Люси Уокер - Незнакомец с севера

Джим первый нарушил молчание:

— Джерри, ты делала много разных дел на ранчо. Ты умеешь объезжать лошадей, загонять скот и выгонять его на пастбище, чинить изгородь, ты можешь даже приготовить вполне сносный обед на кухне в усадьбе. А у тебя была когда-нибудь команда в твоем подчинении?

Джерри сразу словно приросла к земле. Ну вот, началось, подумала она. Единственное, чего она не могла понять, — почему он говорит так тихо и спокойно.

— Нет, — ответила она. — Никогда. У нас раньше служил надсмотрщик.

— И он управлял своими людьми железной рукой и строгой дисциплиной?

— Да. Иначе бы они его не слушались.

— Вот именно. — Голос Джима стал суровее. — А ты должна уже понимать, как надсмотрщик или хозяин может выразить симпатию или сочувствие к тем, кто на него работает? Он делает все вместе с ними и никогда не прикажет им делать то, что сам он не может или не хочет делать. Он всегда скачет впереди и, если надо, загоняет самого дикого и опасного быка. И все знают, что он рискует жизнью, если промедлит хоть долю секунды.

— Да, наверное, вы правы, — сказала Джерри.

— А с другой стороны, он дает указания своим людям, и они ему беспрекословно подчиняются. Иначе он их увольняет тут же без разговоров.

— Вы о том, что я сделала сегодня утром? Джим, я знала то, чего вы не знали… Эти животные уже привыкли к человеческому обращению. Они были не опасны, они никого не затоптали бы.

— Это не имеет совершенно никакого значения. Я дал тебе приказание — как члену моей команды. Ты его нарушила.

— Если вы собираетесь читать мне нотацию, Джим, то я признаю вашу правоту. Да, я поступила неправильно. Больше такого не повторится. Простите.

Они помолчали несколько минут, и когда он заговорил, голос у него был все такой же тихий:

— Эта команда ковбоев, что сидят там сейчас у костра, Джерри, — самые опытные и надежные конюхи и самые отчаянные головы, я бы сказал, во всей стране. Если я хоть чуть ослаблю узду — они немедленно от меня сбегут.

Джерри негромко рассмеялась:

— Вы считаете, что из-за моего поступка они почувствовали в вас слабинку?

Она ощутила, как он весь напрягся.

— Если бы тебе сошло это с рук — да, думаю, почувствовали бы, — холодно ответил он. — Ты должна это понимать.

— Да, я понимаю, — кивнула Джерри.

— Ну тогда, думаю, мы все прояснили и не будем держать друг на друга обид, — сказал Джим и поднялся.

Джерри осталась сидеть на месте, не шелохнувшись.

— Кстати, — сказал Джим откуда-то свысока. — Тебе, может быть, интересно будет узнать, что сегодня днем Дэвид Ренделл добрался наконец до усадьбы. Когда мы с Биллом приехали, Лулу как раз кормила его ужином.

Джерри тут же повернулась к нему и радостно улыбнулась. Она видела только его черную тень на фоне мерцающего огонька костра в лагере, который горел чуть выше по берегу.

— А вы ему сказали… где мы? Вы возьмете его в нашу команду, Джим?

— Он сказал, что завтра будет отдыхать — устал за долгую дорогу.

Послышалось ей или в голосе Джима мелькнула насмешка? Она ведь знала — так же как и Джим, — что те люди у костра тоже приехали издалека; они прискакали в усадьбу поздно ночью и тем не менее встали на рассвете и отправились в долгий поход за убежавшим скотом.

— Дэвид другой, он не как эти ковбои, — стала защищать его Джерри. — Он изучает работу на ранчо для своей городской фирмы. Он не родился в седле, как эти…

— Да, конечно. Не переживай так, Джерри. С ним ничего не случится, хотя поработать ему придется как следует. А теперь, извини, мне надо возвращаться домой. Ренделл, по крайней мере, привез с собой почту, так что нам с Лулу надо будет сегодня вечером ее разобрать. Увидимся утром.

Больше не говоря ни слова, он ушел, и вскоре Джерри услышала ритмичный цокот копыт на дороге.

Волшебное очарование вечера было испорчено. Саймон уже сматывал удочки и бормотал что-то себе под нос. Люди у костра укладывались спать, и до Джерри доносилось звяканье жестяных мисок и кружек — это повар собирал их и складывал.

Наступало время ночного сна, природа засыпала, а Джим Конрад должен был скакать по ночной дороге еще пять миль обратно в поместье, а потом сидеть за бумагами в кабинете рядом с Лулу. Джерри живо представила эту трогательную сцену.

Ее мысли переключились на Дэвида Ренделла. Она не хотела чувствовать себя благодарной Джиму Конраду за то, что он снова взял к ним на ранчо Дэвида, но все равно не могла не отметить этого благородного поступка. Когда Дэвид будет здесь на ранчо, все вернется на круги своя. Они много времени проводили вместе: веселились, плавали в речке, играли в сквош на бетонной площадке перед гаражом.

Джерри разрешила Саймону немного покомандовать собой, когда они собирали рыболовные снасти, мыли ноги на берегу ручья и располагались на ночлег поодаль от ковбоев, которые уже крепко спали вокруг догорающего костра.

— Я лучше лягу между тобой и ребятами, — сказал Саймон, но Джерри заметила, что он разложил свой спальный мешок дальше, между ней и речкой. Едва растянувшись на одеяле, он немедленно заснул, словно выключили лампочку из сети.

Глава 6

Пять дней спустя Джерри вернулась вместе со всей командой домой в усадьбу.

— Сегодня отдыхаем, — коротко объявил Джим Конрад. — Завтра в пять утра всем быть у двери конторы.

Он обращался к ковбоям, но имел в виду и Джерри. Все пять дней он ничем не выделял ее среди остальных и только по вечерам перед тем, как она ложилась спать, приходил поговорить с ней.

Каждый вечер он один возвращался в усадьбу на грузовике Билла Седдона и потом, ближе к ночи приезжал верхом посмотреть, как идут дела в лагере. В эти минуты он и заводил с Джерри немного бессвязный, но всегда безличный разговор.

На Саймона он почти не обращал внимания, только иногда бросал ему: «Как дела, братишка?» Саймон отвечал ему так же лаконично, как завзятый ковбой:

— Отлично, спасибо.

Как-то Джим спросил его:

— Ты тут приглядываешь за Джерри?

На что Саймон ответил:

— Глаз с нее не спускаю. Она вообще неплохо держится… для девчонки.

Джерри изобразила возмущение:

— Единственная девчонка на твоем горизонте, Саймон, пытается научить тебя говорить по-английски как воспитанного мальчика и читать книги, чтобы ты не засыпал на полстранице.

— Да ну… эти книги! — поморщился Саймон.

— Ах вот как? — сказал Джим. — Так ты еще и учишься прямо в поле?

— Каждый чертов вечер по полчаса, — с измученным видом произнес Саймон.

— Не говори «чертов», — выговорила ему Джерри. — И произноси слова четче, не проглатывай буквы.