Джо Келлоу - Эхо давней любви

Она поудобнее устроилась в шезлонге, но читать так и не стала. Блаэр закрыла глаза: перед ее мысленным взором возникли дела о разводах, которые она вела на этой неделе. Она сосчитала их. Сто одиннадцать. Она снова пересчитала. И тридцать восемь новых клиентов только за одну неделю. У Блаэр их было больше, чем у любого другого юриста в городе.

Хотя время от времени у нее появлялись не самые приятные чувства при мысли о том, что своей работой она в какой-то мере поощряет разводы, Блаэр очень гордилась своими профессиональными достижениями. Среди юристов ее называли не иначе, как «женский адвокат». Она специально к такой славе не стремилась, но в глубине души была довольна, тем более что такая репутация приносила ей известность и добавляла клиентов.

В свои двадцать девять лет после трехлетней практики, Блаэр была уже достаточно опытным юристом, уверенным в правильности своих решений.

Она отложила газеты, взяла со стола стакан томатного сока и залюбовалась изумительным апрельским утренним небом. Блаэр глубоко вдохнула свежий аромат первых весенних цветов, душистый и дурманящий. Она сладко зевнула и потянулась, с радостью подумав о том, что эта благодать будет продолжаться целый день. Прошедшая неделя изнурила ее ум и тело.

Блаэр положила под голову мягкую подушку и закрыла глаза. Через несколько секунд она уже дремала. Вокруг нее была первозданная тишина. Слышалось только посапывание спящей собаки.

Вдруг Баронесса громко, пронзительно залаяла, а шерсть на ней встала дыбом.

Блаэр от неожиданности резко вскочила и с удивлением посмотрела на разбушевавшуюся собаку, бросавшуюся на невесть откуда появившегося визитера. Его присутствие казалось нереальным. Это был худой, темноволосый мужчина с колючим взглядом голубых глаз, его тяжелый подбородок свидетельствовал о сильном характере.

— Я буду вам очень признателен, если вы утихомирите свою собаку, — грубо сказал он.

— Что вы здесь делаете? — вскричала Блаэр.

— После вашей добросовестной работы мне некуда больше идти! Вы, наконец, заставите собаку замолчать! — он замер, когда Баронесса кинулась на него, продолжая пронзительно лаять и все более свирепея.

— Баронесса, ко мне! — крикнула Блаэр, и собака неохотно улеглась у ее ног, продолжая рычать. — Ну, а теперь скажите, что вам надо? — спросила Блаэр.

Незнакомец не сводил глаз с собаки.

— Что у нее с носом? — спросил он. — Такого большого носа не бывает у немецкой овчарки.

— Что у нее с носом, вас не касается, — зло ответила Блаэр. — Я хочу знать, в чем дело. Кто дал вам право вторгаться в чужой дом?

— Вы Блаэр Беннет, не так ли?

— Да, это я.

— Юрист? — теперь его голос напоминал рычание собаки.

— Да, это так, — холодно ответила она. Блаэр готова была поклясться, что в жизни не видела мужчины более злого и в то же время более привлекательного, чем этот.

— Вы хоть знаете, что наделали?

— Нет, — она с трудом сдерживала себя, — почему бы вам не сообщить мне об этом? Но, пожалуйста, побыстрее. У меня большое желание позвонить в полицию и вышвырнуть вас отсюда.

Баронесса опять залаяла.

— Давайте! — закричал он. — Я ожидал чего-то подобного. Скорей вызывайте полицию! Вызывайте патрульный вертолет! Звоните в Национальную гвардию! Делайте то, что подсказывает вам ваше сердце!

Неожиданно в его голосе зазвучали нотки сарказма:

— Хотя вряд ли у вас есть сердце!

Блаэр ответила про себя эту смену настроения.

— Не волнуйтесь, у меня, как и у вас, есть сердце.

Неожиданно до нее дошло, что этот разгневанный мужчина — тот самый вчерашний аноним, которого она видела у дверей своей конторы.

— Черта с два!

В этот момент в дверях появилась Лана Гаррис.

— Блаэр, дорогая, почему Баронесса так разлаялась?

Вдруг она с изумлением уставилась на непрошеного гостя.

— Митч? Неужели это ты? — вскричала она, будто не веря собственным глазам. Выражение лица незнакомца изменилось до неузнаваемости. Он ответил Лане теплой, дружеской улыбкой.

— Привет, Лана! Как ты? Как Рон?

Блаэр удивленно смотрела на них.

— Рон прекрасно поживает. Сейчас его нет. Он по субботам играет в гольф. Когда ты вернулся?

— Вчера днем. Прилетел самолетом из Вашингтона, — он поглядел на часы. — Я нахожусь в Штатах всего каких-то двадцать четыре часа, а уже столько всего случилось! И все благодаря Шарлотте и твоей соседке.

Блаэр задумалась, пытаясь понять, в чем же дело. Но она так и не смогла припомнить никого по имени Митч или Шарлотта.

— Неужели вы с Шарлоттой разводитесь? — с сочувствием спросила Лана.

Помолчав, Митч ответил:

— Боюсь, что так.

Глаза Блаэр расширялись по мере того, как до нее, наконец, начинало доходить.

— Бог мой, — пробормотала она, — Шарлотта Морган против Вильяма Митчела-младшего!

Обстоятельства этого процесса с самого начала были неординарными: истица требовала передачи ей всей собственности, а со стороны мужа протеста не последовало.

С нескрываемым изумлением Блаэр вновь посмотрела на мужчину. Он продолжал весело болтать с Ланой и вдруг, обернувшись и указав на Блаэр, грубо спросил:

— И когда эта бессовестная успела поселиться рядом с вами?

— О! — Лана звонко рассмеялась: — Блаэр уже год, как наша соседка.

— Отлично! Значит, мы прекрасно проведем время все вместе. Скажи Рону, что я зайду к вам попозже. Возможно, мы с ним сходим завтра куда-нибудь. Я решил остановиться здесь. До тех пор, пока не отсужу обратно свой дом.

— Заходи, Рон будет очень рад, — ответила Лана, а затем крикнула Баронессе: — Пойдем девочка, пойдем домой. Я положу лед на твой носик.

Повернувшись к Блаэр, Митч сказал с придыханием:

— Я думаю, вы не будете возражать против моего присутствия?

2

Блаэр остолбенела. Затем резко повернулась к мужчине по имени Митч, который смотрел на нее с таким презрением, какого она никогда в жизни не встречала.

— Я не знаю, что вы там задумали, мистер Морган, — сказала она, еле сдерживая нарастающую злость, — но я заявляю вам, что, если вы сделаете хоть шаг в направлении моего дома, я немедленно вызываю полицию!

Не обращая ни малейшего внимания на ее слова, он уже направился к веранде.

Чаша ее терпения переполнилась:

— Убирайтесь или я немедленно звоню в полицию!

Он остановился и пожал плечами:

— Я уже сказал вам — валяйте. И не забудьте пригласить прессу. Я буду рад дать им исчерпывающую информацию о ваших проделках. Я с удовольствием сообщу им о том, что вы натворили в мое отсутствие, пока я был за границей, помогая слаборазвитым странам выйти на путь прогресса. И вот я возвращаюсь домой и что же здесь нахожу? У меня больше нет моего собственного дома! Я хочу, чтобы все знали о том, что вы наделали. Может, после этого я стану настолько известным, что меня пригласят в программу «Человек дня» или даже в шоу Фила Донахью. Кто знает, чем закончится вся эта история?