Донна Стерлинг - Его забавы, ее заботы

Джейк всегда раздевал ее взглядом — и Бриану, и любую другую мало-мальски женственную особу, попавшуюся на его пути. Чертовщина какая-то, но стоило ей подумать о Джейке, вспомнить все отвратительные трюки, которые он с ней вытворял, унижения, которым он подвергал ее, страх встретить его, всегда живший в ее сердце, и… всякое влечение к Эвану исчезало.

Поднявшись с банкетки, Бриана критически оглядела себя в зеркале: черное, открывавшее плечи кашемировое платье, которое она купила по случаю, мягко облегало ее тело.

— Как я выгляжу?

— Ошеломительно! — признала Хлоя.

— Я хочу, чтобы в тот же миг, как я войду в его двери, он понял: этот вечер особенный. — И хотя это была правда, в душе она знала, ее сверхусилия нужны ей не меньше, чем ему: она сама нуждалась в близости с Эваном, чтобы обрести душевное равновесие и не терять его впредь. Чтобы взять верх над былыми увлечениями. — Я хочу настолько вскружить ему голову, чтобы он и меня увлек в другое измерение.

— А до сих пор он тебя не увлекал?

— Я не это имела в виду. — Говоря по совести, не могла же она обвинять Эвана в недостатке своих чувств к нему. Просто наличие брата-близнеца отнюдь не помогало Эвану. — Спасибо за помощь, Хлоя. Теперь я в себе уверена.

Бриана проводила подругу до парадной двери. Был вечер пятницы, и у Хлои, разумеется, тоже было назначено свидание.

Бриана брызнула на себя духами и в последний раз глянула в зеркало. Она с трудом узнавала себя. Эван наверняка удивится перемене! Сегодня вечером она готова на все, нет препятствий на их пути… И никаких мыслей о Джейке.

Впрочем, не важно, если Джейк и появится. Он вечно летал на реактивных самолетах в разные регионы Земли, но все свои возвращения умудрялся делать скандальными.

Когда на балу благотворительного фонда она танцевала с Эваном — редкое удовольствие до тех пор, пока они не начали встречаться, — Джейк вмешался и настоял, чтобы она вальсировала с ним, а потом, вместе с ней, оказался в бассейне. Он утверждал, что оступился, но Бриана-то знала, что он сделал это нарочно.

В следующий визит — в ее день рождения — он прислал ей «поющую телеграмму»: вдруг посреди ее речи в клубе на сцену забрался человек в форме полицейского, запел извечную «Хэппи бездей ту ю», надел на микрофон наручники, потом, продолжая петь, заскакал вокруг нее, сбрасывая с себя одежду. Джейк наверняка хорошо ему заплатил — иначе что заставит молодого человека прыгать по сцене и раздеваться до нелепой набедренной повязки? Джейк Роуленд наверняка сидел в глубине зала и забавлялся от души. Пальцы Брианы сжались в кулак при этом воспоминании.

Но сегодня вечером она не будет думать о Джейке! Набросив мягкое черное пальто, она вышла из своего бунгало, и стук ее высоких каблуков по каменным плитам раздался в бодрящем октябрьском воздухе. Эван уже должен вернуться домой из служебной поездки — его самолет приземлился сегодня в полдень.

К тому времени, когда вечер закончится, у Эвана не останется сомнений в том, что она способна наслаждаться самым бурным сексом с ним.

Городской дом Эвана и пятиэтажное здание офиса позади него, расположенные в деловой части города, принадлежали его семье. В доме слабо светились окна — значит, в камине разожжен огонь. Она задержалась на ступеньках перед дверью, стараясь унять легкую дрожь. Что, если он не один?

Но, тряхнув головой, отогнала сомнения: Эван не привел бы в дом другую женщину, не порвав сначала отношений с ней самой, — он слишком ценил благопристойность и порядочность, и это больше всего ей в нем нравилось.

Протянув чуть дрожавшую руку, Бриана позвонила. Когда отклика не последовало, она вздохнула с облегчением — пронзительным облегчением, потому что поняла: она все равно не смогла бы пройти через это. Розыгрыш самого низкого пошиба — неожиданный вечерний визит, соблазнительный наряд… Возможно, к лучшему, что он не отзывается.

Едва она собралась было уйти, как дверь отворилась.

Эван с влажными, едва подсушенными полотенцем волосами явно только что вышел из душа — об этом свидетельствовало полное отсутствие одежды на нем (полотенце на бедрах не в счет). В совершенном изумлении он смотрел на нее. Бриана отвечала ему тем же. Бронзово-загорелое великолепие его лица и мускулатуры почти потрясло ее. Он явился ей самым привлекательным мужчиной, каких она когда-либо видела.

— Бриана? — В его низком голосе звучало приятное удивление: до сих пор она не приходила без предварительного звонка. Он прислонился к косяку, и ленивая улыбка приподняла один из уголков его губ. — Давно мы не виделись.

Завороженная этой улыбкой, она почувствовала какой-то трепет, идея обольщения вдруг перестала казаться ей такой уж нелепой. Ведь он принял условия предложенной ею игры. И, может, она была к этому готова.

— Давно, — пробормотала она. — Слишком давно.

Она прошла за ним в дом, скинула пальто и повернулась, пристально разглядывая красивое лицо и отчего-то затаив дыхание. Чувственный импульс, посланный им, оказался куда мощнее, чем она могла надеяться. А ведь они еще даже не коснулись друг друга!

Ободренная началом, она бросила пальто на стул и поцеловала его в губы. Желание пронзило ее!

Отпрянув, она заметила, что удивление его возросло, и вспомнила о переменах в своей внешности: прическа, макияж, вызывающе сексуальное платье, высокие каблуки… Он смотрел на нее как громом пораженный, и ей это понравилось.

— Хорошо, что я застала тебя дома, — промурлыкала она.

Он, оторвав взгляд от лица, оглядел ее всю. Она почувствовала волнение — ей еще не приходилось быть в роли соблазнительницы. Когда его глаза возвратились к ее лицу, почти осязаемая напряженность ощущалась в воздухе. Несомненно, он догадался об ее замысле! Но не сделал никакого движения ей навстречу.

Она облизнула вдруг пересохшие губы:

— Я думала, что приятно удивлю тебя.

— Еще как!

И тут, после мыслей о неожиданном визите и его цели, затрепетало другое сомнение:

— У… у тебя нет планов на сегодняшний вечер?

— Никаких, которым помешало бы твое присутствие. Будь как дома, — он указал на диван перед камином, где потрескивали в огне поленья. — Мне нужно пойти что-нибудь на себя набросить.

Испугавшись, что исчезнет ее настроение, если будет слишком много времени на раздумья, она подошла и коснулась его руки. Его мускулы сразу напряглись под ее пальцами — он был сегодня чувствительнее, чем обычно, и это возбуждало ее еще больше.

— Не надо, — попросила она, — все равно придется опять все сбрасывать.

Вид у него был оглушенный, темные брови сошлись на переносице.