Мари Феррарелла - Впереди - самое лучшее

Официант споро придвинул стул, и Шайен села не глядя.

— Это мне следует благодарить вас, — поправила она Гранта. Ее улыбка была точной копией его ослепительной светской улыбки. Она весьма ловко копировала манеры других людей. И когда хотела успокоить своих собеседников, дать им свыкнуться с окружающей обстановкой, то непременно подражала их манерам.

Сплетя пальцы, Шайен опустила на них подбородок. «У него зеленые глаза», — заметила про себя она. Насыщенного зеленого оттенка. Таким цветом отсвечивает мох в первых утренних лучах солнца. Интересно, скольких женщин затащил О’Хара в постель с помощью вот этих чуть улыбающихся глаз? Как будто не довольно высоких скул и ямочки на подбородке.

Этот мужчина — просто воплощение чувственности. И она постарается запечатлеть все оттенки этой чувственности на пленку. И вообще попытается выжать все возможное из этого интервью, которое он согласился дать в одну из редких для него праздных минут. Читательницы «Моды» придут в восторг от следующего номера. Мужчины же, вероятно, просто приколют фотографию с обложки на мишень для метания дротиков и будут на ней практиковаться в бросках. Возможно и другое: взирая на Гранта О’Хара, они станут пытаться внешне походить на него.

«Дело не в том, что Гранту О’Хара не пришлось выбиваться из нищеты, — подумала она, продолжая глядеть в его глаза. — Просто этот мужчина родился не с одной, а сразу с двумя серебряными ложками во рту». Однако всего, что он имеет, — по слухам, которые подтвердил Стэн Келлер, — он достиг сам, без помощи своего отца, Шона О’Хара. И без его денег.

Только благодаря упрямству в характере О’Хара. Ну, вероятно, он не столь упорный, как сама Шайен, но уступит немногим. Черта, достойная восхищения. «Если, конечно, прочитанная мною краткая биография была правдой и если Стэн Келлер не навешал мне лапшу на уши: ему ведь так хотелось заполучить статью», — подумала она. А Стэну и впрямь не терпелось увидеть готовый материал. Публика устала от рассказов о бедствиях королевского, обретающегося за океаном, дома. Ей подавай его или ее величеств местного происхождения. А богатые, особенно достигшие богатства собственным трудом, в этой стране считаются чуть ли не королями.

Она попыталась представить, что прекрасные, черные, точно вороново крыло, волосы украшает корона. Интересно, есть ли у О’Хара подходящий костюм для празднества на Марди Грас и удастся ли уговорить его надеть корону и сняться в ней.

«Если ей несколько не по себе из-за этого интервью, — подумал про себя Грант, — то она не показывает вида». Ему нравилась ее выдержка.

— Итак, — начал он, — мы выразили друг другу благодарность за встречу и на том сравнялись по очкам.

Ее губы тронула легкая улыбка. Всем было прекрасно известно, какого рода мыслей придерживается Грант О’Хара о персонах, пытающихся взять у него интервью.

— Отчего вам не приберечь свое мнение к концу встречи?

Грант, соглашаясь с ее предложением, склонил голову. По крайней мере она не обещает ему, что будет ненавязчива и он даже не заметит ее присутствия. Честность в человеке он ценил.

— Хорошо, я так и поступлю, — он посмотрел налево.

Поняв намек, официант подал им два меню с золотой каемкой. Грант не стал открывать свое. Из-за постоянной занятости он редко по-настоящему обедал и даже тогда бумагам, оказавшимся под рукой, уделял больше внимания, чем содержимому тарелки. Однако ему пришла в голову мысль, что быть может, его интервьюерша голодна.

— Прекрасная выучка, — заметила Шайен, кивнув головой в сторону официанта, который тихо появлялся всякий раз, как в нем возникала необходимость.

— Дело не в выучке. Мне принадлежит часть ресторана. Служащим доставляет удовольствие угождать мне.

Интересно, подумала Шайен, как далеко они могут зайти, угождая ему.

— Немного легкого вина, а? — спросил Грант. — В винном погребке у нас найдется несколько бутылочек, которые придутся вам по вкусу.

Шайен покачала головой.

— Минеральной воды, — попросила она.

Грант, подняв два пальца, показал их официанту. Тот, понимающе кивнув головой, удалился. Грант перевел взгляд на нее:

— Не пьете?

Она небрежно пожала плечами.

— Нет необходимости.

Его взгляд скользнул по пустому фужеру.

— Вот никогда не думал, что вино пьют в силу необходимости.

Она вспомнила о своей матушке — о том, как та искала и не находила на дне бутылки решение собственных проблем.

— Вам повезло. Некоторым же без стакана и жизнь невмоготу.

Он внимательно рассматривал ее. Ему удалось обнаружить в линии подбородка небольшой, почти неприметный налет жесткости. В ее прошлом кто-то злоупотреблял спиртным.

— Но не вам.

Шайен спрашивала себя, кто же у кого берет интервью. Впрочем, не будет вреда, если О’Хара задаст несколько вопросов. От этого он лишь почувствует себя свободнее.

— Алкоголь только мешает, — Шайен положила руку на футляр с фотоаппаратом. — Работа отнимает много сил.

Она нежно, словно по руке любимого человека, провела по аппарату.

— К счастью для вас.

— И Стэна Келлера, — вставила она. И, заметив, как О’Хара приподнял бровь, добавила: — Ему по душе то, что я делаю.

Вновь появившийся официант, поставив два бокала с минеральной водой, убрал со стола пустые фужеры.

— Мне нравится Стэн, — как бы между прочим произнес Грант.

— Теперь я понимаю, почему вы согласились дать интервью.

Она внутренне улыбнулась, вспомнив буйную радость Стэна два дня назад, когда он позвонил ей по телефону. «О’Хара у меня в кармане! — ликовал он. — Я заполучил, прямо со всеми потрохами, этого сукина сына. Он наш, только и осталось, что взять его на блюдечке. Предупреждал же я его, что мне везет в карты!» — со смехом добавил он.

Им обоим, пояснил Стэн, не везет в любви. Единственная разница в том, что у Гранта намного больший выбор, но все равно удача отворачивается от него.

Грант уклончиво пожал плечами.

— Мы со Стэном в университете учились на одном факультете.

Стэн никогда не говорил, откуда он знает Гранта, а она не совала нос в чужие дела.

— Он старше вас, — удивленно проговорила она.

— Выбрали что-нибудь? — спросил Грант, указывая на меню и пропуская мимо ушей ее замечание.

Шайен отмахнулась от вопроса.

— Благодарю вас, я потом выберу.

«Да, — подумал он, — она-то уж несомненно выберет». И наконец ответил на ее реплику:

— Стэн, прежде чем поступить в университет, в течение пяти лет зарабатывал деньги.

Тогда ему сразу же пришелся по душе этот ушлый, занимающийся журналистикой студент, с которым судьба свела его в одной комнате.