Черил Кушнер - Созданы друг для друга

— Где Эми?

Делайла попыталась обойти Ника, но тот уперся руками в дверь, преградив ей дорогу.

— Она наверху, ждет нас, чтобы открыть последний подарок.

— Мама! Иди скорее! Как красиво!

Делайла заторопилась наверх. Ник поспешил за ней.

— Мама, ты видела? Ты видела, что Ник подарил мне на день рождения? — Эми потащила Делайлу за руку к себе в спальню.

Около окна стоял кукольный дом в викторианском стиле, высотой почти с Эми. Делайла провела рукой по крыше дома и убедилась, что это настоящая кровля. Сам дом был деревянным, крашенным кремово-желтой краской. По фасаду дома располагалось пять прямоугольных окон, по обе стороны красной входной двери находилось по большому квадратному окну. У дома было крыльцо с белыми деревянными перилами и пятью каменными ступеньками, доходившими до земли.

Делайла зашла с задней стороны дома и увидела, что внутри он разделен на два этажа, на верхнем этаже было три комнаты, на нижнем целых четыре. Каждая комната была красиво обставлена.

— Ну разве не замечательно?

Голос Эми был полон того благоговейного трепета, какой может ощутить только пятилетний ребенок.

— А это что? — поинтересовалась Эми, указывая на серебряный сверток, перевязанный красной лентой, который чуть выглядывал из-под ее кровати.

На карточке было написано: «Дорогая Эми, пожалуйста, размести нас в нашем новом доме».

Эми схватила сверток, сорвала ленту и бумагу и протянула Делайле коробку, чтобы та ее открыла.

— Открой ты, мамочка.

Делайла открыла коробку. Там лежали шесть предметов, каждый из которых был завернут в тонкую ткань. Она взяла один из них и протянула Эми. Девочка освободила его от упаковки и обнаружила куклу с рыжими волосами.

— Она похожа на тебя, мамочка.

Эми торопливо развернула остальные. Это были члены одной семьи — одна фигурка явно изображала отца, другая маленькую девочку, третья — младенца. Там были даже собака и кошка.

— Это кукла-папа, — сказала Эми. — Я назову его Ником. А это я.

Она посадила куклу-дочку на диван рядом с куклой-папой, потянулась за куклой с рыжими волосами и тоже посадила ее рядом с куклой-папой.

Делайла молча смотрела, как Эми взяла куклу-младенца и аккуратно положила ее на руки кукле-маме.

— Это семья, — объявила Эми.

Делайла молча вышла из спальни, столкнувшись с Ником, стоявшим в дверях.

— Эми начинает думать о нас как о семье, — тихо произнес он, когда они спускались по лестнице.

Даже если Ник и заметил ее нерешительность, когда она задержалась на нижней ступеньке, он не подал виду. Они вышли на крыльцо.

Ник присел на ступеньки рядом с Делайлой.

— Мне нужна моя дочь, Делайла. Я хочу обеспечивать ее будущее, заботиться о ней, хочу, чтобы она была со мной.

Слова Ника ранили Делайлу в самое сердце.

— Так что, мы поделим ее пополам, тебе правую половинку, а мне левую? — В ее словах звучала горечь.

— Ты меня не поняла. Есть мои отношения с Эми. И есть мои отношения с матерью Эми. Мы можем сделать их настолько законными, насколько ты этого захочешь. Тебя устроит брак? Я согласен рискнуть, я справлюсь. Не знаю, что из этого получится, но мы будем поровну делить ответственность за Эми.

Брак. Ник предлагал ей то, чего она хотела. Но Делайле не нужен был брак с Ником ради Эми. Замуж за Ника она вышла бы, только если бы была уверена в его чувствах к ней, Делайле. Сейчас же его предложение было вызвано беспокойством об Эми.

— Мне казалось, мы решили продолжить этот разговор после того, как разрешатся все сомнения насчет твоего отцовства.

Ник был удивлен. Он поднял бровь.

— Результаты анализа будут известны на следующей неделе. К тому времени я переберусь в Фултон-Фоллз.

— А как же твоя юридическая практика? И твоя жизнь в Лос-Анджелесе? Из того, что ты говорил вчера, я заключила, что тебе не так-то просто отказаться от всего этого.

— Я могу заниматься юридической практикой и здесь, и в Калифорнии, если получу лицензию в Огайо. Эван предложил мне партнерство, и я смогу держать контору в Лос-Анджелесе. Но, честно говоря, меня перестали интересовать дела, которые тут же попадают на первые полосы и не имеют ничего общего с правосудием. Пребывание здесь с Эми внесет в мою жизнь стабильность.

— Кто мне почитает?

Эми, одетая в пижаму, стояла на крыльце. В руках у нее была «Семья Эми».

— Ник, эта честь предоставляется тебе. К концу недели ты сможешь читать книгу даже не переворачивая страниц.

Ник встал, и они с Эми стали подниматься по лестнице. На полпути Эми взяла его за руку. Ее руке было уютно и тепло в его руке. Нику совсем не хотелось ее отпускать.

— Садись сюда, Ник.

Эми забралась в постель и показала ему на место рядом с собой. Затем она скинула тапочки на пол.

— Только сначала сними ботинки. Мама говорит, что это обязательно.

Нику вдруг очень захотелось… Больше, чем он мог когда-либо себе представить, ему захотелось, чтобы эта маленькая девочка называла его папой. Ник поправил одеяло и сел на кровать рядом с ней. Эми прижалась к нему.

Он начал читать.

— «Эми жила в большом белом доме с мамой, папой и младшим братиком…»

Делайла стояла за полуоткрытой дверью и слушала, как Ник дочитывает сказку. Ей очень хотелось присоединиться к ним. Она сказала своей матери, что Ник заслуживает общения с Эми. Но она не могла удержаться от того, чтобы не подглядывать за ними, стараясь оставаться при этом незамеченной.

— Ник, если я тебе скажу, что я пожелала, когда задувала свечки на торте, это все равно сбудется? — спросила Эми.

Делайла не расслышала ответа Ника, но она ясно услышала то, что сказала Эми:

— Я пожелала, чтобы ты был моим папой.

Глава 8

— Не понимаю, зачем ждать результатов анализа. Давай скажем Эми, что я ее отец.

Ник вышел на крыльцо и присел рядом с Делайлой. Она вздрогнула. Ник обнял ее за плечи.

Делайлу не удивило его предложение. Она его ожидала, особенно после того, что заявила Эми всего несколько минут назад. И хотя Делайла считала, что следует подождать, она понимала нетерпение Ника.

Он хотел признать Эми своей дочерью.

Он собирался жениться на Делайле, чтобы получить то, чего хотел.

— Я думаю, все-таки лучше будет подождать результатов анализа.

Ник потянул ее на задний двор к качелям, свисавшим с огромного дуба. Пользоваться ими мог и взрослый. У Делайлы участился пульс. Ее сердце глухо упало. Она схватилась за веревки как за соломинку, за которую хватается утопающий, и опустилась на деревянное сиденье. Ник стал раскачивать ее.