Если б не было тебя 2. Марк - Инга Максимовская

провидением, не позволяющим мне избавиться от чертовой ненужной жизни. Во рту поселяется металлический привкус. Кровь стекает по подбородку из рассеченной губы. А эта странная сломанная кукла лежит на асфальте, глядя в надувшееся беременное небо стеклянными глазами.

*****

Кровь. Повсюду. Как тогда, целую вечность назад. Размытые дождем алые капли на асфальте, похожи на цветущие майские маки. Она именно их и любила, моя Лерка. Маки для майской богини. Горькая тоска заползает в душу. И снова воспоминания терзают, опутывая липкими щупальцами ярости.

Я нашел ее в ванной. Моя жизнь вцепилась сведенными судорогой пальцами в бортик акриловой ванны. Новенькой купели, которой она так радовалась. Моя жена смотрела в вечность. И ее глаза...

Я содрал горло в кровь, вспоминая обещание беречь их.

Округлый животик больше не жил, не дышал, не шевелился.

Я потерял все. Смотрел на горло моей любимой, покрытое сгустками запекшейся крови. И понимал, что тоже не живу больше. Что весь этот солнечный мир вокруг меня больше ничего не стоит. А еще я знал, что найду убийцу, и уничтожу все, что ему дорого.

Глава 1-2

Ангелина.

Спасение или проклятье. День когда мир погас.

Вы когда-нибудь пробовали убежать от себя? Просто вырваться из ада, в который превратился некогда цветущий Эдем.

У меня не осталось ничего. Прикрываю глаза, проведя рукой по глянцевой поверхности фотографии, с которой улыбаются мои любимые мужчины – муж и сын. Такими я их запомнила навсегда. Выжгла на сердце образы, словно каленым железом.

Они исчезли, просто испарились в огромном пространстве небес. Прошел год, а я до сих пор вижу искореженную груду железа, смятую пьяным водителем грузовика. Нашу машину, похожую на скомканную рукой младенца-великана, бумажку. От моих любимых не осталось ничего. Фрагменты тел, не подлежащие экспертизе – так звучало заключение судмедэксперта. Разве так бывает, чтобы от цветущего Мишки и моего маленького Марка ничего не осталось? И мне проще думать сейчас, что они рядом. Наблюдают за мной, весело перемигиваясь и едят воздушно – облачное мороженое, поджидая когда непутевая трусливая мать воссоединится с ними навсегда. Навсегда - это же так мало. Это чуть больше чем вечность. Совсем немного.

Я проводила их в тот день до порога, поцеловала в солнечную макушку моего мальчика, вдохнула родной аромат любимого, даже не подозревая, что это все в последний раз. Что прикосновение губ к моей переносице я буду чувствовать еще не одну неделю. Мишка вез сына к моей маме, подальше от нервотрепки и пытаясь его уберечь. Он любил его до безумия, до яростного сумасшествия. Готов был сунуть руку в огонь, лишь бы наш мальчик был счастлив. И наши неприятности начались именно с желания Мишки сделать нас счастливыми.

Долг. Сейчас эти проблемы кажутся мне смешными. А тогда... Муж взял головокружительную сумму денег у какого – то человека и не смог ее вернуть. Парадокс – мучитель носил такое же имя, как наш сын. Только мой малыш был светлым и чистым, а тот, другой - порождением тьмы. Я ни разу не встречалась с кредитором мужа, но в моих фантазиях он был не человеком, а черным адским демоном без души. Мишку обманули партнеры, и все его надежды стать богатым, как он мечтал, лопнули, словно мыльный пузырь. А мне и не надо было многого. Он да Марк – мое счастье. А теперь их нет. И меня нет. Я давно не живу.

Сегодня я решила уйти туда где не болит. Туда, откуда нет возврата. Серая хмарь, проникающий под платье холод – все что у меня осталось. Я неслучайно выбрала наряд. Шила это платье на заказ для скромной свадьбы. Оно получилось совсем непраздничным, и Мишка даже обиделся на меня за это. А я просто была счастлива и все. А потом забеременела Марком, и всю беременность лелеяла его в своей утробе. Было жаркое лето, и я носила счастливое платье которое оказалось невероятно удобным.

И сейчас я ждала, что оно принесет мне толику того спокойствия и не позволит струсить.

Обычно оживленное шоссе сегодня было пустынным. Я замерла на обочине, ожидая своего ангела смерти. В кармане завибрировал телефон, заливаясь незнакомой трелью. Странно, я же его выключила. Просто взяла с собой, чтобы мое тело могли опознать и упокоить достойно - единственное желание. Телефон да паспорт. Достала трубку и уставилась на экран.

Алые буквы, похожие на капли крови на снегу.

« Их там нет. Живи»

Я замерла на месте, снова и снова вчитываясь в исчезающую строчку, тающую прямо на глазах.

Синица. Желтогрудая птичка выпорхнула у меня прямо из-под ног. Я испуганно шарахнулась вперед. Последнее, что услышала – ужасный скрежет. Наверное, с таким звуком должны открываться адские врата. И свет – яркий, ослепительный, манящий.

А потом пришел ОН – мой ангел. Я думала всегда, что они все белокурые и смазливые. Мой херувим оказался брюнетом с глазами цвета январского речного льда, и трехдневной щетиной на изуродованной шрамом щеке. Он поднял меня на руки и мне показалось, что больше мне больно не будет никогда.

- Сейчас, только не сдохни смотри,- прохрипел он, раздирая ткань на моей груди. Мое платье, единственная последняя ниточка, оставшаяся от любимых.

Закрыла глаза и почувствовала, как горячая слеза стекает по моей щеке. Я все же не смогла уйти за ними. И пришла боль – страшная, раздирающая, убийственная, уносящая в небытие.

«Их там нет. Живи» - прозвучал в моей голове тихий хрусталь, отпускающий меня в бесконечный полет.

Марк

День первый продолжение

Она мне не нужна. Столько их было таких – через которых я просто переступал, ломал без жалости и раскаяния. Одной больше, одной меньше. Я завел мотор, выруливая на мокрую дорогу. И об этой дуре я бы, скорее всего, забыл уже через час.

Надо было оставить ее подыхать на странно – пустынной дороге. Надо было, но я не смог. Что – то помешало взять на душу еще один грех, заставило выдохнуть, завело моё одеревеневшее сердце, словно кривым стартером доисторический мотор крутануло. Вырвало, выкрутило, заставляя