Розали Эш - Хрупкий брак

— Со стороны Макса никого. Кто-то есть по линии матери. В Англии.

— Значит… Зои будет жить с ними?

— Нет, если в мире есть хоть какая-то справедливость. — В голосе Джоша послышались злые нотки. — Макс был весьма неважного мнения об этих родственничках своей жены.

— Множество людей недолюбливают родственников своего партнера, — начала рассудительно Энни. — Но это не означает…

— Это семья старшего брата умершей жены Макса, — пожав плечами, сказал Джош. — Они принадлежат к очень строгой религиозной секте и отличаются весьма странными понятиями о воспитании детей. Жена Макса держалась от них подальше, но с тех пор, как она умерла, они постоянно вмешивались в жизнь Макса, критиковали воспитание Зои… — Джош замолчал, затем добавил хрипло: — Я видел Макса в больнице незадолго до его смерти. Он просил меня не отдавать Зои им…

— А как ее крестный отец ты имеешь право это сделать?

— Он назначил меня ее официальным опекуном.

— Но это же создает для тебя множество проблем, не так ли? Я имею в виду, ты же не работаешь где-нибудь в офисе с девяти до пяти каждый день, правда?

Джош глубоко вздохнул и откинулся в кресле, бросив измученный взгляд на сидящую напротив девушку.

— Я благодарен тебе за твой вывод, Энни, но мне еще предстоит как следует подумать на эту тему. Ты не против, если мы поговорим о чем-нибудь другом?

Она нервно сглотнула и кивнула:

— Разумеется. Прости, я вовсе не собиралась вмешиваться. Это не мое дело…

В глубине виллы зазвонил телефон. Джош встал и пошел ответить на звонок. Энни услышала, как он сказал: «Привет, Вероника…»

Она сидела неподвижно, пытаясь разобраться в дикой смеси эмоций. Энни старалась выбросить из головы мысли о рыжеволосой красавице-журналистке. «Прибереги свои переживания для кого-нибудь еще», — уговаривала она себя. Там, далеко, за синим горизонтом, был другой мир — мир войны и смерти, мир, который оставил Зои сиротой. Как же она может переживать из-за бывшей подружки Джоша?

Энни резко встала и подошла к краю террасы. Вдалеке по морю неслось судно на подводных крыльях «Летающий дельфин». В оливах, покрывающих склон холма, звенели цикады. Война и трагедия, казалось, были очень далеко, и представить их было почти невозможно.

Услышав, что Джош вернулся, она постаралась взять себя в руки и улыбнуться ему самой беспечной улыбкой. Если он не заговорит сам об этом телефонном звонке, то и она промолчит.

— Ты сказал, что вопрос о будущем Зои на сегодня закрывается, — наконец нарушила Энни молчание. — Тогда… о чем мы будем говорить?

— Как насчет того, чтобы обсудить нашу последнюю встречу у тебя дома? — тихо предложил Джош.

— Нет… лучше не надо, — сказала она быстро. — Насколько я понимаю, все позабыто…

— Только не мной, — твердо сказал он. Встал, облокотился на перила и посмотрел на нее изучающим взглядом. — Если ты думаешь, что я собираюсь закрыть глаза на подобное совпадение, то ты не в своем уме.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что мы встретились здесь, — терпеливо объяснил он. — Совпадение. Счастливое.

— Ты так считаешь?

— Если надеешься, что я упущу такой шанс наладить наши отношения, — мягко сказал он, — то ты меня недооцениваешь.

— Скажи-ка мне, Джош, как именно ты собираешься налаживать наши отношения?

— Может быть, при помощи извинения? — негромко сказал он. — Я здорово все испортил тем вечером. Я вел себя как сексуально озабоченный идиот. Но ты сводишь меня с ума, и это единственное мое оправдание. Я зашел слишком далеко, как говорится…

— Джош…

— Просто выслушай меня. Я сейчас в настроении исповедоваться, но постараюсь быть кратким. — Его взгляд был полон горькой насмешки над собой. — Клянусь тебе, что ничего не планировал заранее. Я никогда не считал, что ты легкодоступна, если у тебя сложилось такое обо мне впечатление, и единственное, что было у меня в мыслях в тот момент, так это то, что я безумно хотел заняться с тобой любовью…

— Вот как? — сказала она сдавленным голосом.

— А что до той истории с Фениксом, она меня порядком раздражала, я не очень-то верил, что между вами ничего не было…

Она почувствовала, что ее вновь бросает то в жар, то в холод.

— Джош, я не хочу больше об этом говорить.

— Ты можешь считать меня циником и слишком подозрительным человеком. Да, я такой. Я всегда ожидаю от человека худшее, пока мне не докажут обратное. — Он невесело усмехнулся, наблюдая за отразившейся на ее лице внутренней борьбой чувств. — Я обнажаю свою душу, неужели ты можешь остаться к этому равнодушной?

Слезы защипали ее глаза, и в горле встал комок. Джош был честен, он открывал свое сердце… но мрачная картина, увиденная ею, заставила ее сердце болезненно сжаться. Потребность придвинуться ближе к нему и обнять его стала ошеломляющей. Однако гордость удержала ее на месте. Главная проблема Джоша заключалась в том, что он не верил женщинам. Разумеется, она не смогла бы спасти его от жизни, полной цинизма, так как в свою очередь и сама особо не доверяла мужчинам в сердечных вопросах.

— Я не просила тебя открывать мне душу, — с трудом произнесла она.

— Я знаю. Ты слишком милая, чтобы просить мужчину это делать.

Энни с трудом выдавила из себя улыбку.

— Я вовсе не милая, — сказала она натянуто. — И если уж на то пошло, то в отношениях с противоположным полом я, наверное, похожа на тебя…

— Тогда подумай, что еще может у нас быть общего, — поддразнил он ее невесело.

— Говоря о том вечере… — продолжала она, игнорируя его слова, — забудь об этом, Джош. Я… я виновата не меньше тебя. А ты… просто вел себя как нормальный мужчина. Считай, что я тебя простила и забыла обо всем.

— «Нормальный мужчина»? — усмехнулся он. — Ну, раз у тебя сложилось столь низкое мнение обо мне и о мужчинах в целом, Энни, я, пожалуй, буду вести себя именно так, как ты вправе ожидать…

И, к ее ужасу, он обхватил ее лицо ладонями и поцеловал.

Прикосновение его губ показалось Энни словно пронизанным электричеством. Она не могла ни двигаться, ни дышать. Дрожь сотрясла все ее тело. Он медленно поднял голову и в напряженном молчании взглянул в ее лицо. Если он поймет, что делает с ней, подумала она в отчаянии, то она пропала…

— Не впадай снова в панику, — сказал он хрипло. — Я не буду пытаться взять тебя силой. На этот раз я буду ждать твоего приглашения, Энни, но имей в виду, что я хочу тебя. И может быть, у меня слишком богатое воображение, но мне кажется, что и ты меня хочешь.

Он поцеловал ее снова с такой нежной жадностью, что ее голова закружилась. И, к своему все возрастающему отчаянию, она закрыла глаза и поцеловала его в ответ, жарко и страстно, будучи уже не в силах себя сдерживать…