Кристина Джонс - Семейный бизнес

— Твоя мамочка скоро придет, — прошептала она, — а потом тебя посмотрит доктор.

Ребенок, хоть и не был идеально чистым, но выглядел вполне здоровым. «Скорее всего, заболел не он, а его мать, — размышляла Джорджия, продолжая качать младенца. — Может быть, у этой ерзающей Сабрины проблемы с мочевым пузырем? Она, похоже, надолго застряла в туалете». Однако ее дальнейшие размышления были внезапно прерваны звуком раскрывающихся автоматических дверей: прибыло подкрепление из «Диадемы».

Сесилия, бабушка Джорджии, выглядела просто роскошно в своем каракулевом манто, небрежно накинутом на платье от Джин Муир. Ее светлые, коротко остриженные волосы блестели, несмотря на тусклое освещение. Бабушка прошествовала через зал регистратуры.

— Боже мой! — Сесилия уставилась на Джорджию и ребенка. — Это еще что такое?

— Младенец. Его мама на минутку отлучилась. — Джорджия посмотрела поверх бабушкиного плеча. — Ты сама доехала?

Сесилия элегантно присела на место отсутствующей Сабрины и пощекотала ребенка:

— Кенни меня подвез — за вечер я выпила несколько сомнительных коктейлей Мики Соммервиля.

Джорджия вздохнула с облегчением. Приехали только ее бабушка и Кен Полдруан. Могло быть намного хуже.

— И где сейчас Кен?

— Ищет место для парковки. Есть какие-нибудь новости о Джеде?

— Его сейчас осматривают. Я еще не видела Триш. Мне сказали, что надо подождать.

Сесилия озабоченно посмотрела на Джорджию:

— Дорогая, ты же не надела пальто. Ты, должно быть, замерзла?

— Нисколечко. Все мои теплые вещи в машине. Мне просто было некогда их надевать.

— Ну хотя бы оденься, как следует, когда отправишься домой, — сказала заботливая бабушка Сесилия. — Не хватало нам потерять еще одного сотрудника нашей компании. Ну, вот — Кенни, кажется, уже припарковался.

Кен Полдруан, механик, иногда подменявший водителей, управляющий хозяйством компании и бывший любовник Сесилии, пробирался к ним вдоль длинных рядов стульев. В щегольском белом смокинге, загорелый, с черными усиками, он был очень похож на Энгельберта Хампердинка.

— Славный малыш. — Кен дружески обнял Сесилию за плечи. «Сегодня он как никогда похож на мафиози, — промелькнуло у Джорджии в голове. — Может, все дело в освещении?» — Где ты его нашла?

— Его мама отлучилась в туалет, — пояснила Сесилия, — и попросила Джорджию присмотреть за ним… Ой, кажется, это Триш!

К ним подбежала Триш Томас, жена Джеда и секретарша «Диадемы». Ее волосы были растрепаны, темно-голубое вечернее платье измято, а макияж смыт слезами.

— У Джеда оказался перитонит. Его отправили прямо в операционную. О боже!

Кен сильнее сжал плечо Сесилии и улыбнулся, показав белоснежные зубы.

— Перитонит? Ну слава богу. Это просто замечательно.

— Что?!

Джорджия, Сесилия и Триш уставились на него. Губы Триш дрожали. Кен весело кивнул.

— Врачи со «скорой» сказали, что это могло быть пищевое отравление. Если бы это вдруг оказалась сальмонелла, мы бы все пострадали.

Сесилия сердито посмотрела на Кена, а Триш снова залилась слезами.

— Присядь. — Джорджия похлопала по стулу рядом с ней. — Ну же, не обращай внимание на Кена — он злится, потому что бабушка провела сегодня весь вечер со Спенсером Бримстоуном.

Триш отвернулась от Кена и села рядом с Джорджией, приложив платок к глазам.

— Врачи говорят, что это серьезно, хорошо еще, что помощь подоспела вовремя. Одному богу известно, сколько продлится операция. Господи, но ведь все обойдется? — Она всхлипывала на плече у Джорджии.

— Конечно, с Джедом все будет в порядке. Это замечательная больница, лучше не бывает. Скоро его поставят на ноги. — Джорджия выдавливала из себя избитые фразы, ощущая свою беспомощность.

— Помолчи, Джорджия, я тебя умоляю! — простонала Триш, с интересом разглядывая младенца. — Чей это ребенок?

Джорджия, знавшая о том, что Триш и Джед отчаянно хотели иметь ребенка и даже копили деньги на искусственное оплодотворение, сомневалась, что сеанс заместительной терапии был уместен именно сейчас, но все же еще раз повторила историю о Сабрине и ее мочевом пузыре.

Заплаканное лицо Триш озарилось улыбкой.

— Ему, должно быть, всего несколько месяцев. Можно я его подержу?

— Возьми малыша, а я пойду, посмотрю, как там его мама. — Джорджия передала ребенка Триш. — Что-то ее долго нет.

Женский туалет, с лампами дневного света и серыми стенами, оказался пуст.

Открыв двери во все кабинки, Джорджия нахмурилась. Интересно, сколько в такой большой больнице туалетов? Она не могла точно сказать, в какую сторону отправилась Сабрина. Джорджия поспешила обратно в зал ожидания. Парень с нестрижеными волосами уже исчез. Триш ворковала с малышом, а Кен и Сесилия держались за руки. Джорджия направилась к регистратуре.

— Вы, кажется, искали мистера Томаса? — После перерыва регистраторша стала более дружелюбной, поскольку смогла покурить и разобраться со своими делами. — Насколько я знаю, его увезли в операционную.

— Да. Спасибо. Но сейчас меня интересует другой пациент.

Регистраторша подозрительно посмотрела на Джорджию.

— И много здесь ваших?

— Ну, вообще-то, больше никого. Просто тут ждала очереди одна девушка, по имени Сабрина Йетс. Я сидела рядом с ней. У нее ребенок — точнее, он сейчас у меня. Она уже у врача?

Регистраторша внимательно просмотрела фамилии на мониторе и покачала головой.

— Никаких Йетс, никаких Сабрин, дорогуша. Мы всегда пропускаем мам с маленькими детьми вне очереди. — Она привстала из-за стойки и взглянула на Триш, нежно воркующую над грязноватым свертком. — Я думаю, что она тоже кого-то ждала. Подождите еще немножко. Скоро закроются ночные клубы и пациентов прибавится, поэтому я бы на вашем месте сидела спокойно.

Джорджия, чуть не сбитая с ног стайкой девушек в облегающей тонкой лайкре и с тоннами макияжа на лице, тащивших за собой коматозного паренька с разбитым носом, пробилась обратно к Триш, Кену и Сесилии.

— Ну, как тут у вас дела?

— Все нормально. — Сесилия сидела, скрестив красивые ноги. — Ты нашла его маму?

Джорджия покачала головой.

— Пока нет. Триш, ты не могла бы подержать малыша еще чуть-чуть?

Триш слабо улыбнулась, ее глаза блестели от слез.

— Конечно, это отвлекает от мыслей о Джеде. Ты можешь не торопиться — похоже, мы проторчим здесь всю ночь.

Джорджия искренне надеялась, что этого не произойдет. Сесилия не продержится до утра без своего ночного крема от «Эсте Лаудер». И кого-то придется срочно послать за баночкой.