Бывшие. Дочка от толстушки (СИ) - Жукова Лоя

Моя настоящая Алена не споткнулась.

Не растерялась.

Не всплакнула.

Она прошла по проходу и когда корзинка опустела, аккуратно подбежала к первому ряду, забралась на стул, сложила ручки на коленях и начала радостно болтать ножками.

В груди сердце сжалось от нежности.

Моя принцесса.

Для меня – она целый мир.

Для Кораблева – просто чей-то ребенок. Посторонний.

Так, все и останется.

Данила не должен ни о чем догадаться. Ни единой мысли не должно промелькнуть в его голове.

Я не позволю ему связать точки. Не позволю приблизиться.

Он потерял право знать правду.

Мы уедем отсюда с Аленой, как можно быстрее. Не будем ждать тостов, танцев.

София не обидится. Поймет, почему мне придется уехать. Я объясню. Признаюсь ей – как лучшей подруге. И она не осудит.

Не она.

А тайна…

Я увезу ее с собой.

Глава 3

Мне кажется, я прослушала все, что говорили жених и невеста. Я стояла, кивала, улыбалась, но ничего толком не слышала. И немудрено, Кораблев просто пожирал меня глазами. И иногда я позволяла себе встретиться с ним взглядом. Чтобы он вдруг не решил, что я боюсь его.

Когда София с Виталием, сияющие, прошли по проходу, утопая в лепестках и аплодисментах, настала очередь свит.

По задумке Ларисы, мы должны пройти по той же самой дорожке – в парах, взявшись под локоть.

Я знаю, что иду первая. И знаю, кто должен был быть моим «партнером» – высокий шатен с дружелюбной улыбкой, чье имя я так и не запомнила.

Но когда он уже протянул мне локоть, кто-то положил ему на плечо руку.

Данила.

Он что-то шепнул шатену и тот, пожав плечами, встал на место Кораблева, а Данила рядом со мной.

Какого черта?

Где-то в толпе я услышала недовольный вздох Ларисы.

Данила выставил локоть и прищурившись, произнес:

– Привет, Котенок!

Я на мгновение застыла, а потом, сделав миловидную гримасу, приняла руку Кораблева.

– Привет.

Что это на него нашло?

Насколько я помню – одно лишь присутствие рядом со мной доводило Данилу до тошноты.

– Как жизнь? – спросил он, опуская свою ладонь на мою.

– Лучше не бывает, – ответила, не глядя на него. С широкой, ослепительной улыбкой, смотря на собравшихся гостей.

Я уже собиралась шагнуть вперед, но в этот момент ко мне подбежала Алена.

Она вцепилась в мою правую руку и со счастливым лицом подняла на меня глаза:

– Мамочка, я с тобой пойду, ладно?

Я кивнула сглотнув.

Дочка должна была идти с сыном Софии, но Владик куда-то подевался.

В этот момент я краем глаза заметила, как изменилось лицо Данилы.

– У тебя есть дочка? – спросил Кораблев, внимательно смотря на Аленку.

– А что тебя удивляет? – ответила я непринужденно. – Или думаешь, что у толстухи не может быть ребенка?

Его брови чуть дрогнули, губы сжались. Он вновь опустил глаза к дочери. Потом снова поднял на меня и что-то в нем щелкнуло.

Я уверена.

– Ну, что ты? Я никогда так не думал, – проговорил Данила. – А сколько девочке лет? – неожиданно произнес он и клянусь, внутри меня все перевернулось.

– Не твое дело. Идем, не стоит всех задерживать…

Глава 4

– Так, так, так, – протянула София, хитро прищурившись, когда нас выстроили для общей фотографии. – Похоже, двоюродный брат Виталика клюнул на тебя.

Я почувствовала, как напряглись мышцы на моем лице.

Вот оно как.

Не друг он Виталию, а брат. Двоюродный брат.

Теперь это вызвало во мне опасения.

Нет ли между ними сходства?

Не хочу, чтобы моя подруга вновь обожглась.

София весело толкнула меня плечом, явно воспринимая молчание за стеснение.

– Может, и тебе сегодня повезет? – шепнула она с заговорщическим видом. – Станем родственницами.

Я улыбнулась в ответ и покачала головой.

