Хельга Нортон - Прыжок в бездну

— Я думаю, что он просто не мог смириться с моим уходом. Для него я была не жена, а красивая вещь, которая доставляла ему удовольствие. Он гордился тем, что был хозяином этой вещи. А Дэниел относится к такому типу людей, которые добровольно с вещью не расстаются. Потеря ее вызывает у него массу отрицательных эмоций. А этого он не любит.

— И вы не хотели, чтобы он переживал?

— Я знаю, что это звучит глупо, но…

— Чанни, поверьте. То, что вы говорите, вовсе не глупость. Мне приходилось встречаться действительно с большой глупостью, даже граничащей с безумием. Знаете, навязчивая идея — явление довольно обычное. А вы, обладая красивой внешностью, хорошими манерами, могли способствовать превращению любви в навязчивую идею.

— Вот как. Значит не любовь, а навязчивая идея, и я — причина этого, — горько заметила Чандра.

— Не совсем так, но иногда любовь может принимать такую извращенную форму, — сказал Линк. — По всей вероятности, так произошло и в вашем случае.

— Значит, только на такую форму я могла рассчитывать, — пробормотала она. — Тогда мне следовало бы согласиться с тем планом, который он разработал. — Она несколько раз всхлипнула.

— Ну вот, теперь вы захныкали, — сказал Линк с легким упреком.

Она покраснела.

— Я знаю. Простите. Я чувствую себя беспомощной. Какая-то пустота внутри. Мне казалось… мне казалось, что этот человек по-настоящему любил меня.

— Знаете, Чанни, за свою жизнь я видел много разной гадости и бессмысленных смертей. Меня просто тошнит от мысли, что кто-то собирался вас убить. Слава богу, что этого не произошло. Вы его перехитрили. Теперь вы не позволите ему уйти от ответа.

Чандра с сомнением покачала головой.

— Что я могу сделать? Дэниел важная персона. «Лансинг Фармацевтикал» — крупная фирма, а он ее хозяин. Его уважают.

— Было несколько таких влиятельных людей, кого позднее строго наказали. Они не всесильны.

— Но он внушил своим коллегам, что я… не в себе, или в лучшем случае непредсказуема. В течение долгого времени он внушал им эту мысль. Он… — Она запнулась, представив весь ужас, все унижение, которое ей пришлось пережить, находясь с ним рядом. — Вы верите мне? — прошептала она, глядя на Линка. Она видела, что в ее словах он не сомневается. — Он непрестанно повторял, что я что-то сделала не так, хотя я этого не делала, будто я говорила какие-то нелепицы, а я их и не говорила вовсе. Убеждал меня, что с моей памятью что-то происходит. Обычно подобные разговоры велись в присутствии посторонних. И те люди смотрели на меня с жалостью. Иногда мне казалось, что я действительно спятила.

— О боже, Чанни.

— Теперь вы понимаете, что я ничего не могу предпринять? Никто мне не поверит.

— Я верю.

— Но вы… — Чандра посмотрела на Линка, стараясь подобрать нужные слова: «не такой», «особенный», «необыкновенный». Но даже эти слова были слишком слабыми, чтобы выразить то, что хотелось.

— Я, что?

— Не знаю, — медленно проговорила она. — Я не знаю, какой вы.

— Считайте меня тем, кто на вашей стороне.

— Вы действительно мне верите?

Он придвинулся к ней и взял за руку. Чандра почувствовала вновь поток теплоты, исходящей от него. Между ними словно возникла некая таинственная связь.

— Я вам верю, — твердо сказал он. — И помогу вам. Мы прижмем его, Чанни.

— Прижмете? Вы говорите так, будто вы полицейский или что-то в этом роде.

— Или что-то в этом роде, — подтвердил он.

Он долго, не отрываясь, смотрел на нее. В его взгляде светилось искреннее желание защитить ее.

— Теперь у меня нет секретов от вас. — Она улыбнулась, припоминая свое прежнее упрямство. — Как и нет секретов у этого человека. — Она кивнула в сторону фотографии, сделанной в Аннаполисе.

Он широко улыбнулся и глубоко вздохнул, освободив ее руку.

— Вроде бы нет. Кстати, через две минуты после торжественной церемонии этого человека окружили два капитана из ВРС.

— ВРС?

— Военно-морской разведывательной службы.

— А что это такое?

— В принципе это особая служба в военно-морском флоте, которая занимается криминальными расследованиями.

О боже! — подумала она. Значит, он и правда вроде полицейского?

— Почему же вас окружили?

— Они имели приказ пригласить меня в эту службу, — сказал он.

— Пригласить вас? Персонально?

— Из-за моего отца.

Она посмотрела на седого человека на фотографии.

— Почему?

— В ВРС он стал… вроде легенды.

— Вроде легенды? Он там работал?

— Да. Вот поэтому они и подошли ко мне. Считается, что талант передается по наследству.

— Должно быть, это было трудно. Иметь отношение к легенде…

— От меня ожидали даже больше, чем довелось сделать отцу. Если бы я не любил его, то мог запросто свихнуться от нагрузки. Потребовалось немало времени, чтобы доказать, что я это я, а не сын коммодора Риза.

Искренняя любовь, с которой он говорил об отце, вызвала у нее прилив нежности.

— Что ваш отец ожидал от вас?

— Чтобы я выжил.

— Я рада, что вам удалось это сделать.

— Мне это удалось, потому что на своем пути я встретил настоящих людей — таких, как Кон. Они-то и поддержали меня.

Чандра с сомнением покачала головой.

— А я в более сложной ситуации. Никто не поверит моим словам, если я расскажу все о Дэниеле.

— Сколько же времени вы были замужем?

— Кажется, целую вечность, — механически ответила она. Потом после минутного молчания добавила: — Восемь лет. Я вышла замуж, когда мне исполнилось девятнадцать.

— Да, вы прожили достаточно долго, находясь под его влиянием. Он внушил вам, что неприкасаем.

— Согласна, — ответила она уныло. — В отношении меня он действовал очень изощренно. Изо дня в день, устраивая вечеринки, обеды для нужных людей и знакомых, он методически повторял одно и то же. Убеждал их, что у меня неуравновешенный характер.

Она замолчала, погрузившись в грустные воспоминания.

— Я действительно рада, что вы согласны мне помочь, Линк, — наконец произнесла она. Она заметила, как он напрягся, когда она назвала его Линком. — Но самое лучшее, что вы можете сделать, это позволить мне уйти. Просто исчезнуть. Пусть Дэниел думает, что я утонула.

— Чандра!

— Мне кажется, я догадываюсь, о чем вы подумали. — Голос у нее предательски дрожал, она дышала глубоко и часто. — Я не могу показаться ему на глаза. Это выше моих сил.

Стараясь унять дрожь, она прижала руки к груди.

— Я уйду, скроюсь где-нибудь, уеду подальше от этих мест, — добавила она, не смея взглянуть на Линка. Голос у нее продолжал вибрировать. — Я постараюсь затаиться где-нибудь и начну все с нуля. Может быть… может быть, я сумею измениться, я научусь…