Диана Першинг - Лабиринт страсти

Когда Марк так смотрел, возражений он не встречал. Люди обычно робели, терялись и начинали извиняться. С теми, кто продолжал сопротивляться, Марк обычно расправлялся быстро, скручивая за спиной руки. Он не любил насилие, сознавая, что его роста и веса было вполне достаточно, чтобы смирить непослушных, и применял силу только в тех случаях, когда без этого нельзя было обойтись.

Итак, он пронзил эту девушку взглядом, ожидая, что она извинится и отойдет. Но, к его удивлению, этого не произошло.

Она стояла перед ним, скрестив руки на груди, и смотрела на него широко раскрытыми глазами, в которых было написано: «Мне действительно очень жаль, что приходится просить вас об этом пустяке, но я не собираюсь отступать».

Марк несколько растерялся. Его самолюбие было уязвлено тем, что грозный взгляд не произвел своего обычного действия. Что двигает этой женщиной? Почему она так упорно стоит на своем?

– Я могу передумать, – сказал он, – но прежде вы должны сказать мне, зачем вам нужен именно этот телефон именно в это время.

Он почувствовал, что она что-то скрывает, прежде чем незнакомка успела отвести глаза.

– Видите ли, – начала она, – я ожидаю звонка. Должны позвонить на этот автомат.

Марк внимательно изучал ее, пока она старалась придумать разумное объяснение, и понял, что незнакомка собирается соврать.

– Продолжайте, – сказал он.

– Это... ммм... моя подруга. Она сейчас в Англии, а время различается, ну, вы знаете... Мы договорились, что она позвонит в это самое время. Сейчас десять часов, значит, там...

– ...вторая половина дня.

– Да, верно. Она на работе. У нее сейчас свободное время, но если ее вдруг вызовут...

– Почему бы вам не прекратить эту болтовню и не сказать мне правду? – резко прервал он ее.

Она замолчала и нахмурилась.

В этот момент по улице проходили две молодые женщины. У обеих волосы были коротко подстрижены, только у одной они были светлые, а у другой темно-каштановые. Та, что с каштановыми волосами, везла перед собой старомодную коляску.

– Привет, Хэлли, – сказала она.

Марк увидел, как его белокурая незнакомка повернулась и рассеянно улыбнулась в ответ.

– Привет, Джоанна, Деб, – бросила она и махнула им рукой.

Хэлли. Хорошее имя, отметил про себя Марк, глядя вслед уходящим женщинам.

Тем временем в трубке заиграла одна из его любимых песен группы «Роллинг стоунз», и Марк стал покачивать в такт головой.

– Так вы собираетесь рассказать мне, что же стряслось, Хэлли? – снова обратился он к ней. – Меня, кстати, зовут Марк.

– Приятно познакомиться, – машинально ответила девушка, словно давно заученную фразу, совершенно без эмоций.

Внезапно Хэлли протянула руку и схватилась за трубку. Если бы он не закрыл свободной ладонью рычажок, то она вполне могла бы разъединить его – хватка у нее была неплохая.

– Эй! – Марк уже даже не пытался быть вежливым, отталкивал ее руку локтем. – Да что с тобой? С ума сошла?!

Хэлли отчаянно не желала делать этого. Она чувствовала себя гадкой. Ей не хотелось связываться с этим гигантом, у которого был такой свирепый вид.

Но в ее кармане лежала записка, и она наизусть помнила, что там было написано: «Хэлли, завтра в телефонной будке, что у магазина бытовой техники. Десять часов ровно. Если свяжешься с полицией, забудь о своем барахле». Поэтому ей пришлось забыть все страхи, выбора у нее не было.

Марк все еще гневно смотрел на нее, ожидая ответа. Боже мой, что же делать? Что делать? Она опустила глаза и увидела потрепанный кожаный портфель на полу у его ног. Не раздумывая больше, она наклонилась, взяла его и быстро пошла прочь.

– Эй, подожди-ка! – услышала она голос Марка.

Хэлли стиснула зубы, продолжая идти. Она бы никогда так не поступила. Она всегда соблюдала законы, руководствуясь моральными и этическими принципами, и всегда отличала плохой поступок от хорошего. Это был, безусловно, плохой поступок. Но, как говорится, с волками жить – по-волчьи выть.

Хэлли пошла быстрее, но вдруг услышала, как он, ругаясь, догоняет ее. Оглянувшись, она увидела, что трубка болтается на шнуре. Хэлли швырнула портфель подальше, на соседнюю дорожку рядом с цветочным магазином, и молниеносно метнулась снова к телефонной будке, повесила трубку, положила на нее обе руки и навалилась на телефон всем телом, молясь, чтобы он зазвонил прежде, чем этот гигант вернется.

Но телефон молчал. Хэлли задрожала, когда, оглянувшись, увидела незнакомца, возвращающегося с портфелем в руке. Его брови были сурово сдвинуты.

– Вы не на того напали, леди, – прорычал он, схватив ее за плечо и пытаясь оттолкнуть от телефона.

– Вы должны поверить мне, – умоляла она его, изо всех сил цепляясь за трубку. – Если бы это не было так важно, я бы никогда-никогда так не поступила.

Он сдавил ее плечо сильнее.

– Я могу арестовать вас за то, что вы только что сделали.

– Арестовать?

– Да, черт возьми. Я здесь представляю закон.

– Что? Пожалуйста, мне больно.

Марк отдернул руку и ткнул себя пальцем в широкую грудь.

– Я новый начальник полиции в городе Промис, – процедил он сквозь зубы.

– Ой, здравствуйте.

Она сама поняла, как нелепо это звучит, но Марк даже не улыбнулся.

– Я думаю арестовать вас.

– За что? Ведь я не нарушила никаких законов!

– Неужели? Вы украли мой портфель.

– Нет. Я его просто... переставила. Ведь вы же получили портфель обратно, верно?

Дззззинь! От этого пронзительного звука оба вздрогнули. С бешено бьющимся сердцем Хэлли схватила трубку.

– Хэлли Фицджеральд? – спросил в трубке сдавленный мужской голос.

– Да?

– Если хочешь получить свою рухлядь обратно, тебе придется заплатить за это.

Марк за ее спиной молчал, но Хэлли поняла, что он слушает. Стараясь говорить обычным голосом, Хэлли беззаботно спросила:

– Что за рухлядь ты имеешь в виду?

– Достань двадцать пять штук зеленых.

– Что?!

– И никакой полиции, никакого ФБР, вообще не связывайся с законом. Понятно?

– Еще бы, – радостно ответила Хэлли с широко раскрытыми от ужаса глазами. Не стоит говорить неизвестному, что представитель закона собственной персоной стоит в нескольких сантиметрах от трубки и подслушивает их телефонный разговор. – Да, да, все это, конечно, очень интересно, – весело сказала она в трубку, – но как я узнаю...

Голос оборвал ее на полуслове:

– Двадцать пять тысяч.

– Боже мой, какая уйма денег!

– Достань их. – Неизвестный отключился.

Внутри у Хэлли все оборвалось. Двадцать пять тысяч долларов! Эта цифра не переставая крутилась в ее голове.