Глория Даймонд - Напрасные упреки

— Приятели?

Шон отрицательно покачал головой.

— Опять нет. Все свободное время она проводит с Дэвидом, По ночам работает сиделкой. Так что тут не до любовных похождений.

— А кто же остается ночью с Дэвидом?

— Пожилая дама, живущая в том же доме.

— А об этой даме что ты можешь сказать? — Шелдон знал, что хватается за соломинку, но, черт возьми, должна же найтись хоть какая-то трещина в броне добродетели Дороти Джексон! — Может быть, эта дама не годится на роль ночной няни?

Шон невольно улыбнулся, уловив просительную интонацию в голосе друга. Жаль, конечно, но придется разочаровать его.

— Тебе хотелось бы, чтобы в этой даме было что-то от ведьмы, которая удирает по ночам на шабаш, оставляя крошку Дэвида одного в колыбельке. — Он покачал головой. — Извини! Ничего подобного нет. Очень достойная женщина, бывшая медсестра, сейчас на пенсии, снимает у Дороти комнату и по мере надобности сидит с малышом.

— Господи!.. — тяжело выдохнул Шелдон.

— Понимаю. — Взгляд Шона был полон сочувствия. — В этом мире, забывшем о доброте, мы вдруг наталкиваемся на земных ангелов.

Шелдон скептически усмехнулся.

— Одинокие двадцатишестилетние ангелы — большая редкость. Почему у нее нет дружков? Неужели она такая уродина?

— Ничего подобного! Как раз наоборот! — от души возмутился Шон.

Шелдон задумался. Ему стоило заранее взглянуть на фотографию Дороти Джексон. Шон обычно плохо поддавался чарам хорошеньких женщин, тем более когда знакомился с ними по ходу своей адвокатской деятельности. Однако его отношение ко всей этой истории заметно изменилось с тех пор, как он узнал женщину, усыновившую Дэвида. Его позиция, несомненно, смягчилась.

— Так почему же в ее жизни нет мужчин? — решил уточнить Шелдон. — Это странно.

— Нет, нет, — поспешил возразить Шон. — Разумеется, в ее жизни были мужчины. Пять лет назад она была помолвлена с адвокатом по фамилии Гауэр. Я и о нем навел справки. Внешне симпатичный, деловой, но, что касается нравственных качеств… Похоже, он был не в восторге от появления пасынка и расторг помолвку.

— И все же…

— Ну, она пережила какое-то разочарование и в юности… — неохотно проговорил Шон и замолчал, ругая себя за то, что сболтнул лишнее. Чтобы скрыть смущение, он начал возиться со шнурками кроссовок. — В общем, повторяю, для нас ничего нет. Обычная женщина, пока не замужем. Не святая, но близка к этому.

Однако Шелдон был не из тех, кто легко сдается.

— О каком это разочаровании в юности ты говоришь?

— Старая история, — пробормотал Шон, продолжая перевязывать шнурки. — К нашему делу отношения не имеет.

Шелдон, помрачнев, испытующе взглянул на друга и спросил более резким тоном:

— На чьей ты стороне в этом деле, Шон?

Приятель оторвался от шнурков и поднял голову.

— На твоей. — Прямой взгляд карих глаз был знаком Шелдону с детства. Честность и открытость Холдена уже тогда заставили сверстников признать в нем непререкаемого судью во всех мальчишеских спорах. — На твоей. И ты это знаешь.

— Так почему же ты от меня что-то скрываешь? Если ты узнал что-то такое, что мы можем использовать…

Шон откинулся на спинку скамейки.

— Послушай, это действительно старая история… В шестнадцать лет Дороти Джексон забеременела. Ее дружок был немногим старше. Родители обоих подростков пришли в ужас, как ты понимаешь. Беременность закончилась трагически: ребенок умер. И кроме того, вероятно, у Дороти уже не будет больше детей, — взволнованно закончил он, искренне сочувствую женщине и злясь на друга за то, что тот вынудил его разоткровенничаться.

Между тем Шелдону тоже было жаль незадачливую девчонку, однако он остался непреклонен.

— Довольно прискорбно, но это не дает ей права красть чужого ребенка, разве не так?

Взгляд Шона стал жестким. Теперь он выглядел таким же неуступчивым, каким его привыкли видеть коллеги в суде. Но Шелдон не обратил внимания на опасно вспыхнувшие глаза друга.

— Почему бы нам ни использовать информацию? Может, у вышеназванной Джексон с тех пор появилась навязчивая идея заполучить ребенка. И для этого она была готова пойти на все, даже на подделку документов. Если это можно было бы доказать…

— Господи, Шелдон! Ты соображаешь, что говоришь?

— Что? Я просто вижу жизнь такой, какая она есть. Сейчас не время проявлять щепетильность…

Вопль, донесшийся с детской площадки, прервал их беседу. В шуме начавшейся суматохи Шелдон ясно различал крики ребенка. Внутри у него словно все оборвалось. Заставив себя обернуться, он понял, что оказался прав: качели были пусты. Веснушчатый малыш лежал на земле, а испуганная мать склонилась к нему, причитая и стараясь успокоить. Потом подхватила сынишку на руки.

Проклятье! — выругался про себя Шелдон. Он ведь знал, что так произойдет. Ему следовало предупредить мать или самому вмешаться. Но у него не было на это права. Ведь это был чужой ребенок, не его.

Он постарался одолеть ощущение собственного бессилия. Сейчас он должен помнить лишь об одном: где-то в этом городе сын его брата, вероятно, тоже нуждается в помощи, а у него до сих пор нет права оказать ему эту помощь. Шелдон снова выругался.

— Дэвид будет моим! — решительно заявил он, обращаясь к Шону. — Меня не волнует твое мнение. Мне все равно, что думают другие. Мальчик — мой племянник. Моя плоть и кровь. Клянусь, я заберу его у той женщины, чего бы это мне ни стоило!

К удивлению Шелдона, взгляд Шона вновь потеплел. Он перевел взгляд на плачущего испуганного мальчугана.

— Хорошо. Мы что-нибудь придумаем.

— Я уже придумал! — резко бросил Шелдон, вынимая ручку из внутреннего кармана пиджака. — Дай мне адрес этой Джексон.

Шон едва заметно вздрогнул.

— Что это вдруг? Мне казалось, ты советовал не идти на контакт с ней, чтобы она не узнала о нашем расследовании.

— Я и сейчас того же мнения. — Шелдон протянул другу ручку и черную записную книжку. — Просто дай мне ее адрес.

— Что ты, черт возьми, замышляешь? — Он нехотя написал несколько слов и, глубоко вздохнув, вернул книжку.

Шелдон мельком взглянул на запись — он запомнит указанный адрес до конца жизни. Затем посмотрел на маленького мальчика, которого мать уводила с площадки. Малыш все еще продолжал хныкать.

— Я задал тебе вопрос, — медленно, с раздражением произнес Шон за его спиной. — Что ты собираешься делать?

Слегка повернув голову, Шелдон искоса посмотрел на друга.

— Все, что потребуется, — мрачно заявил он, запихивая записную книжку в карман. — Все, что потребуется!