Ронда Грей - Мелодии белой ночи

— Что еще за неприятности? — спросила Линн и отпила кока-колы, тепловатой, с мерзким синтетическим привкусом.

— Начнем с того, что он капризен, как малый ребенок. На случай, если ты не заметила.

— Мистер Монкфорд очень переживает за успех проекта. И разумеется, нервничает: ведь, как только он вступит на этот путь, назад дороги не будет!

Норман пропустил слова собеседницы мимо ушей.

— Есть и еще проблемка, — продолжал он, вертя бокал в руке. — Это ты.

— При чем тут я? — изумилась Линн.

— Как это при чем! Даже слепому видно, что парню ты приглянулась.

— Вот уж не заметила! — солгала она и с досадой почувствовала, как горят ее щеки. — Да и не твое это дело, если на то пошло!

— Еще как мое! Я не одобряю, когда клиенты флиртуют с моими подчиненными!

— Спасибо за предупреждение, но я вполне в состоянии сама о себе позаботиться. — С этими словами Линн откинулась на спинку стула и сцепила руки на коленях.

— Да ну? — с сомнением протянул Норман. — Ведь ты ни с кем не встречаешься, так? Вот уже много лет живешь затворницей. Но вот на сцене появляется неотразимый Реймонд Монкфорд, и вы открыто друг с другом заигрываете!

— Мы друг с другом не заигрывали! — вознегодовала Линн.

Кокетничать с Реймондом — еще чего не хватало! И с какой стати Норман считает себя вправе вмешиваться в ее личную жизнь?!

— Ты что, Линн, за дурака меня держишь? А то я не видел, как парень ел тебя глазами!

— А хоть бы и так? — вызывающе усмехнулась она, наклоняясь к собеседнику.

— Ищешь себе неприятностей, — парировал Норман, в свою очередь подаваясь вперед, так что теперь головы их почти соприкасались. — Неужели настолько стосковалась по мужской ласке, чтобы путаться с таким ничтожеством!

— Да как ты смеешь!

«Стосковалась по мужской ласке…» Вот, значит, какова она в глазах шефа! Линн не помнила себя от ярости.

— Ты плохо знаешь мужчин, тебе недостает опыта!

— По-твоему, я — наивная провинциалка?

— Ты уже давно ни с кем не встречаешься. А последний твой роман, судя по всему, закончился слезами. Ты очень уязвима для дешевого обаяния таких, как этот Монкфорд.

«Только не теперь!» — захотелось ей прокричать на весь зал.

— И ты считаешь своим долгом оберегать и наставлять несмышленую простушку, чтобы та не натворила глупостей? — процедила Линн сквозь зубы.

— Шеф отвечает за своих подчиненных.

— Глупости! За пределами офиса я буду вести себя так, как мне угодно!

— Повторяю: я не потерплю, чтобы ты спала с клиентом. Это тебе понятно?

— Вполне. — Линн одарила собеседника ледяным взглядом. — Такой вариант мне и в голову не приходил!

Норман задумчиво сощурился.

— Не уверен…

А мне, по правде говоря, дела нет до твоих домыслов, подумала Линн, однако вслух сказала:

— Нельзя быть таким подозрительным.

Пусть себе заблуждается! В конце концов, ей того и надо: а то еще заметит, что интересует ее отнюдь не Реймонд Монкфорд, а он сам. Неотразимый Норман Дейл представляет для нее опасность куда более серьезную, нежели легкомысленный владелец Корт-хауса!

6

Спустя дня два Линн поняла причину скверного самочувствия. Неприятности и треволнения последней недели тут были ни при чем. Она простудилась. Пробудившись поутру, Линн обнаружила, что голова раскалывается, а по горлу словно наждаком прошлись, так что проглотить чего бы то ни было — все равно что пригубить жидкого огня.

В половине восьмого она позвонила Норману: шеф всегда являлся в офис ни свет ни заря.

— Извини, сегодня меня не будет, — покаялась Линн. — Я заболела. Очень похоже на простуду.

— А доктора ты вызывала? — Особого сочувствия в голосе Нормана не прозвучало. — Ну и как надолго ты вышла из строя? Тут работы — непочатый край!

Что называется, утешил, подумала Линн, откидываясь на подушки и нервно теребя телефонный провод.

— Понятия не имею. Придется серьезно побеседовать с моим вирусом. Может, и придем к взаимному согласию.

— Нечего острить, Линн. Я должен знать, подыскивать ли тебе замену на ближайшую неделю.

— Постараюсь к завтрашнему утру поправиться, — обреченно заверила она.

— Вот и отлично. Тогда до встречи. — И в трубке раздались короткие гудки.

Линн закрыла глаза: интересно, хватит ли у нее сил встать с кровати и заняться каким-нибудь полезным делом, вместо того чтобы лежать пластом да жаловаться на жизнь? Когда она открыла глаза в следующий раз, то с удивлением услышала, как часы бьют двенадцать. И снова провалилась в сонное забытье. В семь вернулась Кора, приготовила для больной сандвич и опасливо переступила порог спальни.

— Мне никак нельзя болеть, — сообщила она и, водрузив поднос на кровать, тут же отпрыгнула назад, точно опасаясь, что на нее вот-вот накинется орда изголодавшихся бактерий. — Сегодня я встречаюсь с Мужчиной моей мечты.

— С Дейвом? — спросила Линн, которая с трудом поспевала отслеживать поклонников подруги.

— Старый зануда! — Забыв о хищных микробах, Кора присела на край кровати. — Я чуть со скуки не умерла. Мне хотелось волшебства и цветных огней, а ему подавай плед, телевизор и бифштекс домашнего приготовления!

— Бедняга, — посочувствовала Линн, откусывая от сандвича с ветчиной и сыром, вкусом напоминающего картон. — Разве ты ему не говорила, что терпеть не можешь готовить?

— Говорила раз сто, — мрачно отозвалась Кора. — Конечно, этого недостаточно: немудрено и забыть! Ну почему, дожив до тридцати пяти лет, мужчины отрекаются от ночных клубов?

— Ума набираются.

Запрокинув голову, Кора звонко расхохоталась, длинные рыжие пряди огненным потоком рассыпались по плечам. Эффектная красавица являла собою полную противоположность Линн: неудивительно, что соседки отлично ладили.

— Надеюсь, работу ты прогуляла?

— Завтра наверстаю, — заверила Линн.

— Этот твой шеф хуже рабовладельца-плантатора! — Кора встала, по-кошачьи потянулась, взмахнула руками, отгоняя невидимых микробов. — Давно пора поставить злодея на место!

— Я не самоубийца.

Линн пригляделась к сандвичу: и как это соседке удается превратить самые обычные сыр и ветчину в нечто абсолютно несъедобное? Может, дело в отсутствии аппетита у нее самой… Впрочем, кулинарные «таланты» Коры давно стали притчей во языцех. Что за ирония судьбы: подруга неотвратимо привлекает к себе мужчин, мечтающих о мирном семейном очаге и хозяйственной, домовитой жене!

— Ладно, пожелай мне удачи с сегодняшним кавалером, — весело прощебетала Кора уже от дверей. — Только бы этот высокий, белокурый красавец не оказался еще зануднее Дейва!