Гвен Вествуд - Замок Единорога

Они поднялись на плато и понеслись над спящим городом. Как же красива эта земля! — восхитилась Магги. Легкий бриз играл в высокой траве, превращая ее в бесконечно колышущееся серебристо-зеленое море. Колючие деревца отбрасывали на землю густые ультрамариновые тени, но жара еще не вступила в свои права, и скот не искал прохлады.

Они поели в одном из отелей Усакоса и только потом отправились на поиски драгоценных камней.

Крохотный городишко был обязан своим существованием железнодорожной станции и близлежащим копям и сильно смахивал на местечко из рассказов о Диком Западе — песчаные улицы, забитые всяким барахлом лавки, разношерстная публика в отеле.

— Люди останавливаются здесь, прежде чем пересечь пустыню Намиб, — пояснил Борис. — Покупают еду, напитки, бензин и сувениры, коммерсанты представляют свои товары — нечто вроде старомодных торговцев вразнос, только товары поинтереснее.

Магги очень хотелось постоять немного, поглазеть на высоких женщин племени хереро в ярких викторианских костюмах, на толкущихся под перечными деревьями африканцев, но Борису не терпелось отправиться на поиски драгоценностей, да и Карола довольно резко одернула ее, властно велев поторопиться и прекратить витать в облаках. Стефан расхохотался. Похоже, все замечания Каролы имели прямо противоположный эффект — вместо того, чтобы привлечь внимание к недостаткам Магги, они привлекали его внимание к самой девушке.

— Она и впрямь мечтательница, несмотря на практичную жилку. Откуда этот затуманенный взгляд, Магги? Ты заметил, Борис, какие прекрасные глаза у нашей малышки? — обратился он к своему дяде.

— Еще бы, — ответил Борис. — Чистый топаз, так ведь?

Карола не смогла скрыть своей ненависти, и смущенная всеобщим вниманием Магги поспешила с вопросом:

— А у Каролы какие?

— Лазуритовые. Даже крохотные золотистые крапинки имеются.

Но даже этот комплимент не смог успокоить Каролу, ведь его не Стефан сделал, а Борис. Девушка привыкла быть центром внимания, и неприкрытый интерес к другой откровенно коробил ее. В случае с Магги свежесть юности и живое восхищение окружающей обстановкой производили на мужчин не меньшее впечатление, чем зрелая красота ее компаньонки. Но сама девушка не отдавала себе в этом отчета. Она полагала, что мужчины просто очень добры к ней, ей нравилась их компания, и она с нетерпением ожидала продолжения поездки, несмотря на враждебность Каролы.

В гранильной мастерской Бориса и Ангуса встретили как старых друзей. Место и впрямь оказалось завораживающим, тут Карола была права. В горах Эронго вокруг Усакоса имелось много месторождений минералов, из которых изготовлялись украшения, популярные среди посещающих Южную Африку туристов. И почему эти камни называются полудрагоценными? Для Магги они были настоящим сокровищем, и после обработки некоторые действительно стоили недешево.

Чего только не находили в районе Усакоса: желтый, белый, дымчатый и серебристый топазы, берилл, зеленый, фиолетовый, красный, белый и черный турмалины, тигровый глаз, аквамарин, гелиодор. Представленная здесь коллекция потрясала воображение, все камни искусно отполированы. Борис выбрал себе несколько необработанных экземпляров.

— Гораздо интереснее искать прямо в горах, но у нас, к сожалению, очень мало времени. Мы обязательно должны предпринять вылазку за камнями, прежде чем Магги уедет домой, что скажешь, Стефан? Можно заодно и на бушменские рисунки посмотреть.

Стефан купил Магги браслет из тигрового глаза, а Кароле — из нешлифованного аметиста.

— Не такие красивые, как топаз или лазурит, но очень к вашим глазам подходят, — заверил он девушек.

Золотисто-желтый тигровый глаз и в самом деле светился тем же теплом, что и карие глаза Магги, а аметист отливал насыщенным фиолетовым.

Последняя часть их пути проходила через пустыню Намиб. Магги была наслышана об этом жутком месте и сильно удивилась, обнаружив, что на деле все не так ужасно, как она себе представляла. Перед ними раскинулся удивительный пейзаж, краски яркие, живые. Время от времени вдоль дороги мелькали выходы базальта и кварца, высокие песчаные дюны, справа неизменно возвышалась гора Спицкопдзе.

— Слушайте, вы же говорили, здесь нет воды, а там озеро! — встрепенулась Магги и тут же смутилась, услышав смех Стефана.

— Это всего лишь мираж, — пояснил он.

Озеро исчезло, но вскоре появилась целая цепочка озер, и в них даже горные вершины отражались! Просто поразительно!

Свакопмунд выглядел таким же нереальным.

— Красиво, но очень уж на картинку из фильма смахивает! — воскликнула Магги.

Городок очаровывал с первого взгляда, казалось, кто-то взял старинный немецкий город и поместил его сюда, в это экзотическое место, — с одной стороны к нему подбирается песчаная пустыня, с другой — омывают серые волны холодной Атлантики. Справа от железнодорожной ветки расположилось роскошное здание.

— Не хочешь остановиться в этом отеле, Магги? — спросил ее Стефан.

— Ну да, только вот я думала… — Разговор вроде бы шел о вилле. — Весьма живописное местечко, — поспешно вставила она, чтобы он не подумал, будто она капризничает. Мужчины разразились хохотом, и она потрясенно уставилась на них.

— Просто у Стефана приколы такие, — не без ехидства заметила Карола. — С бородой. Сколько можно, Стефан, я же просила тебя больше так не делать!

— Прости, Карола, дорогая моя, но шутка всегда срабатывает. Это местная тюрьма, — повернулся он к Магги. — Здорово, правда?

Они и в самом деле остановились на одной из крохотных миленьких вилл в старом немецком стиле, с зубцами и башенками. Благодаря высоким потолкам, толстым стенам и маленьким окошкам внутри царила живительная прохлада.

Хозяйничала здесь еще одна женщина хереро сестра Серафины, и слуга-африканец тоже имелся. Все было готово, и через несколько минут в просторных спальнях появились кувшины с горячей водой. Вскоре Стефан постучал в дверь Магги и, не ожидаясь ответа, крикнул:

— У тебя есть пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок, солнце мое. Я собираюсь показать тебе город.

Девушка решила надеть табачного цвета брючный костюмчик.

Стефан ждал ее в беленой гостиной. Один. Интересно, куда подевалась его возлюбленная?

— Карола унеслась к парикмахеру, — словно прочел ее мысли Стефан. — Говорит, что должна смыть с волос пыль пустыни Намиб.

Местечко немецкие колонисты создали поистине уникальное — настоящий курорт между пустыней и морем, даже в самые жаркие месяцы продуваемый прохладными атлантическими ветрами. Казалось, стоит присмотреться хорошенько, и за башенками и старинными, наполовину деревянными зданиями появятся покрытые снегом вершины долины Рейна.