Ураган По Имени Женя - Виктория Осадчая

меня. Проблема в том, что он больше, и залезть в задний карман, не потеревшись о его полуголое тельце просто не возможно. И снова, как дура ведусь на провокации.

Поматцала одну ягодицу. Ничего. Что и требовалось доказать. Зато смогла снова вспомнить, как Брук умопомрачительно пахнет. Это было ощутимо даже на той дистанции, на которой я старалась держаться. Так, можно продолжить поиски. Второй карман. И конечно, я прижимаюсь к нему, чувствуя бешенный поток крови в организме. Пальцы находят, наконец, то, что я искала, и я буквально отскакиваю от мужчины на безопасное расстояние.

— Извращенец.

— Зато я дождался того, что ты меня обняла.

— Я же говорю, что ты извращенец.

Но если честно, уходила я от него с улыбкой. Не думала, что меня эта ситуация будет забавлять. Неужели я выглядела так же глупо, как Диана несколько минут назад?

На следующий день, завершив все дела на работе, сдав материал о подготовке команды к каникулам, которые как всегда пройдут из-за предстоящего «Матча Звёзд». И о том, как наши двое игроков, включая Брука, который попал на МЗ по общему голосованию, проводимых в интернете, готовятся к предстоящему событию. В рейтинге по забитым шайбам в КХЛ он входил в пятерку, что не могло быть не замечено. Следовательно, что после небольших новогодних каникул, мне предстоит направиться в Казахстан. Никогда там прежде не была, но уже предвкушал это.

Денис ждал меня на стоянке у садика. Так как моя «ласточка» всё ещё не выздоровела, то пришлось добираться на такси. Не в общественном же транспорте трястись.

— Дождался, наконец!

— А что не заходишь? — поинтересовалась я, не сбавляя скорости, направилась к входу.

— И что я скажу? Здрасьте, я папа Вари?

— Вообще-то, тебе это и предстоит сделать.

— А как же твоя безупречная репутация, которая не измазана романами с хоккеистами?

— Ты ее уже подпортил. А по сети гуляют слухи на счёт твоего отцовства. Так что недельку посмакуют, антураж пройдет и нас оставят в покое. Нам, конечно, косточки перемоют, зато Варю трогать не будут.

В помещении было тепло. В самой группе царила атмосфера веселья. Многие из родителей были нашими сверстниками, поэтому такие мероприятия чаще перерастали в попойки или вечеринки.

— О, Женёк! Как раз во время. Твое любимое, — Борисюк засунула мне в руки ножницы с белой бумагой, — снежинки.

А потом очнулась, глядя за мою спину, где возвышался гордый и бородатый Брук.

Папаши тоже опешили. И если женская половина от вида привлекательного мужика, то большая часть мужской узнала в нем «того самого».

— Это же!…- в общем, кто это был все прекрасно знали, поэтому на двадцать минут, пока продолжалась фотосессия, работа встала.

— А он каким боком? — поинтересовалась та же самая Борисюк, пока ее муж скакал возле Дениса козликом.

— Здрасьте, а ты думаешь я Варю родила как Мария Магдалена от непорочного зачатия? Это только в сказках ребёнок появляется из горошин, капель крови и отрубленных пальцев. В жизни процесс более сложный и приятный. Ой, тебе-то не знать. Сама мать двоих.

— Нихрена себе! И где он был все эти годы? — спросила ещё одна любопытная.

— Как где? Играл в Канаде. Вот вернулся и вступил в свои отцовские обязанности. Был ИО, а сегодня, считай, инаугурация.

Вопросы постепенно исчезали, а Брук вливался в новую роль, подвешивая мишуру, помогая с украшением окон. Кстати, рисовал, как оказалось, он очень неплохо. Жаль, у меня не было таких способностей.

— Слушай, а ты билеты на игру можешь достать? — услышала я краем уха просьбу одного из папаш.

— Господи, у тебя трехсот рублей на билет не найдется? — закатила я глаза.

— Не скажи, Жень. Тут дело не в деньгах. Я просто мечтал когда-нибудь иметь знакомого, который мог бы мне достать что-нибудь по блату, — отрапортовал он.

— Не обращайте внимание, — махнула рукой его супруга, — этот пункт, видимо, тоже нужно внести в список «Успей до пятидесяти».

— Так все запушено? — вздернула я бровь.

— Тусь, ну что ты мелешь? — возразил ее супруг.

— Если нужно достать билеты, чтобы вы не поругались, я это сделаю, — почему-то Брук посмеивался.

— Бессердечный, — хмыкнула я тихо, когда конфликт был улажен, и мы приступили к работе, которая двигалась уже под пиццу и вино. Ну, нужна же родителям мотивация после рабочего дня.

— У мужика кризис среднего возраста что ли начинается?

— Подожди, тебя тоже скоро это ждёт, — нацелила я в него палец, совершенно забыв, что этого он не любит. В этот момент на моем лице оказалась гуашь. — Брук, гад! — хотелось и возмущаться и смеяться одновременно. И эта шутка переросла в небольшую баталию, где мы с ним стали главными участниками. Не знаю, но я почему-то чувствовала себя очень комфортно рядом с ним. И как бы я не сопротивлялась, и не утверждала, что смогла его забыть, нифига подобного. Самовнушение, конечно, вещь хорошая, но нас тянуло друг к другу словно магнитом. И этого я изменить не могла.

* * *

«— Как ты вообще мог это понять?

— Ну, как же? Сердце сильно-сильно бьётся. И то в жар бросает, то в холод. И дыхание прерывается. И…

— Ну и при чем здесь любовь? Это, возможно, ГРИПП или ОРЗ.

— Подожди ты! Мне ещё петь и танцевать хочется.

— Это как раз ничего не доказывает…»

Или все же доказывает? Как, порой, бывают глупы влюбленные. И это не только про Ивана из мультфильма «Иван Царевич и Серый Волк».

Я всегда гордилась тем, что не нахожусь в одном ряду с теми девицами, у которых на уме одни парни. Если ещё две недели назад я радовалась тому, что поеду на международную студенческую конференцию, и активно лопатила интернет, библиотеки и тормошил преподавателей, чтобы подготовить достойный доклад, который впоследствии станет моей курсовой работой, то сейчас я приходила в ужас от того что мне на целых три дня придётся ехать в другую страну. Я боялась. И причём боялась не того, что мне придется выступать перед всеми этими умникам и, я свято верила в то, что говорю и могла всегда отстоять свою точку зрения. Пугал меня тот факт, что придётся эти несколько дней быть без Брука, ведь как оказалось, он вполне мог вызвать зависимость.

— У вас всё серьезно? — поинтересовалась Рая, когда я кропила над окончанием доклада. Она тоже появилась в нашей комнате как и я, только после праздников.

— А разве может быть что-то серьезное с человеком, если он уезжает из страны?

— Охмури его, езжай с ним, — как бы между делом заявил Райка таким тоном, словно это