Предатель. На осколках лжи - Наталия Анатольевна Доманчук

директор. Отец ему даже акции не дал! Правда, пообещал, что контрольный пакет перейдет в его руки, когда у Давида родится наследник.

Отец руководил не только на работе, но и в постели сына. На Регине тоже Давида именно он заставил жениться. Нет, не заставил, просто обстоятельства так сложились. Хотя их прекрасно мог сложить и отец! А теперь получалось, что всеми сферами в жизни сына руководил он – Генрик Владленович Гуревич.

Давид ненавидел себя за это, но ничего поделать не мог.

Компания отца – это и его жизнь, это то, что он умел и любил. Это то, чем он жил! Лишиться ее – лишиться жизни.

Регина – женщина, которую он никогда не любил и с удовольствием бы ее бросил, если бы… снова он – его отец. Он не позволит, а пойти против – это остаться ни с чем.

Вот такой замкнутый круг, и как из него вырваться?

– Что случилось, милый? – спросила Регина и дотронулась до его ладони. – Кто звонил?

Как она снова оказалась в его спальне?

Давид резко отбросил ее руку:

– Я просил тебя: не трогай меня, не гладь, вообще не подходи на метр! У тебя, говоришь, есть моя сперма – вот с ней и разговаривай!

Он вскочил и стал натягивать на себя джинсы.

Женщина больше не приставала к нему, только вульгарно разложилась на подушках, широко расставив ноги, демонстрируя мужу атласное красное белье.

Давида в очередной раз передернуло. Нет, так жить нельзя! Нужно срочно что-то решать!

Он накинул джемпер и выскочил в коридор.

Через полчаса он уже был на объекте, поговорил с забастовщиками, услышал их требования. С какого-то регионального канала приехала небольшая группа телевизионщиков, и он и с ними быстро порешал вопросы. К тому моменту, когда приехал Генрих Владленович, у Давида были ответы на все вопросы. Но это все равно не спасло его от истерики отца:

– Ты должен был это предугадать! – кричал он. – Не сейчас решать, а еще месяц назад, когда эта проблема только возникла! Я устал за тобой подтирать жопу! Ты никчемный идиот, который ничего не умеет в жизни! Даже сделать себе наследника, такого же идиота, не можешь!

И в этот момент Давила перемкнуло. Всему когда-то приходит конец. Вот и терпения Гуревича младшему подошло к пределу!

Он схватил отца за лацканы пиджака и крикнул ему лицо:

– Пошел ты к черту, понял? Ты меня достал! Я ухожу!

Со злости даже толкнув отца одной рукой, Давид развернулся и зашагал к машине, не услышав ни слова в спину.

Сев за руль, он нажал на газ и резко вырулил на дорогу, чудом не врезавшись в другую машину. Его руки дрожали, дыхание перехватывало, слезы текли по щекам от обиды.

Еще не хватало сейчас попасть в аварию, как десять лет назад!

Нет, надо срочно собраться!

Глава 2

Даша улыбнулась, заметив, как дочка морщит лоб во сне.

Хорошенькая такая! Ей уже год, но когда на нее смотришь, сердце по-прежнему щемит от нежности.

В кармане завибрировал телефон, и девушка, тихонько прикрыв за собой дверь, вышла из детской.

– Да, Аглуш, привет, – тихо поздоровалась она с подругой, пробираясь на кухню.

Небольшой коридор загромождали коробки. Через пару дней их маленькая семья переезжает в новую квартиру! В центр! Как Даша всегда и мечтала.

– За целый день не нашлось и минутки, чтобы позвонить лучшей подруге? – уже принялась упрекать ее Аглая. – Да, Морозова?

– Утром на работе сегодня вышел, как ты любишь говорить – казус. Пришлось лететь на Беговую и разгребать, – затараторила Даша.

– Недовольный клиент? Ты ему пятно от кетчупа не вывела? – хихикнула Аглая.

– Ты все шутишь, но на самом деле попадаются и такие клиенты. Правда, у этого мужчины посерьезней проблема. Материал на брюках стал хрупким, как будто кислотой обрызгали. В общем, жуть, он стал кричать, что этот костюм от «Бриони», чтобы ему срочно или целые брюки вернули, или выдали деньги на покупку костюма. В общем, мне пришлось ехать и с ним говорить.

– И как?

– Оказался вполне себе симпатичный мужчина. Как меня увидел, сразу подобрел, – Даша хихикнула, – даже в ресторан пригласил.

– Надеюсь, ты согласилась? – грозно спросила Аглая.

– Ага, щаз!

– Даша, ты мне обещала, что прекратишь думать о своем Давиде, когда у тебя родится ребенок! Твоей дочери уже год, а ты все еще одна! – завопила в трубку подруга.

Даша даже отвела телефон от уха, так та кричала, и, когда Аглая успокоилась, спокойно сказала:

– Я и не думаю о нем…

– Ага, как же! Почему тогда не согласилась поужинать с «Бриони»? Что, совсем страшный мужик?

– Знаешь, – хмыкнула Даша, – очень даже приятный. Только вот я не легкодоступная барышня, которая сразу же готова пустить слюни на его испорченные брюки.

– То есть, ждешь, когда он снова к тебе заявится? – хихикнула Аглая.

– Можно сказать и так, – засмеялась Даша и призналась, – но, если честно, надеюсь, что он не появится. Нам так хорошо с Полинчиком вдвоем! Хотим халву едим, хотим – пряники.

– Я уже тоже соскучилась по ней, – сменила тон подруга. – Целых два дня не видела. Завтра приду и зацелую!

– Свою пора рожать, кстати! – напомнила ей Даша, – меня заставила, а себя никак не можешь!

– Не, я буду ждать большую и светлую. Для себя мне еще рано рожать.

– Мои часики тикали, а твои стоят? Что-то как-то с часами у тебя точно не так, ну, или с логикой, – засмеялась Даша.

– Ты меня на три года старше, вообще-то. Так что мои тикают, но негромко. Ладно, бегу я мыть голову, а то баба с грязной головой – хуже татарина, – серьёзным тоном произнесла Аглая.

– Что-то я не помню эту поговорку. Опять придумала на ходу?

– Одна ты моих поговорок не знаешь! – хихикнула подруга. – Остальные кивают и делают вид, что я говорю правильные вещи. Кстати, Костя звонил?

– Приходил вчера вечером. Принес нового мишку для Полины, – вздохнула Даша, – сказал, что поможет мне с переездом.

– Классный мужик! Как всё-таки жалко, что ты его не смогла полюбить…

– Аглаш, мне и самой жаль, но сердцу не прикажешь. Я пробовала. Дала нам целых два года. Итог? Мой нервный срыв. Нельзя запирать сердце в клетке и заставлять его стучать в нужном ритме. Нельзя!

На этот раз вздохнула Аглая.

– Так, все, пока, мне еще суп Полинке готовить, а то разболтались мы с тобой, – резко заявила Дарья.

– И на меня тарелочку сделай, я завтра после обеда обязательно наведаюсь к вам! – пообещала Аглая. – А переезжаете когда?

– В воскресенье, когда на работе будет более или менее спокойно.

– Ладно, пиши-звони!

Даша положила телефон в карман и зашла на кухню.

Когда суп уже был готов, ей снова кто-то позвонил. Даша подумала, что теперь это могла быть только мама, но оказалось, что снова Аглая:

– Сядь! – приказала она ей трагическим голосом.

– Ок, сижу, – отмахнулась от нее Дарья.

Она называла подругу королевой драмы. И даже не за глаза.

Аглая обожала сплетни.