– Не обольщайся, он не в моем вкусе. Слишком худой, – хмыкнула я. – Ты даже не представляешь, кто он для меня, – добавила, еле шевеля губами, чтобы эту часть ответа подруга не услышала.

Сейчас ее момент и на фотографиях София должна быть обворожительна, а не с шокированным лицом.

Нас промучили около получаса, а потом фотограф занялся только женихом и невестой.

Я встала в сторонке и принялась наблюдать, как Владик и Аленка бегают по лужайке, играя в догонялки.

– Мы можем поговорить?

Я повернулась не спеша. И посмотрела на Кораблева.

– Нет, – скрестила руки на груди, отгораживаясь от прошлого и неприятного общения.

Я пошла вдоль белого заборчика, чтобы быть подальше от этого мерзавца.

– Уже и не надеялся на то, что мы когда-нибудь встретимся вновь, – он проигнорировал мой ответ и проследовал за мной. – Ты выглядишь потрясающе…

Я прервала его, не дав договорить:

– Вот только не надо мне сейчас льстить. Уж мне ли не знать, что ты на самом деле думаешь обо мне и моем внешнем виде. Иди, давай сделаем вид, будто незнакомы.

Данила обогнал меня и встал напротив, мне пришлось остановиться.

– Дай пройти.

Кораблев отвел взгляд, но лишь на миг. А потом снова посмотрел – прямо в глаза. С тем самым выражением, которое когда-то сбивало дыхание, которое я считала искренним…

Я думала, что это исчезло из памяти, но нет. Сохранилось. А так отчаянно хотелось забыть навсегда.

– Катя, то, что ты тогда увидела – это было до… всего. До того, как я… До того, как мы с тобой. Ты не дала и шанса объясниться.

– Ты думаешь мне нужны твои объяснения? – я цокнула языком и покачала головой. На губах заиграла насмешливая улыбка. – Прошло слишком много времени. И мне нет до тебя никакого дела. Оставь меня в покое. Иди, – кивком указала на гостей. – Тут полно других девушек. Тощих, как ты любишь.

Данила приблизился, и я инстинктивно напряглась, но не отступила.

– Худышки меня теперь не волнуют, – проговорил, склонившись над ухом, и по моему телу, пробежала предательская дрожь. – В общем. Я прошу прощение, за то, как поступил с тобой. Я знаю, что очень сильно ранил. И хочу, чтобы ты знала: на тот момент, когда ты уехала, я правда влюбился в тебя. Той ночью, когда ты стала моей, я был без ума от тебя.

Опять врет.

Неужели Данила думает, что я поверю ему?

Я засмеялась на его признание.

Теперь мне предельно ясно, для чего он сейчас все это несет.

Не наигрался и хочет продолжения. Чтобы приехав со свадьбы родственника, опять потешаться надо мной.

Люди не меняются. И он остался прежним.

– Мама! Мама! – закричала Алена и подбежала к нам. – Смотри, что я нашла.

Я встала так, чтобы отгородить дочь от Данилы и возможно слишком нервно всплеснула руками, показывая заинтересованность.

– Ну-ка, что там у тебя? – сказала я.

– Клевер! – гордо протянула дочка. – У него четыре листика, а не три! Владик сказал, что если найти такой, можно загадать желание, и оно обязательно сбудется!

Я улыбнулась и поправила выбившуюся прядку у нее за ушком:

– Правда? Ну и что же ты загадаешь?

Алена посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, чуть покраснела и проговорила:

– Я хочу, чтобы у меня, как и у Владика появился папа…

Улыбка сползла с моего лица.

Слова дочери больно ударили в грудь, и мне стало трудно дышать.

Я не ожидала.

Не здесь. Не сейчас. И уж точно не перед Данилой.

Мир на мгновение перестал существовать.

Все вокруг – музыка, шум гостей, веселый смех. Все это исчезло. Осталась только она. Моя девочка. И ее простое, детское желание, от которого у меня защипало в глазах.

– Ой. А что теперь с ним надо сделать? Сдунуть как ресничку? – спросила Аленка растерявшись.

– Насколько помню, его надо съесть, – я прикусила нижнюю губу.

– А у меня не будет болеть живот? – ее лицо скуксилось.

Я пожала плечами, а потом открыла клатч.

– Наверно, будет. Давай мы уберем его лучше в сумочку, а дома засушим. Положим между страницами книжки. Так делают.