Джудит Макуильямс - С чужим ребенком

Джинни взглянула на него. Он, оказывается, уже повесил трубку, а она и не заметила.

Она отступила:

— Пыталась помочь тебе расслабиться.

— Я знаю способ получше, — сказал Филип, пристально глядя на нее.

Джинни не хотелось показать свое смущение. В конце концов, она не маленькая глупышка, которую любой намек может привести в замешательство. А ну-ка, Джинни Элтон, возьми себя в руки! Она отвела глаза, и ее взгляд упал на сверток. Вот спасение!

— Я купила тебе кое-что в подарок, — и она протянула сверток ему.

— Подарок? Мне? — несколько неуверенно переспросил Филип.

Он развернул его и достал ярко-розовый купальник.

— Это купальник, — сочла нужным пояснить Джинни.

Филип задумчиво посмотрел на нее. К удивлению Джинни, он совсем не разозлился, скорее был заинтригован.

— Спасибо, — сказал он. — Придется взять тебя с собой на пляж, увидишь, как я буду в нем смотреться.

Неужели он действительно собирается надеть его на пляже? Вообще-то нежелательно. Филип в этом костюме — ее собственная причуда, и делиться ею с другими женщинами Джинни не собиралась.

— Ты еще не сказала мне, сколько заплатила за платье.

Джинни уже приготовилась к очередной конфронтации, но тут вошла Лидия и сообщила:

— Обед готов.

— Идем, — заторопилась Джинни и первой выскочила из комнаты.

Трапеза прошла в полном молчании, каждый был слишком занят своими мыслями. Джинни не могла отделаться от необычайно притягательной картины: Филип в розовом купальнике на краю бассейна, на фоне бирюзовой воды. Лидия всеми помыслами была уже на выставке, наверняка в обществе мистера Морриса. А о чем думал Филип, Джинни не могла догадаться, как ни старалась. Его лицо было совершенно непроницаемо.

После обеда Филип уселся в кресло с журналом, а Джинни вернулась в детскую покормить Дэймона. Лидия шла за ней в страшном волнении:

— Почему он не уходит?

— Не переживай, еще слишком рано, подождем.

Но прошел час, Филип отложил журнал и взял газету. Лидия не находила себе места. Наконец он встал:

— Я буду в кабинете.

Выражение полнейшего отчаяния появилось на лице Лидии:

— Господи, Джинни, он вообще не собирается уходить!

Джинни пожала плечами:

— Мы же не дети, мы взрослые женщины. Вовсе не обязательно все докладывать Филипу. Мы просто уйдем, а ему ничего не скажем.

— Ему это не понравится, — с сомнением прошептала Лидия.

— Наверняка, — согласилась Джинни. — Но сделать он уже ничего не сможет.

— Ты уверена? — опасливо спросила Лидия.

Джинни даже рассмеялась.

— Ну же, Лидия, не будь глупышкой. В Афинах тысячи мест, куда можно отправиться вечером, откуда ему знать, где мы можем быть.

Но Лидия все еще сомневалась:

— А что, если…

Джинни нетерпеливо оборвала ее:

— Даже если он и обнаружит нас, ничего страшного не произойдет. Он все-таки цивилизованный человек, которому очень дорога честь семьи. Не набросится же он на тебя с криками прямо на выставке!

— Насколько я его знаю, вполне может.

Джинни потеряла всякое терпение. Кто тут рвется на встречу со Стюардом Моррисом, она или Лидия?

— Ну что ж, если ты считаешь, что у нас нет выхода, давай останемся дома.

Расчет был верный. Лидия решительно тряхнула головой:

— Идем.

Джинни взяла сумочку, проверила, есть ли в ней деньги, и вышла из квартиры вслед за Лидией через черный ход. Как викторианские горничные, убегающие на свидание с соседским лакеем тайком от хозяев. Джинни была не в восторге от этого бегства. Но зато Филип не сможет им помешать.

Глава седьмая

— Прекрати оглядываться, — прошептала Джинни, когда они с Лидией вошли в галерею. — Люди подумают, что мы сбежали откуда-нибудь.

— А разве не так? Я… — Лидия вдруг сильно побледнела, увидев что-то за спиной Джинни.

— Что случилось? — спросила Джинни. Лидия только судорожно вздохнула.

— Твой художник?

Лидия кивнула и нервно поправила волосы:

— Джинни, он идет к нам!

— Прекрасно, — подбодрила ее Джинни. — Мы ведь за этим и пришли сюда. Чтобы увидеть его.

— Но я не знаю, хочу ли я, чтобы он увидел меня…

— Господи, Лидия, это и в самом деле ты! — произнес мужской голос.

Джинни с любопытством обернулась. Позади нее стоял худощавый сутуловатый мужчина, ростом, пожалуй, чуточку пониже Лидии, с небольшой бородкой. Так это и есть художник Лидии, предмет ее романтических грез! Джинни с изумлением разглядывала его. Вот уж правду говорят: любовь слепа.

Джинни перевела взгляд на застывшее лицо Лидии. Воцарилось молчание. Джинни сосчитала до десяти, потом решила помочь.

— Насколько я понимаю, это всё ваши работы?

Стюард Моррис неуверенно огляделся вокруг, потом посмотрел на Джинни, словно не понимая, о чем она говорит.

— Я Джинни Элтон. Мы с Лидией пришли вместе.

Стюард взял протянутую руку Джинни и нерешительно пожал.

— Джинни… подруга моего брата, — наконец сказала Лидия. — Она очень интересуется искусством.

Джинни подумала, что, пожалуй, лучше обсуждать проблемы искусства, чем отношения с братом Лидии, и продолжила светскую беседу.

— Вот в этой картине вам очень хорошо удалось передать зеленоватый оттенок моря, — она указала на одно из полотен.

— О да, — с гордостью заявила Лидия, — Стюард тут использовал довольно сложную технику.

Даже если бы Лидия сама написала эти картины, она не могла бы выглядеть счастливее.

Стюард покраснел и благодарно улыбнулся. Лидия покраснела в ответ.

Джинни внезапно ощутила себя древней старухой в окружении влюбленных внуков. Лидия старше ее, у нее трое детей, но ведет она себя иногда, как шестнадцатилетняя девочка.

— Мне хотелось бы показать тебе несколько наиболее удачных картин. Я очень надеюсь, что они тебе понравятся, — сказал Стюард Лидии.

— Спасибо, — Лидия взяла его под руку, и они, забыв о существовании Джинни, вышли из зала.

Она смотрела им вслед, начиная сомневаться в удачности этой затеи. Может быть, не стоило подбадривать Лидию, вот теперь она совсем потеряла голову, да и Стюард, видимо, тоже.

— Похоже, Лидия очень хорошо знакома с мистером Моррисом.

Джинни обернулась. Молодая женщина, одетая по последней моде, обращалась к ней.

— Стюард Моррис просто друг.

Хищное выражение на лице женщины очень не понравилось Джинни.

— Но Лидия вдова, — осуждающе сказала ее собеседница, вертя в руках маленькую изящную сумочку.

Джинни вскинула брови.

— Вы придерживаетесь тех же оригинальных взглядов, что когда-то бытовали в Индии? Что женщина должна броситься в погребальный костер своего мужа?