Лорин Батлер - Достучаться до небес

— Согласна со мной? Вот это удача! Мне, наверное, никогда не понять, что происходит в твоей голове.

— Ничего необычного. Но ты прав. Мне будет безопаснее с тобой, чем здесь одной.

— Слава богу, Жаклин, наконец-то ты призналась, что тебе нужна моя помощь.

— Да, Роналд, ты нужен мне.

Ее слова таили двойной смысл, но о чем подумала она, когда произносила их, Роналд не знал.

— Однако мне кажется, если какой-то негодяй захочет найти меня в Нью-Йорке, он легко сможет это сделать, — грустно заметила Жаклин.

— Кто знает мой адрес в Нью-Йорке?

— Кроме моего агента Кэрол, еще несколько моих подруг.

— Кто? Кто конкретно знает мой адрес?

— Я давала только номер телефона, а не адрес.

Роналда охватила настоящая паника, когда она начала перечислять всех, кому дала номер его телефона в Нью-Йорке. Именам, казалось, не будет конца.

12

Роналд с облегчением вздохнул, когда наконец-то их самолет приземлился в аэропорту Нью-Йорка. Несмотря ни на что, здесь Жаклин будет в большей безопасности, чем где бы то ни было. Ведь он приложит все усилия, чтобы всегда находиться рядом с ней.

Его «кадиллак» стоял там же, где он его и оставил. Роналд знал, что бросать дорогую машину в таком месте рискованно. Но вчера, когда им пришлось неожиданно улететь в Лос-Анджелес, он об этом не думал. Поэтому сейчас был доволен, что счастливо избежал и ночных воров, и штрафа за парковку в неположенном месте.

Да, действительно, за последние двадцать четыре часа с ним много чего произошло.

Пока он укладывал вещи в багажник, Жаклин направилась к телефонной будке, бросив через плечо, что ей надо сделать пару звонков.

Она принялась беззаботно болтать по телефону, рассказывая подругам о чем угодно, только не о своей поездке в Лос-Анджелес. Роналд не мешал ей, надеясь, что это отвлечет ее от грустных мыслей.

Поговорив с подругами, она позвонила своему агенту Кэрол и буквально после приветствия весело рассмеялась: видимо, агент рассказала ей какой-то анекдот.

Роналд терпеливо ждал примерно полчаса.

— Джекки, поехали, нам пора, — поторопил он ее наконец.

Когда они ехали в машине, Жаклин молчала. Для него было непривычно находиться рядом с ней и при этом не слышать ее болтовню, тем более она только что весело щебетала по телефону. Он предпочел бы спорить и ругаться с ней, чем видеть ее сумрачную замкнутость. Может быть, она переосмыслила события прошедшей ночи и теперь не хочет с ним разговаривать? Так или иначе, поведение Жаклин ставило его в тупик.

Он посмотрел на свою молчаливую спутницу. И встретил холодный, бесстрастный взгляд.

— Кстати, что сообщил тебе твой агент? — спросил Роналд небрежным тоном, чтобы прервать невыносимое для него молчание. — Какое-нибудь интересное предложение из Голливуда?

— Это было бы сейчас очень кстати. Но единственное, что она нашла для меня, это роль без слов. Я, естественно, отказалась.

— Почему?

Она тяжело вздохнула, явно давая понять, что отвечать ей не хочется. Но пересилила себя и покорно объяснила:

— Это шоу уже не пользуется успехом у зрителей и вряд ли нужно мне для карьеры.

И опять воцарилось долгое молчание.

— Тебя разве не интересует, куда мы едем? — спросил Роналд спустя минут двадцать.

— Нет, я знаю, куда мы едем.

— Неужели?

— Да. Мы едем в Парамос. Мама как-то говорила, что ты там купил несколько акров земли и недвижимость. Ну что, я права?

Он был доволен тем, что она при этих словах чуть улыбнулась. Ему хотелось видеть Жаклин счастливой.

— Так я права?

— Почти.

— Почему почти?

— Если я скажу, это не будет сюрпризом.

— А если не скажешь, то я выйду из машины на первом же светофоре!

Пустая угроза, потому что больше светофоров не предвиделось. Но привычное упрямство в ее тоне было для Роналда как бальзам на раны.

— Роналд, так ты наконец скажешь мне, какой готовишь сюрприз?

— Нет, иначе это уже не будет сюрпризом.

— Я требую, чтобы ты сказал, почему мы едем в Парамос!

Он усмехнулся:

— Вот это настоящая прежняя Джекки — напористая, темпераментная и упрямая…

Как бы он ни называл меня, он не скажет «любимая», с грустью подумала Жаклин. И глупо было надеяться, что когда-нибудь это произойдет. Винс может думать что угодно, но она-то знает, что Роналд не влюблен в нее.

Вот только она сама влюбилась в него по уши. После прошедшей ночи у Жаклин не осталось в этом сомнения. И не имеет значения то, что у нее прежде не было возлюбленных, с которыми она бы могла сравнить Роналда. Жаклин не сомневалась, что ни к одному другому мужчине она не будет испытывать подобных чувств. Она была рождена, чтобы любить Роналда. И умрет, храня в сердце любовь к нему. Только вот что ей делать с этой любовью?

Она знала, что, потеряв Роналда, потеряет многое, если не все. Свою невинность, свою гордость она уже бросила к ногам этого человека.

«У тебя осталась твоя независимость», — шептал ей внутренний голос. Но она хорошо знала Роналда. Он был слишком сильной и непреклонной личностью, чтобы можно было быть рядом с ним и оставаться независимой. А ведь, похоже, этот мужчина станет единственным в ее жизни. Так же, как Саймон в жизни Джины. Прошло пятнадцать лет со дня его смерти, а она так и хранит ему верность.

Мысль о том, что можно настолько сильно быть привязанной к другому человеку, ужаснула Жаклин. Но, похоже, судьба не оставила ей выбора. Они столько лет были друзьями, а теперь стали любовниками. Но Жаклин хотела быть для Роналда чем-то большим, нежели просто другом, просто возлюбленной…

— Эй, Джекки!