Барбара Картленд - Поцелуй дьявола

— Ну не совсем, — возразила Скай. — Например, чтобы приехать в Марипозу, мне пришлось ждать совершеннолетия, пока мне не исполнился двадцать один год. Я предлагала съездить сюда еще несколько лет назад, однако тетушку мое предложение почему-то повергло в ужас. Она всех, кто живет в Южной Америке, как, впрочем, и в Северной, считает дикарями.

— Хильда весьма разумная женщина, — заметил Джимми. — Я искренне восхищен ею.

— И я тоже, — отозвалась Скай. — Однако, согласись, воображение у нее не слишком богатое, особенно по сравнению с моей американской бабушкой. Вот кто тебе сразу понравился бы!

— Интересно было бы с ней познакомиться. Ты же знаешь, я в некотором роде типичный англичанин. То есть неодобрительно отношусь к девушкам, у которых слишком много денег и не слишком много здравого смысла и которые самостоятельно разъезжают по белому свету!

— Именно так говорят все мои английские родственники, причем без исключения, и стар, и млад, — рассмеялась Скай. — Когда ты так говоришь, Джимми, я всякий раз радуюсь тому, что наполовину американка.

— Как бы то ни было, в один прекрасный день ты пожалеешь, что не прислушалась к моим словам!

«Неудивительно, что я так тревожусь из-за нее», — подумал Джимми, глядя на племянницу. Скай была настолько красива юной красотой — стройная, гибкая европейская девушка, — что легко могла вскружить голову любому мужчине. Он не раз замечал дерзкие взгляды, которые бросали на нее смуглые темноволосые жители Марипозы, в чьих жилах бурлила горячая испанская кровь.

Лошади понеслись вниз по склону холма. Джимми оглянулся через плечо на сопровождавших их во время верховой прогулки двух местных жителей. Юношей этих отправили с ними в качестве проводников. Они о чем-то оживленно беседовали, указывая куда-то вдаль. Вскоре Джимми услышал, как один из них приблизился к нему.

— В чем дело? — спросил Джимми по-испански.

— Извините, сеньор, — произнес юноша низким мелодичным голосом. — Но вам с сеньоритой лучше не ехать дальше.

— Почему?.. — начал было Джимми, но Скай моментально перебила его.

— Мы отправляемся дальше, — произнесла она на беглом испанском. — Нам еще рано возвращаться, и мы с сеньором хотим продолжить прогулку.

— Но сеньора… — попытался возразить молодой человек.

— Я вам приказываю, — тоном, не терпящим возражений, оборвала его Скай и, пришпорив лошадь, пустила ее в галоп.

Джимми догнал ее довольно скоро. Их лошади выбрались на мягкий, пружинящий дерн и, перейдя на неторопливый шаг, двинулись вперед под тенистым пологом леса.

— Почему он хотел, чтобы мы повернули обратно? — спросил Джимми, отдышавшись.

Скай пожала плечами:

— Может, они просто устали и решили немного отдохнуть. Или, возможно, считают, что мы мало заплатили им за лошадей, а те уже сильно устали? Хотя когда я их нанимала, то четко объяснила, что мы, если пожелаем, будем кататься весь день. Впрочем, моя лошадка пока еще, судя по всему, полна энергии.

Скай слегка наклонилась вперед, чтобы потрепать по лоснящейся шее своего скакуна, после чего заглянула дяде прямо в глаза и, заговорив первой, предвосхитила то, что он собирался сказать сам.

— Тебе кажется, что нам угрожает опасность. И ты ломаешь голову над тем, как убедить меня вернуться обратно. Тебе не нужно произносить те слова, которые вот-вот слетят с твоих губ. Я ведь точно знаю, что ты мне сейчас скажешь, и сразу заявляю тебе: отговаривать меня бесполезно!

— В таком случае нам, пожалуй, стоит двигаться только вперед!

В голосе Джимми Дональдсона прозвучало плохо скрываемое раздражение. Всю свою жизнь он посвятил дипломатической службе, однако при всей его сдержанности порой бывал не в силах скрыть неудовольствия речами племянницы. Особенно в тех случаях, когда она явно пренебрегала опасностью. Джимми всей душой любил Скай, ведь он знал ее с детских лет. Отец девушки был его кузеном, и они с ним выросли практически вместе. Но если Артур Стендиш был человеком покладистым, добродушным и открытым, то его дочь являла собой полную противоположность.

— Да, это все моя американская кровь! — усмехнулась Скай, словно прочитав мысли Джимми. — Жаль, что ты не знал мою маму. Ну, ты понимаешь, о чем я говорю.

— Судя по всему, она была очень красива.

— Она была очаровательна! Такая веселая и смелая… Она дарила радость окружающим. Ах, Джимми, ну почему она ушла из жизни так рано, когда я была совсем крошкой! Ты бы мог по праву оценить истинность моих слов!

— Да, это действительно была настоящая трагедия, — согласился Джимми. — И все же, осмелюсь заметить, всего этого могло и не случиться, прояви тогда твоя мама хотя бы толику осторожности!

— Я не могу представить себе маму осторожной по всяким мелочам. Но я слишком мало была вместе с ней. Ведь мне позволялось гостить у нее в Америке лишь на время каникул, да и то не на полный срок!

Глаза девушки на мгновение потемнели, наполнившись печалью, и Джимми Дональдсон подумал — как думал уже и раньше — о том, насколько тяжело приходится детям, чьи родители находятся в разводе. Как трудно разрываться между двумя дорогими для них людьми, не имея возможности жить с обоими под одной крышей.

— Все, что связано с мамой, представляется мне более приятным, более светлым просто потому, что я так мало виделась с ней, — честно призналась Скай. — Воспитание, которое я получила в Англии, всегда казалось мне более строгим по сравнению с тем удовольствием, что я получала от пребывания у дедушки, в его доме на Лонг-Айленде или на его ранчо в Калифорнии. Не стоит забывать, что мои приезды в Америку после смерти мамы были очень редкими. Сейчас, когда я вспоминаю об этом, они непременно ассоциируются, сама не знаю почему, с Марипозой.

— А твоя бабушка сама в юности бывала в Марипозе? — спросил Джимми.

— Нет-нет, только после того, как вышла замуж. Мой дедушка был горным инженером и прибыл сюда на поиски золотоносных жил по заказу одной нью-йоркской фирмы. Поездка оказалась не слишком удачной, однако дедушка пережил массу приключений на этой земле. Бабушка никогда не уезжала из дома, пока не вышла замуж, и, более того, жила все время в городе. При виде здешних бабочек, птиц и цветов ей показалось, будто она в сказке. Она обычно так красочно описывала мне все, что у меня возникало ощущение, будто я сама жила здесь когда-то в прошлой жизни.

— И сколько лет прожили здесь твои дедушка с бабушкой? — поинтересовался Джимми.

— Всего два или три года. Потом они вернулись в Штаты, и, как ты знаешь, дедушке посчастливилось отыскать нефтяное месторождение. Честно говоря, этот период их жизни не вызывает у меня особого интереса. Нефть сильно загрязняет природу. Вот золото — дело другое. А в этих горах таятся еще и драгоценные камни, алмазы и рубины. Это так романтично!