Любовь после развода - Мария Николаевна Высоцкая

В спальне по-прежнему темно. Смотрю в стену. Почему-то жду, что он извинится. Скажет про проблемы на работе, не знаю… Пусть соврет какую-то дичь, но заберет все свои гадкие слова назад. Вот только вместо этого я слышу совсем другое:

– Разве я не прав? Ты себя запустила. Как ни посмотрю, на тебе вечно джинсы и свитер. Ни платьев, ни каблуков. Я живу с каким-то размужичьем.

Он тяжело вздыхает.

– Ты на мне женился зачем? – все-таки взрываюсь. Резко усаживаюсь на кровать и даже включаю ночник. – Я всегда так одевалась. Всегда. Комфорт для меня был важен.

– Но нужно же что-то менять. Ты не молодеешь.

– Мне двадцать пять, – приподымаю бровь, – да будь мне пятьдесят, я не обязана ходить в том, что выбрал ты. У меня есть свое мнение…

– Твое мнение мне уже как кость в горле, – он конкретно так повышает голос. – Правильно мама говорит, ты только о себе думаешь.

– Если бы я не думала о себе, то сидела бы дома, варила суп и стирала твои носки. Тебе этого хочется?

– Было бы неплохо. Какой смысл от твоей работы? Копейки. Еще и скандал опять затеяла. Я приехал домой, хотел спокойно отдохнуть, а ты мне только нервы треплешь! У меня командировка завтра, мне нужно…

– Не утруждайся, – выставляю ладонь вперед. – Ложись. Спи. Я разложу себе диван на кухне. Не буду мешать.

Вылетаю из спальни. В глазах слезы. Но он не дождется. Не буду я рыдать. Не буду.

Разбираю маленький диванчик и, накрывшись пледом, погружаюсь в темноту.

Утром я просыпаюсь в пустой квартире. Нервная и разбитая. У меня выходной, но лучше бы был рабочий день, потому что находиться в этом доме я не могу чисто психологически. Внутри даже радуюсь тому, что Лёша уехал в командировку, только вот, когда вечером прогуливаюсь по центру, вижу, как мой распрекрасный муж в обнимку с какой-то белобрысой девкой поднимается по ступенькам отеля.

Муж, который утром улетел в столицу. Муж, который должен быть сейчас в командировке.

Внутри что-то обрывается, а я отчетливо вижу, как он ее целует.

Глава 2

Их губы соприкасаются, а мне хочется кричать. Нет, рвать на себе волосы. Как? Как я могла не замечать? Как могла продолжать верить?

Звоночки были. Были же! Но я искренне верила, что Лёша так со мной никогда не поступит. Никогда!

Дура!

Обхватываю голову ладонями. Сильно давлю на виски, а в глазах встают слезы.

Первым порывом было перебежать дорогу и отвесить ему пощечину, устроить скандал. Но, отдышавшись, я лишь сильнее прилипаю ногами к асфальту. Смотрю перед собой и ничего не вижу.

Я нахожусь в таком шоке, что не понимаю, как добираюсь до дома. Все мысли только о муже и какой-то перегидроленной девке.

Переступаю порог собственного дома, и в прихожей сразу появляется свекровь. Стоит, уперев руки в боки. Смотрит с прищуром и этой вечной неприязнью, которую она чертовски плохо скрывает.

– Чего вам?! – ору на нее, бросая пальто прямо на пол.

– Совсем с ума сошла? Ты что себе…

– Рот свой закройте! И не трогайте меня, ясно?

На секунду Вера Кирилловна бледнеет. Я ни разу в жизни не повышала голос в этом доме, никогда не грубила ей или ее сыночку, если вчерашний вечер в расчет не брать…

А теперь, теперь мне плевать.

Хлопаю дверью в спальне и, щелкнув шпингалетом, забираюсь под одеяло. Слезы предательски катятся по щекам. Внутри образовывается какое-то гнетущее сожаление.

Злость. Ярость. Эти эмоции распаляют и так накрученное сознание.

Как он мог? Четыре года! Четыре года брака!

В памяти, конечно же, всплывает наше знакомство, свидания, улыбки, свадьба…

Все это было. Любовь, чувства. Красота момента. Я выходила замуж с полным ощущением, что нашла именно своего человека. Я его любила и видела ответную реакцию на мои чувства в его глазах.

А теперь? Теперь от нас остались лишь воспоминания.

Всегда виноваты оба… Знаю.

Возможно, будь я чуть активнее в постели и покладистее дома, все было бы иначе. Может быть, действительно стоило бросить работу?

Смешно. И что бы я сейчас делала? Выла бы в подушку несчастной брошенкой, еще и без работы…

Вытираю слезы и, шмыгнув носом, сползаю с кровати. Долгие минуты стою перед шкафом. Смотрю на его содержимое. Думаю.

Зависаю, обводя свой гардероб строгим взглядом.

Что он вчера сказал? Я не ношу платья? Сдираю с плечиков платье-футляр, которое покупала на Новый год, и бросаю на кровать. Каблуки?

С шумом кидаю на пол коробку с сапогами и замираю. За дверью слышатся шаги. Скрип немного неправильно уложенного паркета дает мне знать, что Вера Кирилловна снова шпионит.

Икая от слез, приглаживаю дрожащими пальцами волосы, убирая пряди, свисающие на лицо, за уши, и стаскиваю с себя шорты. За ними же следует свитер.

Прихватив с полки полотенце, направляюсь в душ. Распахиваю дверь, и свекровь мгновенно отскакивает в сторону.

– Чего? – бросаю на нее свой зареванный взгляд, но, так и не получив ответа, закрываюсь в ванной.

Долго натираю кожу мочалкой, пытаясь смыть все то дерьмо, куда меня с головой окунул муж.

Меня до сих пор трясет. Не могу прийти в себя, хочу, но не получается.

Сейчас я точно не смогу сидеть дома. Не выдержу просто.

Перемахнув через бортик ванны, вытаскиваю из шкафчика фен и быстро сушу волосы. Взбиваю уже сухую шевелюру пальцами и внимательно рассматриваю себя в зеркало. Я же красивая?

Глупо улыбаюсь своему отражению. Вожу подушечками пальцев по щекам, лбу, носу, словно хочу убедиться, что я не пугало.

Завернувшись в полотенце, возвращаюсь в спальню. Свекровь все это время посматривает на меня с опаской и молчит.

Переодеваюсь в то самое синее платье, не удосуживаясь прикрыть дверь. Если