Его щупальца - Тина Тандава

В этот момент у меня появились силы раскрыть глаза, и я попыталась приподняться. Мои руки оказались на удивление свободными, и я неосознанно выставила их и схватилась за крепкие мужские плечи. Кожа незнакомца под пальцами скользила, словно рыбья, а перед глазами мелькнула медноволосая макушка, и тут же он выпустил мою грудь изо рта и выпрямился, улыбнувшись.

Это было нечеловеческое лицо. Вернее, не так – человеческое, но мелкие детали давали понять, что это лишь кажется. Приятный, чуть бледный голубоглазый парень со светлой улыбкой, тонкими, но мужественными чертами лица. Красивый, по-настоящему красивый! Но при этом совершенно жуткий. Зрачки расширены, как у безумца, кожа в свете низкого солнца отливает перламутром, и третье веко иногда плёнкой мелькало по роговице, пока он не моргая смотрел мне в глаза, улыбаясь всё плотояднее.

– Очнулась, – выдохнул он и тут же без обиняков придвинулся, приподнимая меня под лопатки, чтобы я выпрямилась, и обнимая так, что деревяшка выскользнула из-под спины. Прижал к груди и вязко лизнул в полуоткрытый для вопроса рот.

Я отпрянула, попыталась вытереться, но он не дал – быстро переместил руку, ухватил за волосы на затылке, а после этого накрыл мой рот своим и залез языком так глубоко, что меня чуть не вывернуло. Я содрогнулась в спазме, а он разорвал странный поцелуй, и между нами повисли нитки слюны. Я упёрлась руками в его предплечья, пытаясь оттолкнуть, но его улыбка от этого стала лишь шире. А после я почувствовала это…

По ногам, которые охватывали странные «одеяла», заскользило, словно одеяла кто-то скручивал, проворачивал. Не туго, но точно вызывая холодный ужас. Я резко опустила взгляд на прозрачную поверхность моря, но даже рябь не смогла скрыть то, чего точно не ожидаешь увидеть: что-то толстое, длинное, гибкое, обвивающее ногу. На второй такое же, и рядом тёмными извивающимися полосами уходит вглубь ещё несколько. И всё это, от самых кончиков, которые только угадывались в толще воды, до толстых скользких оснований принадлежало тому, кто держал мои волосы пятернёй и поглаживал второй ладонью по голой пояснице.

«Щупальца. У него вместо ног щупальца. Как у осьминога…» – подумала я, осознавая, что нет ни единого шанса вырваться.

И завизжала.

Заверещала так, что насильник, в объятьях которого я проснулась, должен был оглохнуть. Но гад не ослабил хватки, не отодвинулся. Наоборот, он опять потянул меня за волосы, заставляя запрокинуть голову для поцелуя, и прислонился теснее. Почти коснулся губами губ и, едва я полностью выдохнула и замолкла, набирая воздуху, прошептал:

– Тихо-тихо-тихо. Всё в порядке. Я держу тебя. Ты не утонешь, ты в безопасности, никто тебя не тронет. Только я…

И, пока я не опомнилась, опять сунул язык мне в рот.

Я попыталась отпрянуть, но он не дал – потянулся следом и скользко заелозил по моим зубам ещё активнее, жарко дыша прямо в дёсны. Я осознала, что меня не выпустят и замерла.

– Умница, умница, – зашептал он опять, и рука опустилась с моего загривка по ключице обратно на грудь, и гад принялся её бережно, но с наслаждением бесстыдно мять. – Я сейчас, подожди, сейчас, – придвинулся к моему уху и засунул в него язык, а после выдохнул: – Прости, я только кончил, я сейчас, подожди немного.

И чуть застонал, опустив и вторую руку мне на грудь, чтобы лапать и потирать пальцами соски, пока я держусь за его предплечья.

– Кончил? – растерянно повторила я, вообще не понимая, что происходит, а в следующий момент осознала, отчего внизу чуть саднит.

«Мерзавец! Я была девственницей!!!» – хотелось крикнуть мне, но я даже рта не раскрыла, понимая, насколько мне страшно сейчас.

Мы дрейфовали где-то посреди океана. Вода казалась значительно теплее, чем была ночью. Из всех обломков корабля, на котором я отправилась со своим женихом в экспедицию, остался лишь тот кусок обшивки, который покачивался на волнах чуть дальше, остальное же либо потонуло, либо уплыло вместе с течением. Где я нахожусь, я не представляла. И кто был рядом – тоже.

– Кто ты? – спросила я, всё ещё от страха не в силах разжать руки и держась за его предплечья, пока он с наслаждением мял мою грудь, закусив губу и внимательно наблюдая за тем, что делает.

Он перевёл взгляд на меня и улыбнулся. Приветливо, словно мы старые приятели, которые давно не виделись:

– Меня зовут Тилори́н. Можешь звать меня так. Или как угодно ещё.

– Кто ты?! – повторила я настойчивее, а в голосе прорезались истерические нотки.

Тилори́н выпустил мою грудь, завёл руки мне за спину, заставляя прижаться к своей скользкой груди и прислонил свои губы к моим, говоря прямо мне в рот:

– Давай я сначала суну в тебя свой член, а затем мы поговорим, – он жарко выдохнул, а следом я ощутила, как мои ноги разводят сильнее.

Я судорожно дёрнулась, и мне удалось чуть оттолкнуть его, чтобы в свете разгорающегося утра увидеть, как внизу под водой между моих ног светлым силуэтом уже вытянулся длинный толстый пенис с тяжёлой головкой. Но сначала Тилори́н прижался яйцами к моему лобку, и у него откуда-то прыснуло мне прямо на половые губы чем-то тёплым и вязким.

Я снова взвизгнула, а парень улыбнулся, не давая мне отстраниться, и сказал:

– Ну-ну, я же не хочу делать тебе больно, сладкая моя…

– Что это за дрянь?! – стуча зубами, воскликнула я.

– Это смазочка, – выдохнул Тилори́н, уже прислоняя головку к моим половым губам. – Смазочка для скользкой писечки, – и тут же со стоном выдал: – О-о-о-о-о-ода-а-а-а…

Его член беспрепятственно стал погружаться в меня, растягивая без шансов вывернуться. Я дёрнулась, но поняла, что щупальца крепко держат мои ноги и даже будто натягивают меня на него.

– Нет!!! – взвизгнула я, а Тилори́н жалобно похотливо застонал, запрокидывая голову и чуть дёргая кадыком под играющей перламутром бледной кожей.

– Да-а-а… – протянул он, и вжался в меня до основания, распирая, и попытался поёрзать, чтобы член всунулся ещё глубже.

Я упиралась руками в его предплечья, но сил не хватало совершенно, я даже на миллиметр не могла отодвинуться, чтобы попытаться выдавить его. Член по ощущениям был огромный. Даже будучи девственницей, я понимала, что это что-то не среднестатистическое. Впрочем, боли почти не было. Либо странная смазка, которой он «плюнул» в меня была слишком хорошей, либо он уже неоднократно насиловал меня за эту ночь, и всё самое болезненное я просто пропустила.

Видя моё сопротивление, Тилори́н наконец-то нахмурился, потом, пока я не успела среагировать, ловким и резким движением вскинул руки и перехватил мои запястья. Развёл их