Обрести клыки с первого взгляда - Кали Манн

Вздохнув, я решаю сделать последнюю попытку.

— Пожалуйста, мне нужно это. Мне нужно найти мою семью.

Композитор скрещивает руки на груди и склоняет голову набок.

— Ладно, я согласен, — говорит он к моему облегчению. — Что тебе нужно?

— Я ищу свою биологическую семью, — отвечаю я. — Надеюсь найти информацию в записях доноров крови. — я была во всех больницах, разговаривала с администраторами, даже пробиралась куда не следует, но ничего не нашла.

Говорили, что банк крови «Крещендо» содержит обширную базу данных о донорах крови. Так же говорили, что вампиры, управляющие этим клубом, не пьют напрямую от людей. Я надеюсь, что это правда.

— Мы не агентство по усыновлению.

— Конечно, нет. Вы вампиры, — бормочу я. Мой взгляд возвращается к бармену. Он встречается со мной взглядом и улыбается, не скрывая клыков. «Проклятье. Конечно же, он вамп, Эсме. Чего ты ждала в вамп-клубе?»

— Мне любопытно, откуда ты знаешь о нас, — говорит Композитор, его голос понижается, как будто он собирается заставить меня ответить.

Может быть, я и человек, но кое-что знаю. Никогда не смотри вампу в глаза. Я не свожу глаз с бармена, а он так горяч.

— Пожалуйста, — умоляю я, надеясь, что бармен вмешается. — Мне просто нужно знать, кто мои биологические родители.

— Я тебя не знаю, и твоя попытка воровства мне не нравится. — он подмигивает, а потом вздыхает. Он понял, что его очарование на меня не действует и это явно его раздражает.

— Мне просто нужно найти совпадение для этого образца крови, — умоляю я снова и лезу в карман джинсов, чтобы достать лист бумаги.

— У нас банк брови, а не музей, — говорит он. — Кроме того, я уже сказал, что записи конфиденциальны. Тебе пора.

Я бросаю взгляд на бармена в поисках помощи, но он выглядит просто удивленным. У меня нет вариантов.

— Отто, — кричит Композитор, и к нам выдвигается, крепкий, сложенный словно танк, вышибала.

Здоровяк хмыкает.

— Пожалуйста, избавься от нее, — говорит он и поворачивается обратно к бару.

Моё сердце замирает на миг в груди. «Избавиться? Как…»

Я облизываю губы, мой взгляд мечется между ними. Чувствую, как мое сердце колотится в груди, и я уверена, что хищники вокруг меня прекрасно знают об этом.

Отто грубо хватает меня за руку, хотя думаю, что в данный момент он со мной нежен, потому что может запросто сломать мои кости своими лапищами. Он ворчит.

— Нет, пожалуйста… — я пытаюсь отстраниться, но его хватка сильна. Чувствую, что сейчас я умру. Я сражаюсь изо всех сил, которые у меня есть, но у меня нет шанса. Он просто раздраженно вздыхает, словно я надоедливая мошка, которую он собирается раздавить.

Отто тащит меня к входной двери, открывает ее и выталкивает меня наружу.

Я оказываюсь на тротуаре, удивлённо моргая. Мое сердце колотится в груди, и я недоверчиво смотрю на вывеску над дверью. Тот же логотип, что и в ноутбуке: слово «Крещендо», рядом роза — неоново красное.

Я жива! Закрываю глаза, открываю снова. Все еще жива!

— Ладно, Эсме, подумай, — бормочу я себе под нос. Мне нужно придумать, как получить эти записи. Да, сейчас я должна просто радоваться тому, что жива, но не собиралась отступать.

Клуб «Крещендо» всё что у меня есть из зацепок, и мне нельзя ее упускать.

Я поворачиваюсь и иду дальше по тротуару. Мой телефон жужжит в заднем кармане джинсов, и я останавливаюсь, чтобы его вытащить.

На экране мелькает имя моей сестры. Я собираюсь открыть ее сообщение, когда меня внезапно подхватывают и швыряют в соседний переулок так быстро, что все вокруг расплывается. Я открываю рот, чтобы закричать, но чья-то рука закрывает его, прежде чем я успеваю это сделать. В переулке темно, одинокий уличный фонарь пробивается сквозь темноту, и я вижу красные глаза, окружающие меня. Вампиры.

Все-таки Композитор передумал и решил от меня избавится по-настоящему. Моё сердце бешено колотится.

Уже второй раз за эту ночь я близка к смерти.

Я всего лишь человек. Я хотела бы иметь какие-то силы, чтобы защитить себя, но у меня их нет. Я идиотка. Думала, что, чем дальше я от клуба, тем в большей безопасности. Но ошиблась. Я борюсь, но вампиры крепко меня держат. Когда рука, закрывающая мне рот, внезапно исчезает, я кричу, но это мне не поможет.

Уличный фонарь позволяет мне видеть свою неминуемую смерть в их открытых пастях и острых клыках. Моя спина прижата к холодной стене, и я ищу любое оружие в пределах досягаемости, но ничего нет. Конечно, ничего нет. Мы находимся посреди переулка.

— Пожалуйста, не надо, — умоляю я. Несмотря на всю мою браваду сегодня в «Крещендо», я не хочу умирать.

Когда клыки пронзают мою кожу, я кричу, хотя знаю, что меня никто не слышит.

Они высасывают мою кровь. Их четверо, и у меня нет шанса выжить. Я уже ощущаю холод в теле. Слышу, как сердце замедляет свой ритм. Я умираю и воспроизвожу в памяти родные лица.

Нападавший, слева от меня, резко отстраняется, и я слышу его крик. Остальные игнорируют это, слишком сосредоточенные на кормлении. За первым пропадает и второй.

Кто-то пытается мне помочь? Я стараюсь хоть что-то рассмотреть, но все словно в тумане.

— Поздно, — шепчу я.

Двое других отрываются от меня, и я вижу, как высокая мутная фигура сражается с ними. В его руке кол. Мои глаза привыкли к темноте, и я сосредотачиваюсь на незнакомце. Это симпатичный бармен, он борется за меня. Я сползаю по стене и медленно погружаюсь в тьму.

Крики кровопийц резко обрываются, и через несколько секунд я оказываюсь в странно теплых объятиях.

— Почему ты теплый? — я бормочу словно пьяна. — Вампиры — это же брррр…

— Как тебя зовут? — спрашивает он, осматривая мои раны.

— Эсме.

— Эсме. — его глаза блестят, напоминая мне о монстре, которым он и является. Он смотрит на меня, но передо мной все расплывается. — Меня зовут