Ширли Кэррол - Простые радости

— О, Эл, — сказала Нора. — Все его любят.

Сьюзен нахмурилась. Ей не хотелось рассказывать, как ему удалось смутить ее.

— Что означает это «Эл»? — спросила она.

— Никто не знает, а он не говорит, но все зовут его так, — ответила Нора.

— Только не я. Решительно не собираюсь называть его Эл, пока он не скажет, что это значит.

Нора рассмеялась.

— Боюсь, долго тебе придется ждать.

И именно в этот момент Эл обогнул угол фотолаборатории и вошел в отдел новостей. Он поймал взгляд Сьюзен, многозначительно приподнял бровь и насмешливо улыбнулся.

Заметив это, Сьюзен немедленно задрала кверху нос и повернулась к своему столу.

Эл безучастно взглянул на ее спину, и улыбка пропала с его лица. Он согнулся и с трудом втиснул свою массивную фигуру за небольшой письменный стол в начале широкой залы.

Сьюзен Уэллс определенно очень красивая молодая женщина, размышлял он, со светлыми, цвета сливочного масла, волосами длиной до подбородка. И двигалась она грациозно, хотя ей и потребовалось немало времени, чтобы расслабиться, вспомнил он. Похоже, у нее к тому же еще и отличная фигура. Просто позор, что она прячет ее под этим огромным длинным мешковатым свитером и юбкой ниже колен.

«Но ты почти забыл, — напомнил себе Эл, — что она — карьеристка. Ждет не дождется, когда получит работу в большой газете и станет важной персоной. Забудь ее. Это все то же самое, старая история. Все эти репортеры и журналисты приходят сюда ненадолго и скоро исчезают».

Он становится слишком старым в свои тридцать три, чтобы связываться с женщинами, стремящимися к успеху. «Всегда помни, что случилось с Кейт, — сказал он себе. — Не увлекайся. Ты усвоил этот урок, смотри, не сделай ту же ошибку второй раз. Ты же не хочешь оказаться одной из этих ступенек, на которую она наступит в этом сумасшедшем восхождении по так называемой лестнице успеха».

Он не заметил выражения лица Норы, с любопытством наблюдавшей за обменом взглядами между Сьюзен и Эл.

— Знаешь, он на самом деле отличный парень. Одинокий, кстати, и такой красивый, тебе не кажется? — Она наклонилась поближе и прошептала эти слова Сьюзен почти в самое ухо.

— Я тоже так думала сначала… но потом… слушай, на самом деле это совсем не важно, — сказала Сьюзен. — У меня сейчас нет времени на мужчин. Это не входит в мои ближайшие планы.

— Не входит в твои ближайшие планы? — повторила Нора, качая головой. — Что это значит? Как ты можешь игнорировать такого интересного парня?

— Когда я доберусь, куда стремлюсь, то есть в крупную газету, тогда у меня появится время, чтобы остановиться и подумать об этом, но до тех пор я не желаю, чтобы меня увели в сторону.

Глава 2

В десять утра Эл поджидал Сьюзен перед редакционным офисом, чтобы отвезти ее на первое задание — специальный репортаж о детях с ослабленным зрением, живущих в туристическом лагере.

Он кивнул в знак приветствия, заметив ее маленький белый «форд-эскорт». На его лице играла улыбка, будто в предвкушении хорошего дня. Почему-то это разозлило ее.

— Готовы? — спросил он.

— Да, как всегда, — ответила Сьюзен, выходя из машины. Сегодня на ней были джинсы и заправленная в них клетчатая фланелевая рубаха. Да, джинсы намного больше шли к ее фигуре, чем вчерашние мешковатые свитер и юбка, решил он. А фланелевая рубаха казалась такой мягкой, что ему захотелось протянуть руку и погладить ее. Хотя поведение Сьюзен Уэллс было деловитым и строго профессиональным, но одежда выдавала мягкую сторону ее натуры. «Может, даже ласковую?» — подумал он.

Глаза их встретились, и губы его уже начали растягиваться в улыбку, как вдруг он резко повернулся и направился к водительскому сиденью огромного, цвета синий металлик, «блейзера». Сьюзен секунду поколебалась, слегка смущенная, потом решительно взялась за ручку большой дверцы и села в машину.

— Ехать около часа, так что можем устроиться поудобнее, — сказал Эл, засовывая кассету в плеер.

Полилась негромкая классическая музыка. Это Моцарт, подумала она. Музыка была мягким аккомпанементом к вечному треску радио, торчащего из кармана куртки Эл.

— Все готовы? — спросил он.

— Поехали, Лайонел, — сказала Сьюзен.

Эл бросил на нее насмешливый взгляд, вывернул руль влево и направился на деловой хайвей, шумящий прямо перед редакцией газеты.

Сьюзен осмотрела кабину мини-грузовика. Она была аккуратной, не то что в ее машине, вечно, казалось, забитой всяким хламом. Ей никогда не удавалось привести ее в порядок. Никак не могла выкроить время. Он, должно быть, аккуратист, подумала Сьюзен. Дверные ручки сияли, стекло радио сверкало, и даже обивка, казалось, только что была обработана «Армор олл». Тут даже пахло чистотой, а не старыми обертками от чизбургеров из «Макдоналдса», как в ее автомобиле.

За задними сиденьями лежали каска, пара резиновых охотничьих сапог, одеяло, тяжелая парка и дождевик, все аккуратно сложенное.

— Вот это да, вы действительно готовы ко всему, да, — спросила она, мотнув головой назад. — Но для чего каска?

— Для стройплощадок и пожаров, — ответил он, выводя машину на рампу экспрессвея, ведущего из города. — Все это нужно, если хотите оказаться действительно рядом с событиями.

— О-о, — протянула она. Он вел машину и держал себя строго профессионально, хотя и оделся сегодня более небрежно, в джинсы, как и она. Сьюзен глянула на его ноги. Они были такими длинными, что колени доставали почти до приборной доски, хотя Эл и раздвинул их широко, чтобы они хоть как-то поместились под рулем. Ей вдруг представилось, как она проведет рукой по всей длине этой ноги, от колена вверх, и по изгибу твердой мышцы на бедре. Он казался таким близким на переднем сиденье трака, хотя и на другой стороне…

— Итак, — проговорил Эл, расслабившись и подстроившись под мягкий ритм высокоскоростной езды по шоссе. — Вы сказали, что проработали некоторое время в маленькой газете на Юге?

Сьюзен резко подняла голову. Захлопала ресницами. О чем это она думала?

— Да, это была совсем крошечная газетка, но я многому научилась там, — начала объяснять Сьюзен, обрадовавшись нейтральной теме разговора. — Каждый делал там все от начала до конца, начиная с поиска темы, написания статьи, верстки и иногда даже погрузки отпечатанных экземпляров на грузовик для доставки. Единственное, чего я не делала, благодарение Господу, это не фотографировала.

Он с улыбкой глянул в ее сторону.

— Почему? Не может быть, чтобы вы боялись камеры, — сказал он. — Хотя, мне показалось, вчера вы несколько нервничали во время съемки.