Горячий кекс для пышки - Ольга Росс

В его ладонях лежал идеально пропеченный румяный кекс, а сверху, на кремовой шапочке алела, как капля крови, сочная вишенка.

Мой желудок заурчал, выдав меня с головой. Вспомнился несъеденный салат и только одно крошечное безе облачко за целый день, которым он же и угостил… Слюна наполнила рот, я сглотнула, пытаясь отвести взгляд, но кекс был очень притягателен.

— Может, чай попьем? — почти заботливо спросил босс и кивнул на маленький столик в углу, где стоял фарфоровый сервиз. — Так дегустация пройдет более правильней.

Все еще не в силах вымолвить ни слова, я молча кивнула. В пекарне было невыносимо жарко и я, не подумав о последствиях, торопливо стянула куртку и бросила ее на стул. Оставшись в своем сильно открытом желтом платье, с довольно глубоким вырезом, я тут же почувствовала его изучающий, тяжелый взгляд.

Он скользнул по линии шеи, и уставился на мою грудь, а я, чтобы скрыть смущение, судорожно схватила кекс и откусила огромный кусок. От наслаждения, я прикрыла глаза, вкус был просто божественный.

Сначала я ощутила на языке горьковатую сладость темного шоколада, потом кислинку вишни, затем хруст ореховой крошки, и… финал. Я поняла, что он положил в кекс щепотку перца чили, которая обожгла язык и разлилась по телу волной жара, заставляя бежать быстрее кровь.

— Ну? — его голос прозвучал прямо над ухом.

Я аж подпрыгнула, не заметив как он подошел.

— Восхитительно. — прошептала я. — Прямо… греет изнутри.

— Это и была цель. — тихо произнес он. Его палец коснулся моей губы и я замерла, распахнув глаза. — Ты испачкалась.

Он стер каплю крема, но не остановился и медленно, с невозмутимым видом спустился ниже, скользнул по подбородку, по шее… и остановился на ключице, задержавшись в ямочке, но так и не сводя с моей груди горящего взгляда.

Я перестала дышать, все мое тело напряглось.

— Такая мягкая. — прошептал босс. — И такая голодная. Я видел, как ты смотрела на этот кекс… и как смотришь на меня.

Его рука скользнула с ключицы… Большая, горячая ладонь легла на обнаженное плечо и принялась медленно, почти гипнотически тереть кожу. Потом его пальцы двинулись дальше, к вырезу платья. Я издала какой-то жалкий, задыхающийся звук, то ли протестующий, то ли наоборот поощряющий.

— Арсений Константинович… мы не должны… — выдохнула я.

— Должны. — перебил он властно, и его рука, легла на оголенную, горящую кожу чуть выше груди. — Мы обязаны довести дегустацию до конца. Я ненавижу незавершенные процессы.

Его пальцы сжали мою талию, притягивая к себе, ладонь наконец скользнула под ткань моего платья и впилась в плоть. Я уперлась ладонями в его грудь, чувствуя как в мое тело, через тонкое платье упирается его твердый, возбужденный член.

— Я тебя с первого дня хочу, как ты пришла. — прорычал босс прямо в губы. Вторую руку он запустил мне в волосы и откинул мою голову назад, вынуждая смотреть ему в глаза. В его взгляде уже не было насмешки, лишь страсть и желание. — Ты ходишь по моей кухне, вся такая запретная и смотришь на меня глазами испуганной кошечки, которая хочет, чтобы ее приласкали.

И прежде чем я успела что-то сказать, его губы властно накрыли мои, язык, со вкусом “Кекса страсти”, заставил мой рот открыться, глубоко вошел внутрь и я, застонав ответила, забыв про все на свете.

Мои руки сами обвили его шею и вцепились в волосы. Я пыталась устоять на ногах, колени подкашивались и когда он оторвался от меня, тяжело дыша, его глаза уже полыхали.

— Вот так лучше. — выдохнул он, его руки скользнули ниже, обхватили мои ягодицы, сжали их и прижали меня к своим бедрам так плотно, что у меня перехватило дыхание. — Ты свела меня с ума. Мне хотелось при всех утащить тебя, когда ты открывала свой ротик и дегустировала мои новинки.

Мужчина вновь впился в мой рот и одним движением буквально подхватил меня на руки, легко подкинув на себя мой тяжелый вес. Я вскрикнула, когда он оторвал меня от пола и обвивала его бедра ногами.

Не выпуская моих губ из своих, он понес меня через пекарню, толкнул плечом дверь в свой кабинет и шагнул в полумрак, залитый светом уличных фонарей из огромного окна.

— Я хочу тебя. Прямо сейчас. — прошептал он, ставя меня на пол и торопливо скидывая с себя фартук. — Раздевайся.

Глава 3

Мое сердце громко колотилось, смешивая страх с возбуждением.

“Какая же я дура! Надо бежать отсюда пока не поздно!” Но ноги не слушались, они будто вросли в пол. Я же не хотела этого. Я дала себе слово, что после своего бывшего никаких мужчин, никаких мимолетных связей. Только работа. Только моя мечта стать настоящим кондитером.

Сначала в отношениях с бывшим у нас был конфетно-букетный период, а закончился он беспочвенными унизительными сценами ревности и его изменой. А ведь все начиналось так сладко. А теперь я стою в кабинете своего начальника, и он, обойдя все периоды отношений, приказывает мне раздеться. Просто секс и ничего больше.

— Раздевайся, Кристин. — низким рыком потребовал мой босс, пока я завороженно наблюдала, как он снимает брюки. — Я тебя уже не отпущу. Поздно.

— Я… не могу. — прошептала я, но это прозвучало так жалко, что даже я не поверила самой себе.

— Можешь. — тихо ответил он, смотря прямо в глаза. — А если ты так и будешь стоять в ступоре, боюсь, я могу ненароком испортить твое милое платьице. А оно тебе явно нравится.

Воля Арсения Константиновича парализовала мою собственную. Испугавшись, что он и правда может в своей горячности порвать мое любимое платье, руки сами потянулись к подолу. Я чувствовала себя марионеткой в его руках.

Стянув через голову свое желтое чудо, я почувствовала, как по коже побежали мурашки от прохладного воздуха в кабинете и его горящего, изучающего взгляда, а когда несмело подняла глаза, обомлела.

Он стоял передо мной полностью обнаженный, могущественный как Аполлон. В руке он лениво придерживал свой огромный, возбужденный член, и нетерпеливо переминался с ноги на ногу, словно хищник, готовящийся к прыжку.

И он прыгнул. Его пальцы ловко расстегнули застежку моего бюстгальтера и мои большие, упругие груди вывалились наружу, налитые желанием. Лифчик бесшумно упал на пол, а его руки сразу же скользнули по моим бокам, стянув с бедер трусы.

Красная как рак, я стояла перед ним, охваченная жгучим стыдом, чувствуя себя невероятно уязвимой и грузной. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Я ненавидела эти лишние жиры на