Заурядная любовь (СИ) - Анелия Чадова

– Нормально, – пожимая плечами, отозвался Неверов. – Не замерзла еще?

– Нет. Но от чая не откажусь, если пригласишь.

Я сама удивилась от своей наглости. А уж как удивился сосед, словами не передать. Округлые глаза и ошарашенное выражение лица, тому в подтверждение.

До сегодняшнего дня я никогда не вела себя так смело и никогда не была у соседа в гостях. И чего это мне надумалось напроситься? Чего вообще мой взгляд сегодня зацепился за соседа?

– Отчего ж не пригласить любимую соседку на чашку чая? – улыбаясь, проговорил Павел, открывая передо мною дверь в подъезд. – Милости прошу, миледи.

Я звонко рассмеялась. Изобразила что-то наподобие реверанса и проплыла в подъезд.

М-да, что-то тут как-то прохладно вмиг стало. Недолго думая, я скрестила руки на груди и величественно подошла к лифту. Вызвал механическую коробку сосед, просто потому что я не рискнула убрать рук от груди. Еще не так пойдет, мой заурядный.

Три минуты в тесном помещении лифта, и мы у соседа в квартире. Пашка, как гостеприимный хозяин выделил мне комнатные тапочки и быстро ретировался в неизвестном направлении. Я сама себе пожала плечами. Обула предложенную обувь, мысленно удивляясь, что сосед держит дома лишнюю новую пару комнатных тапок, и прошествовала следом за парнем. Тот стоял перед открытым шкафом и явно что-то там искал.

Я аж залюбовалась его заурядной спиной и таким заурядно широким разлетом плеч. Подавила очередной вздох и обвела комнату медленным изучающим взглядом. А ничего так у него интеръерчик. Современно и со вкусом.

Пока я занималась рассмотрением жилплощади, парень повернулся ко мне и, преодолев разделяющее нас расстояние в два огромных шага, что-то протянул мне.

– Переодевайся, гулена, а я пока чай нам приготовлю.

– Спасибо, – тихо буркнула я, принимая вещи и немного краснея от смущения.

Но посмотрев в ртутные очи соседа, обреченно выдохнула. Он смотрел в сторону. А отдав мне вещи, так вообще со скоростью звука исчез из комнаты. Я заулыбалась радостней, смотря ему вслед. Заурядный обаяшка!

Так, черная футболка и в тон ей бриджи на завязках. Еще раз посмотрела в сторону двери и, убедившись, что соседа в зоне видимости не видно, смело, но медленно стала переодеваться. Медленно, потому что мокрая одежда, прилипшая к моему телу, ну никак не хотела отдираться и сниматься. И знаете что? Сняв наполовину свою белую футболку, я замерла. Просто представила, как Пашка появляется на пороге комнаты, затуманенным страстью взглядом осматривает меня и, стремительно подойдя, властно обнимает и целует.

Ох…

Что за мысли? Что за фантазии? И по отношению к кому!? К моему заурядному соседу с заурядным именем? О, Боже, куда мир катится и я вместе с ним?!

Но от этих мыслей и последующего шока от самой себя, я не стала быстрее переодеваться, нервно посматривая на дверь. Нет. Я это делала так же медленно, но теперь, задумчиво.

К чему меня посетили подобные мыслишки? Тем более по отношению к соседу.

А потом и эти мысли меня покинули. Я плюнула на всё и решила не зацикливаться над сегодняшними своими поступками и над самой собой. Будь, что будет и пусть всё летит к чертовой бабушке! Вот.

Свои мокрые вещи, я взяла с собой и, без труда отыскав в коридоре дверь в ванную комнату, развешала их там на сушилке. Посмотрев свое отражение в огромном настенном зеркале, ехидно улыбнулась и, показав самой себе язык, направилась на поиски кухни, своего соседа и обещанного чая.

Кухня оказалась современной, в стальном холодном цвете и уютной. Павел уже сидел за обеденным столом и грел свои руки об большую чашку с чаем. Вторая, точно такая же чашка, стояла напротив. Явно меня, бедняжка, дожидается.

Заняв место напротив парня, взяла чашку в обе руки и, сделав глоток горячей жидкости, блаженно зажмурилась. Вкусно!

– Как жизнь молодая? – делая неспешные глотки чая, спросил Неверов.

Я же, открыв глаза, смотрю на невозмутимого соседа, и так обидно мне становится! Вот у меня сегодня все мысли о нем, заурядном. А он… Заурядный, блин, одним словом. И на мое просвеченное декольте даже ни грамма не обратил внимания. Я, конечно, понимаю, что похвастаться мне особо нечем, но хоть мельком можно же было посмотреть на мой ажурный лифчик. К слову, который, висит сейчас у этого заурядного в ванной. А может специально его «забыть» здесь? Пусть его девушка, если такая имеется, побесится.

Мысленно злорадно улыбнулась. Посмотрела на своего соседа и мысленно же горестно вздохнула. Не сделаю я ему такую гадость. Он вон такой добрый и хороший, чаем меня вкусным угощает. Даже печеньки на стол поставил. Мои любимые, между прочим.

– Нормально. – Как можно беззаботней отвечаю я. – Вот сегодня сдала последний экзамен, теперь можно наслаждаться каникулами и жизнью.

Ммм, какое вкусное печенье. Свежее. Сладкое.

– Чем планируешь летом заниматься?

– Подработку хочу найти. А так, на пляже валяться, тюленчика из себя строить.

– А зачем подработка? Отдыхай, наслаждайся беспечными деньками юности.

– Тоже мне старик отозвался. – Тихо проворчала я. – Совестно мне, такой взрослой на шее родительской сидеть и деньги у них на свои гульки клянчить. Решила за ум взяться и хоть частично себя сама обеспечивать.

– Похвально. А парень твой не против твоей подработки? – всё так же невозмутимо спросил Павел, попивая свой чай.

Я чуть ли не поперхнулась от услышанного вопроса.

– А ты откуда знаешь, что у меня есть парень? – насупившись, вопросом на вопрос ответила я.

– Подъездное сарафанное радио еще два месяца назад оповестило, что у тебя появился ухажер приятной наружности и с джентельменскими замашками.

– Вот же ж… бабки, блин, – сквозь зубы прошипела я, смотря на улыбающегося соседа.

– Так как? Кавалер не пропив?

– Его мнение не спрашивала. Да и не буду.

– Самостоятельная такая?

– Думай, как хочешь. А ты чего это сегодня не на работе? – решила я сменить тему разговора.

– Так я по субботам и не работаю, – пожимая плечами, ответил Неверов.

– А чего тогда на улице делал?

– Погодой любовался, – лукаво ответил Пашка.

– И как? Налюбовался?

– Можно и так сказать, – усмехнувшись, вновь ушёл от прямого ответа сосед.

Вот, блин…Заурядный! Я подавила очередной вздох и, допив чай, поднялась помыть за собой чашку. Как-то грустно вдруг стало и вновь захотелось выйти на улицу и продолжить свою