Лилиан Пик - Недоступный мужчина

— Да, действительно, мисс Пархэм, я — математик, как и ваш отец. Но это вы произнесли слово «умный». Я такого не говорил.

— Ах, но к доктору Крэйфорду оно, без сомнения, применимо, дорогая. Он недавно получил докторскую степень, так что не обращай внимания на его скромность.

Розали не смогла удержаться от искушения съязвить в адрес обидчика.

— Доктор Крэйфорд — скромный? Ты удивляешь меня! Мне бы и в голову никогда не пришло приписать ему подобное качество.

— Ага, у нее уже зуб на вас, доктор Крэйфорд. Понимаете, она живет в семье ученых, ее мать тоже математик, и с годами приобрела аллергию на ученых — уверяю вас, это ее собственные слова — из-за того, что, как она говорит, ей с детства навязывали определенный взгляд на мир. Хотя, должен признаться, мне это как-то никогда не приходило в голову.

— Понятно.

Крэйфорд так пристально рассматривал ее, что Розали рассердилась.

— Едем домой, папа? — спросила она ледяным голосом. — Мне не помешала бы чашечка чая, чтобы прийти в себя после сегодняшних неприятных впечатлений.

Отец ухватился за ее слова.

— Неприятных впечатлений? Тебе не понравился твой первый день работы?

— Очень понравился. — Она взглянула на доктора Крэйфорда, надеясь, что тот понял ее намек. — Я говорю не об этом.

Франклин Пархэм захлопнул свой портфель, взял дочь под руку.

— Встретимся завтра, доктор Крэйфорд, и обсудим совместную работу, о которой мы говорили. — Он повернулся к Розали: — Доктор Крэйфорд поможет мне написать учебник по математике, о котором я так давно думаю.

Она подняла брови, постаравшись изобразить пренебрежение, и пробормотала:

— Очень мило с его стороны.

Крэйфорд улыбнулся.

Дома, повесив в холле пиджак, Розали сразу же прошла на кухню. Слава богу, что есть такая вещь, как программируемая плита, подумала она, надевая варежки-прихватки и открывая дверцу духовки. Там в кастрюле булькало мясо. Отключив духовку, она достала из холодильника фруктовое желе, вытряхнула его из формочки на тарелку, потом открыла пачку свежих сливок. И в этот момент на кухню заглянула вернувшаяся домой Сара Пархэм.

— Привет, милая. Ты уже приготовила ужин? Очень мило с твоей стороны.

Розали обняла мать — невысокую, стройную, рыжеволосую и все еще красивую женщину, несмотря на ее приближающееся пятидесятилетие.

— Ты же знаешь, я всегда готовлю ужин, мам.

Сара осторожно высвободилась из объятий дочери.

— Мне надо поговорить с твоим отцом. Хочу, чтобы он помог мне с математической задачей, которую попросил меня решить один студент. Отец наверху?

Розали кивнула, слегка расстроенная рассеянностью матери — могла бы и поинтересоваться первым днем ее работы в колледже.

— Пойду умоюсь, — сообщила Сара и пошла искать мужа.

Родители так долго оставались наверху, разговаривая и смеясь, что Розали пришлось их позвать. Но они и тогда не спустились, наверняка увлеченные решением задачи, о которой сказала мама.

Розали смирилась с мыслью, что ей придется, как это нередко бывает, начать ужин одной. «Они так счастливы вдвоем, что я им совсем ни к чему», — пожалела она себя и тут же устыдилась, что такая мысль вообще могла прийти ей в голову.

Наконец родители явились, держась за руки, и только под конец ужина Сара вспомнила, что у дочери был первый день на новой работе.

— О, извини, пожалуйста, — спохватилась она, — и как я могла забыть? Ну как, в колледже тебе понравилось больше, чем в школе?

Счастливая, что ее наконец включили в разговор, Розали принялась с энтузиазмом рассказывать.

— О, мама, гораздо больше. Здесь все по-другому. Студентам действительно интересно то, чему их учат. С такими людьми даже легче разговаривать, чем с маленькими детьми…

— Она познакомилась с моим хорошим другом доктором Крэйфордом, — сообщил жене Франклин. — Я уже говорил тебе, Сара, что теперь, когда Адриан получил докторскую степень и у него появилось больше свободного времени, он согласился поработать вместе со мной над учебником.

— Как мило с его стороны, дорогой. А как ты думаешь, он сможет помочь с этой задачей, которая поставила меня в тупик?

Франклин задумчиво потер подбородок:

— Во всяком случае, можно его попросить. Он очень любезный малый.

Розали с трудом удалось сдержать ироничный смешок.

— Мне кажется, мы можем пригласить его на ужин, обсудить будущий учебник, а заодно и заинтересовать этой задачей.

— Папа, предупреди меня, когда именно он придет, — решительно вмешалась в разговор родителей дочь. — Мне же надо будет что-то купить к столу.

— Я завтра спрошу его, милая. — Неожиданно отец с досадой щелкнул пальцами. — Хотя нет, не смогу. У меня же конференция в Лондоне. Но почему бы тебе его не пригласить? Вы же теперь знакомы.

Розали нахмурилась. Приглашая доктора Крэй-форда, ей придется вести себя вежливо. Но получится ли у нее? Однако, чтобы не объясняться с отцом, ей пришлось согласиться.

— На какой вечер его приглашать?

— Дай подумать, сегодня понедельник. — Франклин посмотрел на жену. — Как насчет вечера среды, дорогая?

Сара заглянула в ежедневник.

— Отлично. Я как раз свободна. В четверг собрание академического совета университета, на котором я должна присутствовать. А тебя устроит среда, Розали?

Та кивнула и тут же мысленно принялась прикидывать, какие продукты надо купить. Во вторник в обеденный перерыв придется пройтись по магазинам, вечером приготовить еду, а утром в среду поставить ее в духовку, включив таймер.

Ужин подошел к концу.

— Оставь это все, милая, — рассеянно произнесла Сара. — Я потом уберу.

Но Розали только улыбнулась, потому что слышала такое не раз. Она убрала со стола, помыла посуду, зная, что отец с матерью теперь на несколько часов запрутся в кабинете, обсуждая свою работу, а к тому времени, как наконец выйдут оттуда, мама напрочь забудет, что надо помыть тарелки.

Конец вечера она провела в своей комнате, готовясь к завтрашним занятиям.

На следующий день Розали встретила доктора Крэйфорда в коридоре. Проходя мимо, он явно хотел ее проигнорировать, но она, собравшись с духом, его окликнула.

Крэйфорд остановился как вкопанный и с раздражением воззрился на нее так, что на секунду ей даже показалось, что он ее не узнал. Она заколебалась, подбирая в уме такие слова, чтобы сразу было видно, что она не имеет к приглашению никакого отношения.

— Да, мисс Пархэм?

Розали невольно поежилась, услышав в его голосе неприязнь. Неужели она ему настолько несимпатична?