назад, но кажется, что прошла целая вечность.

Они и не замечают, что ее нет дома, заверила Пенелопу мать. Конечно, она сказала это, только чтобы успокоить дочь, но Пенелопа вдруг почувствовала себя ненужной. В последнее время она все чаще испытывала это чувство. Абсолютно и безнадежно никому не нужной.

Кажется, доктор наконец назначил матери день операции. «Правда, это чудесно? — радостно говорила мать на другом конце провода. — Совсем скоро я встану на ноги».

Совсем скоро. Эти слова унылым эхом отдавались у Пенелопы в ушах.

Время шло и шло, а момент, когда она наконец займется имиджем Бру, все не приближался. Как она расплатится за операцию?

Стиснув рукой край качалки, Пенелопа решительно сжала зубы. Она должна справиться с задачей, поставленной перед ней Большим Дедди. Она не должна поддаваться чарам Бру, решила Пенелопа, глядя, как Большой Дедди весело покачивается на качалке напротив. Она должна придумать, как побить Бру в его же игре. Для Уэйнрайтов борьба не в новинку. Но эта борьба нешуточная.

Хотя и невероятно увлекательная. Да, с внезапно появившимся духом соревнования подумала Пенелопа, она должна укротить этого дикого зверя и в то же время получить так необходимые ей деньги.

— Да, сэр. — С торжествующей улыбкой она подняла голову. — Все идет просто отлично.

— Вот как? Вы молодец! — радостно прогремел Большой Дедди. Притопнув ботинками по деревянному полу беседки, он с заговорщическим видом наклонился к ней. — В таком случае я очень хотел бы, чтобы Бру вернулся на свое прежнее место в «Брубейкер интернэшнл» даже раньше, чем мы рассчитывали.